class="p1">– А у тебя там те же слова говорили инопланетяне?

– Другие, но в том же духе. Обмен любезностями. – Тараскин шмыгнул носом.

– А потом? – спросил Михаил.

– Я же вам обоим присылал первую часть файла еще в том году.

– Напомни? – тактично попросил Михаил.

– Сперва обмен любезностями. Потом предательство. Потом галактическая война, как же без нее.

– Да типун тебе на язык, – огорчился Валерий.

– Чего он такой злой сегодня? – обернулся Михаил.

– Сегодня не его день, – объяснил Валерий. – Соседи сверху квартиру залили.

– Так это хорошо! – Михаил потряс Тараскина. – Слышишь? Можно компенсацию получить!

– Мы уже получили! – Валерий многозначительно покачал бутылкой и наполнил рюмки.

– Можно еще стрясти, если там не нищеброды.

– Нищеброды?! – подпрыгнул Валерий. – Они там три квартиры выкупили и за одной дверью объединили! Там сплошной мрамор, картины, ковры и телевизор во всю стену – вот такой! – Валерий раскинул руки, и коньяк из его рюмки выплеснулся на голову Тараскина.

– Давай, поливай меня, – произнес Тараскин, не меняясь в лице. – Унижай.

– Мы сейчас оценим ущерб, – пообещал Михаил, вытирая салфеткой волосы Тараскина так бережно, словно стирал пыль с бронзового бюста, – добавим моральные страдания и стрясем с них отличную компенсацию! Давайте за это выпьем!

Валерий налил себе снова, друзья чокнулись, выпили и захрустели огурцами.

– Ну-с, где протечка? – Михаил потер ладони.

– В санузле… – пробурчал Тараскин.

Михаил и Валерий вышли из кухни. Щелкнул выключатель санузла – и свет в квартире снова погас.

– Давай, давай, – донеслось в темноте. – Унижай меня, погружай во мрак…

Валерий сбегал на лестницу, свет включился опять.

Михаил внимательно рассматривал санузел, подсвечивая мобильником.

– На потолке здоровенное пятно, – констатировал он.

– Свет в санузле не включай! – предупредил Валерий. – Пару дней просохнуть должно! Везде включай, кроме санузла.

– А еще зеркало разбилось и две плитки треснули, – продолжал осмотр Михаил.

– Это давно, – донеслось из кухни. – Зинка психовала, когда я ее запер.

– Не глупи, – возразил Михаил. – Скажешь, что тоже от протечки.

– Там же видно, что бутылкой шампанского били, – мрачно вздохнула кухня. – На дверь посмотри.

– Уже посмотрел, – согласился Михаил. – Но пятно-то на потолке здоровенное! Я пойду поговорю с соседями…

И Михаил решительно вышел из квартиры.

Вернулся он довольно быстро, его лицо было спокойным и удовлетворенным.

– Я все уладил, – сказал он и по-отечески потрепал Тараскина. – Там его сестра ковры сушит феном. Хозяин живет в Китае, у него там бизнес. Мы позвонили с ее телефона, я объяснил ситуацию, назвал сумму. Мужик вменяемый, согласился без вопросов. Вот тебе на холодильник бумажку кладу – его номер, не просри. Пришлешь ему завтра фотку пятна и номер своей карты, он тебе переведет тридцать тысяч.

– Тридцать тысяч чего? – спросил Тараскин.

– Ну не юаней же. Рублей.

– И свет не будет выключаться? – недоверчиво спросил Тараскин.

– Да свет у тебя сам до завтра просохнет! – заверил Валерий. – А пятно на потолке замазать – вообще делать нечего. Я тебе могу за десятку вообще весь потолок перекрасить! Банка краски и час работы!

– Валера мастер на все руки, – подтвердил Михаил. – Дай ему десятку, он сделает.

– Возьми на холодильнике, там гонорар в конверте, – кивнул Тараскин.

Валера нашел конверт и отсчитал десятку.

– Заночую у тебя, утром сгоняю в «Леруа», куплю краску с кистью и сделаю! – Валера спрятал деньги в карман.

– И мне бы десятку, – кашлянул Михаил. – По справедливости на троих поделим. Валерке – за ремонт, мне – за менеджмент, а Тараскину… Кстати, а тебе-то за что, Тараскин? Да шучу я, шучу!

– За моральные страдания! – подсказал Валерий.

– Именно! – согласился Михаил. – А теперь давайте уже нормально выпьем! – Он встал и поднял рюмку: – Друзья! Олежек! Валерик! Забудем всю нашу бытовуху и вспомним, какой у нас судьбоносный день! Сегодня Земля встретила инопланетный разум! За встречу!

ГЛАВА ВТОРАЯ,

где судятся с бывшей, а Земля получает подарки, но это никак не связано

Друзья так душевно посидели до утра, что договорились встретиться снова через неделю. Тараскин предложил попить пива около его дома на фуд-корте в «Чистой тарелке» на последнем этаже торгового центра. Он уверял, что это самое бюджетное и уютное место, с небывалым разливным пивом и божественными куриными крылышками. Друзья подозревали, что фантаст преувеличивает по своей рабочей привычке, но, сев за столик в уютном уголке под пластиковой пальмой, вынуждены были признать, что он прав.

– Агата Кристи, – объяснял Тараскин, – сочиняла в ванне. Лев Толстой – на пашне. Сергей Лукьяненко – на пляже. А когда мне надо придумать нарратив, я иду сюда. Ты сам на вершине, а вокруг бурлит человечество! – Он кивнул за спину.

Там, в бездне за прозрачным бортиком, отсюда просматривался весь торговый центр – многочисленные этажи, бутики, эскалаторы, стеклянные лифты. Там ходили люди, горланили дети, кто-то описывал круги на пластиковом самокате. Там на разных этажах роняли на пол мороженое, примеряли береты, ждали очереди к банкомату и размешивали кофе пластмассовой вилкой.

– Отличное место, – согласился Михаил и поднял кружку. – За встречу!

Пиво тоже оказалось прекрасным.

– Вот скажи как фантаст, – начал Михаил, пробуя разгрызть куриную кость. – Это нормально, что инопланетный разум не выходит на связь уже столько дней?

– Абсолютный норм! – заверил Тараскин. – Не понимаю, чего все так истерят. Тысячи лет ждали контакта, подождем недельку. Может, он просто занят. Или у него нет возможностей.

– Деньги кончились в мобилке, – пошутил Михаил.

– Зря смеешься, – возразил Тараскин. – Наука не знает, как он отправляет сообщения из туманности Орла через нашу МКС. Это не радиоволны, я тебе стопроцентно говорю – они бы шли миллиард лет. Может, гравитационные поля. Или какие-нибудь спутанные кварки-квазарки. А что мы про них знаем? Галактика расширяется, звезды вращаются… Вклинилась какая-нибудь черная дыра на пути, отбросила тень – и временно нет соединения, перезагрузите передатчик и попробуйте позже…

– Я утром в машине, – сообщил Михаил, – такую версию слышал по радио, что, может, мы ему просто больше не интересны.

– Мы да не интересны? – фыркнул Тараскин. – А кто же тогда интересен? Не ссы, все будет. Никуда он не денется, просто надо ждать. Скажи, Валерка?

Валерий кивнул.

– Прикиньте, парни, – продолжал Тараскин, – меня тут звали в международную волонтерскую группу фантастов! Сценарии контакта писать. Это ж насколько там у всех башню снесло, что к фантастам побежали за советами!

– Круто! – с уважением присвистнул Михаил. – В Женеву повезут, в ООНА?

– Звучит круто, а по сути тухляк, – отмахнулся Тараскин и принялся загибать пальцы: – Во-первых, никого никуда не везут, работа по интернету, тебе присылают новые материалы, ты в ответ генеришь фантастические идеи, прогнозы, варианты развития событий и прочий нарратив. Во-вторых, как и где твой нарратив потом станут использовать –