этого образа в сказке Киплинга про Маугли оказывается белая кобра, стерегущая сокровища в подземелье заброшенного города в джунглях.

Извечными противниками нагов в эпосе называются птицы супарны во главе с их предводителем Гарудой. В мифах эти представления породили образы птиц, пожирателей змей. Однако природа конфронтации, скорее всего, имеет более общее происхождение: мифологическая традиция самых разных народов знает идею антагонизма между обитателями низшего и высшего миров.

Наги

Наги обладают магической силой, они способны совершать всевозможные чудеса, менять свой облик и даже оживлять мертвых. Нагини в человеческом обличии могут превращаться в необыкновенных красавиц и в этом виде становиться супругами героев и царей. Так, к примеру, одной из жен Арджуны, героя Махабхараты, была прекрасная нагиня Улупи. Среди нагов было много прославленных персонажей. Так, к их числу принадлежал тысячеголовый змей Шеша, который поддерживает землю и служит ложем для бога Вишну. Нагом является и Васуки, которого боги и асуры использовали в качестве веревки при пахтании Мирового Океана для изготовления амриты. Отведав ее, наги обрели бессмертие.

Отношения нагов с человеком могут быть разными. В некоторых обстоятельствах они оказывают помощь и поддержку, а иногда представляют серьезную опасность для смертного. В благодарность за доброе отношение наги могут выступать в разных сюжетах в статусе «волшебного помощника» для эпического героя. Так, в знаменитой истории о царевиче Нале и его прекрасной жене Дамаянти (один из «вставных эпизодов» Махабхараты), Нала, лишенный своего царства и расставшийся с любимой женой, вызволяет в лесу из пламени нагу. Тот же в благодарность за спасение меняет облик Налы и дает ему несколько мудрых советов, которые затем приводят к счастливой развязке истории.

И сегодня в разных регионах Индии сохранилась связанная с нагами традиция почитания и самих змей, и мест их обитания. Змеи считаются покровителями плодородия, символами воды и дождя, а также домашнего очага и покровителями селений.

В честь нагов в Индии отмечается множество праздников. Один из самых значимых среди них – Нага-панчами, справляемый летом (июль-август). Цель его – умилостивить нагов и тем самым защитить себя и близких от укусов ядовитых змей. В этот праздник жители селений приносят из леса корзины, наполненные змеями, выпускают их на улицах селений и во дворах домов. Их угощают лакомствами и всячески чествуют. Угощения женщины приносят и к змеиным норам: нагам и нагиням жертвуют молоко, рис, бананы, пророщенные зерна, листья бетеля. Женщины же зажигают рядом с норами особые масляные светильники.

В текстах источников представление о мифических нагах иногда смешивается со сведениями о племенах Северо-Востока Индии с тем же наименованием. Интересно, что тотемным животным последних была кобра, что отчасти объясняет подобное смешение.

Именно нагов имел в виду Киплинг, когда называл в своей сказке про храброго мангуста Рикки-тикки-тави страшных кобр Нагом и Нагайной.

Ракшасы

Страшные демоны, враждебные людям, часто выступают как оборотни и людоеды. Могут быть как мужчинами, так и женщинами. Они способны насылать на людей болезни и вредить беременным женщинам, губя зародыши в их утробе. Они же могут препятствовать совершению жертвоприношений. Они же «вызывают дурные сны» и «дурную жизнь» (Атхарваведа IV.17). Часто в ведийских текстах с мольбой защитить от ракшасов обращаются к Индре.

В разных памятниках внешность их описывается по-разному. Иногда они – страшные великаны с кровавыми клыками и длинными руками. Иногда – с несколькими головами, иногда одноглазые и рогатые. Происхождение их тоже представляется по-разному. В некоторых сюжетах они созданы Брахмой для охраны первозданных вод (отсюда их наименование rākṣasa – букв. «охраняющий»). В некоторых текстах в ракшасов превращаются люди или полубожественные создания в наказание за дурные дела или в результате проклятия.

Царь ракшасов Равана

В Рамаяне обителью ракшасов считается далекая Ланка. Правит ими страшный десятиглавый царь Равана. Именно он похитил и унес в свое царство прекрасную жену Рамы Ситу. Война с Раваной и спасение Ситы является сюжетным стержнем древнеиндийского эпоса Рамаяна. Во время битвы Рамы и Раваны одну за другой сносил царевич головы чудовищного ракшасы, но немедленно на их месте вырастали новые. Лишь при помощи волшебной стрелы бога Брахмы, пущенной прямо в сердце Раваны, Раме удалось убить своего врага.

Ракшасы, как герои низшей мифологии, находятся в постоянном контакте с людьми, могут вступать с ними в связь. Так, в Махабхарате у самого неистового из братьев Пандавов, Бхимасены, есть жена ракшаси по имени Хидимби, которая рожает ему сына Гхато- ткачу. В Рамаяне сестра Раваны Шурпанакха, плененная силой и красотой Рамы, пытается соблазнить его. Но, верный Сите, тот отвергает ее притязания. Затем та же Шурупанакха пытается обольстить и брата Рамы Лакшаману, но и он отвергает ее любовь. За попытку навредить Сите Лакшамана отрубает ракшаси нос. Униженная Шурпанакха отправляется к Раване с жалобами на братьев. Ее рассказ о красоте Ситы приводит к похищению красавицы царем ракшасов.

Именно ракшасов имел в виду Редьярд Киплинг, когда в книге про Маугли дал имя матери-волчице – Ракша.

Питары

В Индии, как и во многих других традиционных культурах, вплоть до сегодняшнего дня сохраняется практика поклонения обожествленным предкам. Место их обитания на небесах – Питрилока, где они живут после смерти, поддерживая связь со своими потомками и ожидая от них поминальных жертв. С древнейших времен тема чествования питаров всегда сохраняла свою актуальность. Поминальные обряды (шраддха), залог их посмертного блаженства, могут совершаться лишь сыном покойного. Это одна из причин того, что в индийской традиции рождение потомка мужского пола не просто желательно, но и необходимо: оно расценивается как безусловный религиозный долг человека. Потому уже в древних текстах появление у человека сына часто определяется как его «освобождение от долга перед предками». Соответственно, небрежение в исполнении этого долга расценивается как грех, влекущий за собой посмертное наказание. Действительно, один из индийских адов носит название Пут (очевидно, производное от слова putra – «сын») и предназначен для бездетных.

В Махабхарате есть назидательный сюжет о великом мудреце Джараткару, принявшем обет безбрачия (I.13). Во время странствования по свету этот подвижник, стойкий в обетах, увидел однажды неких людей, висящих в глубокой яме вниз головой. Вступив с ними в неспешную беседу, Джатакару узнал, что перед ним – его же собственные предки. Причина их страданий – отсутствие сыновей у их единственного потомка, избравшего подвижничество. Потрясенный их участью, Джатакару клянется жениться и обзавестись потомством ради спасения предков. Тот же пафос – у сюжета о праведном мудреце