даже съездил в Фолл-ривер и поговорил с матерью пропавшей, дабы составить представление о том, что за человек была Дебра.

В середине июля стало известно о без вести отсутствующей Деборе Гринлоу ДиМелло (Deborah Greenlaw Perry DeMello). У этой 35-летней женщины, матери троих детей, имелся весьма впечатляющий список антиобщественных выходок разной степени разнузданности и агрессивности. Её неоднократно задерживали за приставание к прохожим, употребление наркотиков, проституцию и прочие художества. В принципе, она была человеком довольно безобидным, хотя и не вполне адекватным. В конце 1987 года её отправили на шесть месяцев в тюрьму за проституцию, там она попала в программу «коррекции трудом» и скоро вышла на свободу с обязательством являться на общественные работы. 18 июня 1988 года она не явилась на работу, нарушив тем самым условия освобождения. Впрочем, искать её никто не стал, и женщина ещё три недели болталась по Нью-Бедфорду, занимаясь привычным ей промыслом. 11 июля родной брат видел её в последний раз, после этой даты следы Деборы ДиМелло терялись.

Подозрительно выглядела и история исчезновения Мэри Роуз Сантос (Mary Rose Santos), пропавшей без вести 16 июля, то есть спустя 5 дней после ДиМелло. Мэри в 1979 году вышла замуж за рабочего местного рыбоконсервного завода Дональда, в браке родились мальчики, которым на момент исчезновения женщины исполнилось 7 и 5 лет. В какой-то момент семейные отношения дали трещину, причём не по вине мужа — тот любил Мэри и хотел сохранить семью. Тем не менее супруги расстались на какое-то время, но летом 1988 года сошлись и решили жить вместе. 16 июля Дональд привёз супругу к подруге и уехал. К дамской компании присоединилась ещё одна женщина, весёлая троица выпила бутылку вина и закинулась кокаином, после чего отправилась прогуляться по окрестным барам. Около 23-х часов, находясь в баре «The Old Quarterdeck Lounge», Мэри сообщила подругам, что намерена отойти ненадолго, чтобы «принести денег». Каким образом она собиралась раздобыть деньги на выпивку, никто спрашивать не стал, ибо это было ясно по умолчанию.

После этого Мэри никто не видел.

Муж встревожился той же ночью, сразу стал разыскивать Мэри, а по прошествии 48-и часов подал в полицию заявление об исчезновении жены. В отделе по розыску без вести пропавших поначалу взялись за поиски весьма активно, однако энтузиазм быстро угас, когда выяснилось, что Мэри была «кокаинщицей» и, более того, систематически подрабатывала проституцией. Дональд, узнав о том, что полиция считает его благоверную «продажной женщиной», пришёл в неописуемую ярость — он доказывал, что Мэри оболгали недоброжелатели и она совсем «не такая».

Факт, однако, оставался фактом… Полицейские нашли женщин, с которыми Мэри выпивала и принимала кокаин, их показания сомнений не вызывали. То, что муж не знал о порочных пристрастиях жены, послужило для полицейских своего рода индикатором неосведомлённости — если Дональд не знал этого, что чего ещё он мог не знать?

В общем, в отделе по розыску пропавших сочли, что исчезновение Мэри Сантос — это всего лишь очередной «загул проститутки», на который незачем тратить время и силы. Дескать, послоняется она по мотелям недельку-другую, да и прибежит обратно к своему муженьку-рогоносцу. Розыск Мэри был отнесён к категории не приоритетных, и фактически никому в полиции судьба этой женщины уже не была интересна.

Наконец, в середине августа появилась информация об исчезновении в Нью-Бедфорде ещё одной женщины — некоей Сандры Ботельо (Sandra Botelho), употреблявшей наркотики 24-летней проститутки, матери двух детишек. Женщина ушла из своей квартиры в 23 часа 11-го августа, и после этого времени её никто не видел. Наличие детей, как и в случае Дебры ДиМелло, быстро привлекло внимание к случившемуся как полиции, так и органов опеки.

Ну, и само собой, в этот список входили Рошель Клиффорд и Нэнси Пайва. Строго говоря, именно из-за них детектив Джон Декстрадо вообще заинтересовался исчезновениями женщин в Нью-Бедфорде.

Даже поверхностный анализ этих случаев наталкивал на весьма очевидные обобщения: все женщины происходили из португальской диаспоры, все являлись худощавыми брюнетками и имели рост в диапазоне от 160 см до 168 см [реальный разброс был даже меньше, просто точный рост некоторых не был известен точно], все они принадлежали к категории социально неблагополучных горожан и принимали наркотики. А как показывает полицейская практика, если женщина наркоманка, то это пагубное пристрастие обязательно превратит её либо в профессиональную проститутку, либо «эпизодическую», то есть такую, которая занимается подобной подработкой время от времени. Другими словами, наркотики и сексуальный порок всегда идут рука об руку — исключений из этого правила почти не бывает, таковые исключения могут иметь место только в отношении очень богатых женщин.

К последней декаде августа Джон Декстрадо почти не сомневался в том, что в Нью-Бедфорде появился серийный убийца, ведущий охоту на вполне определённый тип женщин. У пропавших без вести были дети — у Деборы ДиМелло аж даже трое! — и все знавшие этих женщин утверждали в один голос, что они не оставили бы детей на произвол судьбы. Дескать, у этих женщин могут быть разные прегрешения, но бросить родную кровинушку — нет, это не про них. Декстрадо был склонен верить подобным заявлениям. Массовый побег проституток казался событием менее вероятным, нежели появление серийного убийцы.

Казус заключался в том, что появление «серийника» заподозрил человек, который вовсе не должен был его искать. А вот детектив, который должен был заняться этим делом в силу занимаемого служебного положения — речь о сотруднике CPCU Дилэйни — серийного убийцу не заметил в упор.

Если кто-то подумал, что упомянутая выше Джуди ДиСантос исчезла из настоящего повествования, то поспешим внести ясность — нет! — своими действиями она продолжала влиять на сюжет довольно долго, и нам ещё придётся не раз попомнить эту женщину.

Через несколько дней после встречи с Декстрадо явно приободрённая вниманием детектива-сержанта Джуди вновь отправилась на квартиру младшей сестры. Она сразу же поняла, что за время её отсутствия здесь кто-то побывал — в квартире появились новые вещи. Перебирая их, Джуди наткнулась на старую жестяную коробку, принадлежавшую отцу. Открыв её, женщина увидела множество использованных шприцев. Джуди подумала о том, что на них могут находиться отпечатки пальцев, представляющие для полиции интерес, а потому неплохо бы передать эту коробку со всем содержимым в руки «законников».

Джуди позвонила по телефону и вызвала полицейский патруль. Явившимся полицейским она разъяснила ситуацию, сообщив, что сестра официально находится в розыске с 10 июля и она — Джуди ДиСантос — по этой причине встречалась с детективом-сержантом Декстрадо. Полицейские, разумеется, знали, кто такой Декстрадо, и потому глупых вопросов не задавали. Они упаковали в конверты для транспортировки улик как коробку с использованными шприцами, так и забрызганный кровью телефон, откланялись и убыли в даль туманную.