Я медленно обернулась и увидела Дэйна. Он стоял в дверях, скрестив руки на груди, и на губах у него играла пугающая ухмылка.

Я поднялась с пола, чтобы встать напротив него.

— Зачем ты всё это делаешь?

Его ухмылка расползлась шире.

— Ты. Я не собирался позволить никому отнять тебя у меня, — сказал он, сделав медленный, преднамеренный шаг вперёд.

Я почти рассмеялась — не от радости, а от шока и ужаса.

— Убивать людей — это не способ удержать меня, Дэйн! — закричала я, слова сорвались с горла. — Меня обвиняют во всей этой чёртовой херне, которую сделал ты!

Он молчал, лицо было непроницаемым, но я почти видела войну, что бушевала в его голове.

— Что с тобой случилось? — мягко спросила я. Это был не тот Дэйн, которого я узнала, тот, кого, по глупости, полюбила. Но что-то подсказывало: тот Дэйн, которого я любила, тот обаятельный, добрый мужчина, никогда не существовал. И сейчас, в этом кошмаре, он наконец собирался показать, кто он есть на самом деле.

Он издал мрачный смешок.

— С чего бы начать.

Провёл рукой по волосам.

— Родители меня игнорировали. Отец бил. Парни матери насиловали. Я видел, как отец насилует мать. Видел, как он убил моего питомца. Меня забрали после того, как я почти убил его. А дальше — приёмные семьи, где меня таскали туда-сюда, — каждое слово било меня в живот.

Он остановился на миг, встретив мой взгляд.

— Продолжать?

Как на это вообще ответить? Голова кружилась от ужаса, от тяжести всего сказанного. Но он не остановился.

— Я пытался что-то сделать со своей жизнью, да. Стало лучше, — он смутно ткнул пальцем в грудь. — А потом я встретил тебя. И я не мог позволить, чтобы у меня это отняли.

— Дэйн... — начала я, но он резко перебил.

— Нет! — выкрикнул он так пронзительно, что я дёрнулась. — Чёрт, я чуть не дал умереть собственной сестре, потому что у меня крыша поехала! Я мог помочь, но не сделал ничего!

Я нахмурилась.

— Сестре?

— Ага, Старлет. Представь, оказалось, мы родственники. И я увидел её у Зэвьера, избитую до полусмерти. Я её подлатал, но не спас. Ничего не сделал! — он снова заорал, голос сорвался, и я вжалась в себя. — Я не собирался снова облажаться. Не с тобой.

Горячие слёзы потекли по моим щекам. Все его чудовищные поступки, холодные убийства — это было реально. Но теперь... теперь я увидела за этим сломанного, искалеченного мальчика. Он не просто плохой. Он болен. Ему нужна помощь.

Я осторожно шагнула к нему, когда он начал рвать волосы, пальцы сжимались, будто он пытался вырвать самого себя. Сердце сжалось. Я протянула руку и мягко коснулась его пальцев. Он взглянул на меня — глаза безумные, потерянные.

— Позволь мне помочь, — прошептала я.

Он судорожно замотал головой, вырвав ладонь, страх сверкнул в его взгляде.

— Нет, нет, нет. Ты уйдёшь, как все остальные. Я знаю.

— Нет, Дэйн. Я не уйду, — настояла я, сделав шаг ближе. — Просто... позволь мне помочь тебе.

Его глаза были огромными, безумно расширенными, он выглядел напуганным ребёнком, запертым в теле мужчины.

— Я просто... я не хотел потерять и тебя. Я люблю тебя, Сэйдж, — сказал он, голос надломился. Моё сердце разбилось на миллионы кусочков, несмотря ни на что.

Нет, то, что он сделал, нельзя оправдать. Убийства, пытки, страдания Ноа, мой ужас... ничто. Но его всё ещё можно спасти. Всё ещё можно исправить.

— Это не любовь, Дэйн, — сказала я.

Он нахмурился, слёзы в глазах сверкнули, и я почувствовала, как его тело напряглось. В его взгляде вновь появилась опасная тень.

И тут вдали раздался вой — сначала едва слышный, но всё громче и ближе. Сирены. Несомненно, сирены. Наши взгляды одновременно метнулись к двери. Дэйн отпрянул, голова резко дёрнулась к звуку.

— Что ты сделала? — он сорвался в панику, глаза метались по комнате, он заметался, как зверь в клетке.

Я молчала несколько секунд, пока вой становился всё ближе. А потом приняла решение, о котором, я знала, пожалею всю жизнь.

— Беги.

— Сэйдж, нет! — возразил Ноа, но я его проигнорировала, не сводя глаз с Дэйна.

Дэйн замер, уставившись на меня.

— Беги, Дэйн! — повторила я.

Он взглянул на Ноа, потом снова на меня — в его глазах, полных слёз, был безмолвный вопрос. Затем он развернулся и исчез из комнаты.

ГЛАВА 34

ДЭЙН

Я всё испортил. Снова.

Каждую грёбаную мелочь, каждую хрупкую деталь жизни, которую я пытался построить, я разбил в миллион сверкающих осколков.

Я разрушил нас. Я разрушил её.

Клянусь, я пытался. Боже, как же я старался. Я сворачивался в узлы, растягивал своё сознание до предела, лишь бы стать лучше.

Стать нормальным.

Заставить голоса замолчать, загнать зверя в клетку, хотя бы на одну грёбаную секунду вписаться в этот мир. Всё, чего я когда-либо хотел, — это простая, скучная, прекрасная нормальность. Не быть этим.

Я бежал, казалось, уже целую вечность. Всё смешалось в хаотичный туман, разум превратился в кашу. И вот так, внезапно, с грохотом на меня обрушился груз их слов, тех голосов, которых я так долго пытался заглушить.

Каждый. Чёртов. Голос.

Моя мать, мой отец, психиатры, приёмные семьи. Все они были правы. Все до единого. Я сломан. Я чудовище.

Псих.

Это в моей ДНК. Это никогда не изменится, не по-настоящему. И я едва не утянул за собой женщину, которую люблю сильнее своей извращённой жизни.

И тут, сквозь слёзы и пот, сквозь грохот в ушах, я заметил кое-что. Две машины, припаркованные у старого кирпичного здания. И две фигуры рядом.

Я пошатываюсь ближе, сердце колотится о рёбра, и холодный ужас вгрызается мне в горло.

Нет. Не может быть.

Зрение проясняется — и я готов поклясться, это были они.

Ноа и Сэйдж. Прямо там.

Они смеялись. Прикасались друг к другу. Его рука на её руке, её голова откинута назад, и на лице улыбка — та самая, которая всегда существовала только для меня.

Как, чёрт возьми, это возможно? Они ведь были в доме. Нет. Нет. Это они. Волосы, одежда, её движения. Это неоспоримо они.

Волна ярости взорвалась внутри меня. Она текла по венам, как жидкий огонь. Ноги, ведомые первобытной яростью, сами двинулись вперёд.

Я резко останавливаюсь, когда они наконец замечают меня. Их лица искажены недоумением, они смотрят прямо на меня. Будто я — сумасшедший.

Он хмурится:

— Эй, ты в порядке, мужик?

Но я не могу отвести взгляд