чему угодно, кроме этого. Ведь Роза говорила, что дружили они с детства!

Сюзанн сверкнула глазами. Гневный взгляд словно осветил ее лицо изнутри. Я раньше считала ее красивой? Теперь она стала краше раз в десять! Розалин ей, по правде говоря, и в подметки не годилась.

– Когда нам нечего стало продавать, – она словно выплевывала слова, добела сжимая кулаки, – я попросила Розу… попросила только занять! Я бы отдала, отработала, клянусь!

– Верю, – кивнула я. – А что же она?

– Роза ответила, что только купила новое манто, и муж ей больше денег не даст. Манто, понимаете? А у меня мама умирала…

Судорожно вздохнув, она отвернулась.

М-да. Что тут скажешь? И ведь Роза даже не подумала, как сильно этим ранит подругу, иначе не стала бы после доверять ей сокровенное.

Разумеется, в этой дыре она Сюзанн не навещала, об этом даже думать нечего.

– Вы вскрыли письмо? – поинтересовалась я, собравшись с мыслями.

Она покачала головой.

– Зачем? Оно на мужское имя и отправлено в такой тайне, значит, наверняка к любовнику.

– Вы предложили мистеру Финчу его у вас купить, – сообразила я. – Как доказательство измены, которое пригодится ему для развода!

Сюзанн спокойно кивнула. Обелять себя она не собиралась.

– Розалин – избалованная девчонка! У нее все было: муж, дом, могла бы родить ребенка. А ей все мало, мало…

Стиснув пальцы, она уставилась в окно.

– Это все? – спросила она мертвым голосом.

Меня осенила идея. В конце концов, почему нет?

– Нет. Хотите заработать еще?

Она удивилась так, что даже обернулась.

– Как?

– Предположим, – начала я медленно, чиркнув зажигалкой, – вы позвоните мистеру Финчу и соврете, что вскрывали конверт. Только сделали это очень осторожно, чтобы это не было заметно…

– Нет! – перебила она резко. – Даже слушать не хочу. Вы не знаете Майкла Финча, это очень опасный человек. Рисковать жизнью я не стану ни за какие деньги! Кто тогда позаботится о маме и моей сестренке?

По-видимому, Розалин успела ей порассказать о муже. И, по правде говоря, трудно назвать ее опасения беспочвенными.

Тем не менее, я попыталась уговорить Сюзанн, но она стояла на своем, и мне пришлось отступиться.

Впрочем, оставалась еще одна возможность…

* * *

– Ты с ума сошла? – осведомился Дэнни едко, когда я изложила свой гениальный план. – Он уже прикончил двоих, так что вряд ли остановится перед третьим.

Извержение негодования уже миновало, теперь кузен лишь слегка попыхивал раздражением.

– Что ты предлагаешь? – поинтересовалась я кротко, сдерживая раздражение, и обвела взглядом хмурых мужчин. – Оставить все, как есть?

– Может, мы еще найдем доказательства вины Финча, – заметил доселе молча слушавший нашу перепалку инспектор Рэддок.

Мы трое устроились в гостиной Дэнни, попивая кофе и поедая пиццу. Неплохая вечеринка, только вот беседу мы вели не очень-то приятную. Сплошные трупы, алиби, шантаж… Впрочем, аппетит это никому не испортило.

– Или это вообще не он, – буркнул Дэнни, нахохлившись, и закинул ноги на сверкающий полированный стол.

– А кто? – я взяла последний кусок пиццы, поэтому договорить смогла, лишь прожевав: – Что на это скажет наш «мистер-полицейский-особое-чутье»?

Рэддок вздохнул, пропустив сарказм мимо ушей, и пожал плечами.

– Он.

– Вот видишь! – возликовала я, толкнув кузена локтем в бок, отчего он едва не сверзился с кресла. – Думаю, надо рискнуть.

– А вдруг он тебя опознает? – спросил Дэнни безнадежно. – Ты же на нее совсем не похожа!

– Ночью все кошки серые, – отмахнулась я. – Напялю парик – у Розалин как раз есть подходящий – юбку надену короткую, губы намалюю поярче. Может еще плащик накину, хотя в том освещении все равно ничего не разглядишь. Только срок надо назначить покороче, чтобы Финч запаниковал и начал действовать без подготовки. Ну, что скажете?

Мои подневольные сообщники уныло переглянулись.

– Давайте мы вас подстрахуем, – предложил Рэддок, расхаживая по комнате. Вон как мечется из угла в угол, бедолага. Неужели так за меня тревожится? Или боится, что его за эдакую самодеятельность по головке не погладят?

– Он может прийти заранее, – напомнила я. – Вычислит вас и все сорвется. Надо, чтобы вы заявились в последний момент.

– Давай мы устроимся в ее квартире? – вскинулся Дэнни. – Главное, успеть среагировать, если что.

Я спрятала улыбку. Он спорил уже не о том, надо ли устраивать ловушку, а лишь о том, как ее устроить половчее.

Рэддок нахмурился.

– То-то и оно. Придется задействовать ваши особые таланты, Дэнни.

Кузен онемел и вытаращил глаза, не найдя подходящего ответа.

Способностями своими он пользовался вполне законно, с ведома и благословения матери-церкви. Впрочем, в городских условиях применение им находилось редко, но Рэддок прав – теперь как раз тот случай.

В общем, согласились они, как миленькие. Что им еще оставалось?

* * *

Заведение было из низкопробных. Кабаре, пьяные крики, кислая вонь дешевого пива, драка прямо у входа, на которую никто не обращал внимания… Ну и местечко нашла себе Сюзанн! Хотя платили тут щедро и не приставали, если девушка против – за этим зорко следили вышибалы.

Я оглядывалась по сторонам с превеликим любопытством. Интересно же, как все устроено в таких местах! Мне пока и посещать-то такие кабаки не доводилось, а уж бывать за кулисами тем более. Сюзанн, которой пришлось посулить немалую оплату, помогала без особой охоты, но грамотно и на совесть.

– Посидите пока тут, – предложила она, указывая на табуретку в сторонке. – Мне пора на сцену.

Она что-то наплела товаркам, я в их разговоры не вслушивалась. В первом номере Сюзанн не выступала, так что у нас было несколько минут для разговора наедине.

– Где вы этому научились? – поразилась я, глядя, как она густо подкрашивает глаза, уже переодетая в расшитый стразами и пайетками наряд.

В таком виде Сюзанн была неузнаваема – прекрасная и порочная.

– Вы о кабаре? – сообразила она, подводя губы густо-вишневым. Соединила губы, чтобы помада легла ровнее, и усмехнулась невесело. – Я с детства занималась танцами. Разумеется, не такими, но невелика наука. Понадобилось – научилась и ножки задирать, и улыбаться призывно.

Я смущенно отвела глаза. Что же, надеюсь, что гонорара за помощь в расследовании ей хватит с лихвой, чтобы выбраться из нужды и подлечить мать.

– Телефон вот, – Сюзанн поставила на столик аппарат и критически изучила в зеркале свое отражение. – А я побежала. Помните, мы заканчиваем в половине второго. Вам еще нужно успеть переодеться.

– Я помню, – я покосилась на узел с париком, платьем и кое-какой косметикой.

Преображаться придется тут же. Сюзанн Кюри пришла на работу – она же должна выйти отсюда после представления. Разумеется, домой уйдет Сюзанн липовая, а настоящая переночует на кушетке в углу. Спутать