каждый доллар, заработанный их коллегами-мужчинами. К 2010 году женщины протестовали, боролись и изо всех сил старались поднять эту компенсацию до 77 центов на каждый доллар, заработанный мужчинами. Как иронично пошутила активистка Марло Томас в День равной оплаты труда 2011 года: „Сорок лет и восемнадцать центов. Дюжина яиц выросла за это время в цене в десять раз“».

Шерил также делится своими мыслями о том, почему женщин так мало на управляющих постах, ведь количество женщин с высшим образованием уже давно превысило количество мужчин, тем не менее девочки учатся и получают красные дипломы, а мальчики – управляют компаниями и странами. У меня есть и хорошие новости: Шерил пишет, что из 195 независимых стран только 17 управляются женщинами. Сейчас я проверила статистику: их стало Но женщин на управляющих должностях по-прежнему меньше мужчин: всего 21 % премьер-министров и 26 % членов парламентов, 36 % в локальных управляющих органах.

Как же так? Почему не помогает уровень образования? Много лет Клаудия Голдин анализировала данные, собранные за 200 лет, еще никто и никогда не поднимал такой большой пласт данных. И она пришла к выводу: все дело в детях. Ровно до момента появления ребенка мужчина и женщина идут примерно одинаковым маршрутом: образование, собеседование, стажировка, должность, карьерный рост. А потом женщина уходит в декрет. И тут начинается самое интересное: чаще всего вопрос о выходе мужчины в отпуск по уходу за ребенком даже не обсуждается, хотя во многих странах такая возможность есть: например, в России отец ребенка может уйти в декрет, причем с пособием по уходу за ребенком. Но обычно женщины слышат вопрос: «И как ты планируешь теперь совмещать карьеру и ребенка?» Причем задающие этот вопрос выглядят так, как будто кое-что знают, но расскажут тебе только после родов. И они действительно знают – то, за что Клаудия Голдин получила Нобелевскую премию. После рождения ребенка жизнь уже не будет прежней.

Интересно, что представление о женщине – хранительнице очага на самом деле не такое устаревшее, как мне казалось когда-то на первый взгляд из моего информационного пузыря. Я думала: ну неужели кто-то действительно верит в то, что после рождения ребенка женщина не планирует возвращаться к работе? Ну, может, в каких-то совсем уж отсталых сообществах. И тогда я как раз прочитала рассказ Мелинды Гейтс о том, как она сообщила Биллу, что не планирует возвращаться к работе после рождения первенца, и было это в 1995 году, не в 1895-м и не в 1795-м! Мелинда рассказывает:

«По пути домой из Китая мы с Биллом отделились от группы, чтобы побыть наедине. Во время одной из наших бесед я шокировала Билла, сказав: „Послушай, я не собираюсь продолжать работать после того, как у меня родится ребенок. Я не вернусь“. Он был ошеломлен: „Что значит – ты не вернешься?“ И я сказала: „Нам повезло, мы не нуждаемся в моем доходе. Речь идет о том, как мы хотим воспитывать семью. Ты точно не начнешь меньше работать, а я не представляю, как я могла бы совмещать работу с семьей, если я хочу заниматься и тем и другим на хорошем уровне“. Я предлагаю вам откровенный отчет об этом разговоре с Биллом, чтобы с самого начала подчеркнуть важный момент: когда я впервые столкнулась с вопросами и трудностями жизни работающей мамы, я не очень хорошо представляла, о чем идет речь. Моя личная модель тогда – и я не думаю, что это была очень осознанная модель, – заключалась в том, что, когда у пары родились дети, мужчины работают, а женщины остаются дома.

Честно говоря, я считаю, что это здорово, если женщины хотят оставаться дома. Но это должен быть выбор, а не то, что мы делаем, потому что думаем, что у нас нет выбора. Я не жалею о своем решении. Я бы сделала это снова. Однако в то время я просто предполагала, что это то, что делают женщины».

У меня же, наоборот, не было даже мысли о том, чтобы не работать после рождения ребенка. Мне очень повезло: я ни дня не работала ни в какой компании, всегда сама на себя. Я сама составляю свое расписание, выбираю количество рабочих часов и когда они будут: утром, вечером, ночью. Это мое личное дело и это моя привилегия, я ее полностью осознаю и знаю, что не все работающие мамы находятся в такой ситуации. Многим приходится совмещать совершенно невозможный рабочий график с совершенно невозможным детским графиком. Помню, как между тремя и четырьмя годами дочь болела примерно каждые две недели: то кишечная палочка, то отит, то гайморит, то вши (в кипрских садиках и школах – обычное дело), то фебрильные судороги и двое суток в больнице на нурофене (в кипрских больницах – обычное дело). Я не представляю, каким образом я могла бы совмещать работу в офисе или даже из дома, но с фиксированным графиком, с таким «весельем» и поездками по врачам и больницам. Потом начинаются утренники, детские дни рождения, кто-то из родителей (очевидно кто – мамы) должен поехать на школьную экскурсию и так далее. А сколько стоят услуги няни, видели? Неудивительно, что многие женщины решают: да я лучше буду сидеть дома с ребенком и не нестись ни в какой офис и не извиняться перед шефом, отпрашиваясь забирать ребенка из детсада с очередными соплями.

Тут и начинает расширяться разрыв между оплатой женского и мужского труда. Потому что, пока женщины вытирают сопли детям (а часто и себе – от усталости и бессилия, ну и просто это всегда очень страшно, когда болеет ребенок), мужчины учатся, ездят на конференции, заводят полезные знакомства и поддерживают их неформальными посиделками в ресторанах после работы, участвуют в самых новых и масштабных проектах своей компании, даже уезжают в многомесячные командировки. Все это недоступно работающей маме.

Даже если она пытается, всегда есть добрые родственники и знакомые (те самые, которые спрашивали тогда: «А как ты собираешься совмещать?»), которые говорят: «Ты-то на работе, а дети с кем?»

Тина Фей рассказывает в своей книге «Bossypants», как она ездила по Америке с презентацией их со Стивом Кареллом фильма «The Date Night» и в каждом городе журналисты задавали ей вопрос: «А с кем ваши дети?» А Стиву не задавали. Почему-то.

В общем, тут – целый коктейль из внутренних и внешних препятствий, который в итоге выливается (он же коктейль) в большую разницу в оплате труда и в то, что миром управляют мужчины.

И