многие годы бородой всяческих слухов. «Мы поехали туда повеселиться, только и всего, – объясняет он. – Никто не избивал граждан, ничего подобного. Когда менты запаниковали, мы засунули парочку из них в мусорные баки и сверху придавили крышки их же мотоциклами – вот и все».

В 1948 году, через год после происшествия в Холлистере, примерно тысяча байкеров устроила загул в Риверсайде, Лос-Анджелес. Они гоняли по улицам, швыряли в копов петардами и всячески терроризировали мирное население. Одна лыбящаяся шайка тормознула в самом центре города автомобиль офицера ВВС. Когда офицер нажал на клаксон, байкеры вскочили на капот, помяли его, разбили в машине все окна, дали водителю в морду и помацали его перепуганную жену, после чего отпустили их, наказав впредь не сигналить на пешеходов. Шериф Гари Рэйберн сумел загнать одну группу захватчиков в угол и приказал им убираться из города, но они нагло принялись его шлепать со всех сторон, сорвали с него бляху и порвали форму. Пока шериф вызывал подкрепление, изгоев и след простыл.

Первые «ангелы» хорошо знали, что с вооруженными копами шутки плохи, еще задолго до наступления эпохи пактов о взаимовыручке между соседними полицейскими отрядами. Сегодня они бросают вызов копам, только если видят, что закон заставляет полицейских проявлять сдержанность, например когда развитие событий чревато бесчинствами, в присутствии телевизионных камер или в случае, не позволяющем устраивать стрельбу из-за толпы зевак. По этим причинам шайка «ангелов ада», устраивающая пробег в курортную зону, представляет собой для сельских копов адскую головоломку. Фокус состоит в том, чтобы сдерживать их, не провоцируя на насилие. Но вот незадача – изгои очень легко ведутся на провокации. Когда события выходят из-под контроля, может случиться что угодно – травмы, плохое паблисити и ставящий точку в карьере выговор за превышение полномочий, например за стрельбу по дерущимся и попадание в случайного прохожего.

Американская система охраны правопорядка не задумывалась для усмирения большого числа бунтующих граждан, она предназначена для защиты общества от конкретных преступлений или лиц, совершающих таковые. Всегда предполагалось, что полиция и граждане – естественные союзники в противостоянии гнусным, опасным бандитам, которых следует арестовывать на месте, а при попытке сопротивления – отстреливать.

Однако есть немало примет, говорящих, что этот «естественный союз» вскоре разделит судьбу линии Мажино. Полиция все чаще и чаще вступает в конфликт с целыми группами граждан, не являющихся преступниками в традиционном смысле слова, но потенциально не менее опасных для полиции, чем любой вооруженный гангстер. Это в первую очередь относится к группам негров и подростков. Беспорядки в Уоттсе 1965 года в Лос-Анджелесе – классический пример нового положения. Целая община набросилась на полицию с такой яростью, что пришлось вызывать Национальную гвардию. При этом подавляющее большинство бунтовщиков не были преступниками – по крайней мере до начала беспорядков. Похоже, в Америке формируется новая категория нарушителей общественных устоев, лиц, угрожающих полиции и структурам общества, не выходя за рамки закона, – просто в силу того, что они презирают закон и не верят полиции. И эта закоренелая неприязнь готова неожиданно вырваться наружу по малейшему поводу.

Наиболее нашумевшие преступления «ангелов ада», по сути, можно расценить как неприличные поступки, например «непристойное и распутное поведение» или «нарушение общественного порядка». В полицейских блокнотах эти типичные выходки фиксируются пометкой «бомжесрам». За непристойное поведение в общественных местах, драки в барах и гонки на мотоциклах в многолюдных районах ежегодно получают штрафы тысячи людей. Но когда пятьсот представителей незнакомого вида человекообразных существ собираются в мирной общине, ссут на улицах, бросают друг в друга пивными банками и с ревом гоняют на мотоциклах по центральной площади поселка, это производит на граждан больший шок, чем ограбление местного банка с автоматной стрельбой в стиле Диллинджера – в конце концов, банк застрахован. Вряд ли кто-то разрыдается, услышав, что Федеральной корпорации по страхованию вкладов пришлось оплатить заявку на возмещение ущерба, однако новость о приближении к горному курортному городку сотен грязных отморозков может вызвать среди местного населения панику и побудить его вооружаться.

Именно так обстояло дело к 3 июля 1965 года. Басс-Лейк жил в напряжении уже несколько дней. Экземпляры Life от 2 июля с репортажем из Лаконии были вывешены в заметных местах на всех сельских рынках. Местные ожидали худшего. Если судить по сообщениям прессы, наиболее оптимистичное предсказание сводилось к пьяным дракам, материальному ущербу, запугиванию граждан и вероятности получить по морде в любой момент. Не исключалось, что изгои по своему обыкновению скупят все запасы пива. А если дикари оправдают свою дурную славу, то с полным основанием можно ожидать холокоста поджогов, грабежей и изнасилований. С приближением выходных атмосфера в Басс-Лейке напоминала хутор в Канзасе, готовящийся пережить торнадо.

10

Чувак, когда тебе было пятнадцать-шестнадцать лет, разве ты думал, что когда-нибудь станешь «ангелом ада»? Как меня к вам занесло? Господи, я всего-то уволился из армии, вернулся в Ричмонд, начал кататься на байке в чиносах и чистой футболке, даже шлем надевал. А потом встретил вас, ребята. Становился все более чумазым и грязным, сам не могу поверить. Потом потерял работу, вся жизнь стала уходить или на пробег, или на подготовку к пробегу. Господи, до сих в голове не укладывается.

Жирный Д., «ангел ада» из Ричмонда

Что ты заладил – «правильно», «неправильно»? Единственное, что нас колышет, правильно ли это для НАС. У нас есть свое определение, что правильно, а что нет.

«Ангел ада», погрузившийся в философию

По словам Френчи, пробег должен был начаться в восемь утра у «Эль Адоба», пивной на Восточной 14-й улице в Окленде. (До осени 1965 года «Эль Адоб» служила неофициальной штаб-квартирой чапты Окленда и центром координации действий «ангелов ада» в северной части Калифорнии, но в октябре заведение снесли, чтобы освободить место для автомобильной стоянки, и «ангелы» переехали обратно в «Клуб грешников».)

Ранние прогнозы погоды обещали дикую жару, однако в центре Сан-Франциско, как обычно, висел туман. Я проспал и второпях забыл дома фотоаппарат. Времени позавтракать не оставалось, я наскоро проглотил сэндвич с арахисовым маслом, пока загружал машину: спальный мешок и сумку-холодильник для пива – в багажник, кассетный диктофон – с собой, незаряженный «люгер» – под водительское сиденье. Обойму я сунул в карман, решив, что оружие будет нелишним, если ситуация выйдет из-под контроля. Удостоверение журналиста, конечно, хорошая штука, но во время побоища нет лучше пропуска, чем пистолет.

К тому времени, когда я выехал, часы показывали почти восемь. На окутанном туманом мосту через залив между Сан-Франциско и Оклендом я услышал первый выпуск радионовостей:

Жители