Алкогольно-ягодно-молочный коктейль от резкого движения чуть не выплеснулся на пол. Пьянею я медленно, но лучше не рисковать.

– Именно это я и хотел сказать! – прокричал Дима мне на ухо. – Плюнь на него и отдыхай. Он со знакомыми, полапает девчонок, скоро набухается, а к утру найдем его, увезем домой и уложим спать.

– Но-о… я же гувернантка…

Я повернулась в сторону Тима, который, практически закончив новый бокал коктейля, целовался с одной из дамочек, развратно лапая ту за задницу. Девушка подавалась ему навстречу, выгибаясь и запрокидывая голову, чтобы дотягиваться до губ. Клубы… Ненавижу их!

Перевела недовольный взгляд на Диму, замечая, что тот тоже смотрит на Тима. Кажется, поведение парня его не особо радовало.

– Тимка в таких делах слишком ограничен родителями и, если получает свободу, не всегда себя контролирует, – проговорил Дима тихо, но мне удалось его расслышать, несмотря на орущую музыку. – Это как протест. Он не станет баловаться наркотиками или перегибать палку, но…

Нахмурилась, осмысляя услышанное. Меня уговорили сводить в клуб Тима, который «себя не контролирует»? А нельзя было заранее предоставить эту информацию? Почему тогда в прошлый раз я забирала Тима из клуба трезвым и вменяемым? Может, контролировать себя он как раз умеет, но… не хочет?

Еще раз взглянула на Тимофея, наслаждающегося обществом девушек. Правильно, если все так неплохо, почему бы и не плыть по течению?

– Он так всегда? – со вздохом спросила Диму.

Тот указал на свои уши, вероятно, подразумевая, что ничего не услышал. Пришлось подняться на носочки, ухватившись за его плечи, и повторить вопрос громче.

– Почти, – уклончиво отозвался Дима, практически утыкаясь носом мне в волосы. – Правда, чаще без девушек. На этот раз ему повезло.

Я усмехнулась. Сегодня он делает это, показывая мне, насколько взрослый и привлекательный. Впрочем, если с первым могла бы поспорить, то со вторым… Я посмотрела на Тима. Хорошо, второе оспаривать не буду: в полутьме клуба парень не казался таким юным, в белой рубахе с закатанными рукавами и узких джинсах Тим выглядел эффектно. Что и подтверждала девушка в его объятиях.

Хотя, может, это на меня коктейль с афродизиаками так действует? Заставляет посмотреть на парня под другим углом?

– Значит, бессмысленно пытаться отбирать у него алкоголь?

– Если так же будешь действовать, как в первый раз, – хохотнул Дериглазов, – то смысл есть: сама напьешься.

Я фыркнула, закатывая глаза:

– Не смешно.

А потом осмотрела зал, пытаясь отыскать место, где можно было бы приземлиться. Если честно, даже не надеялась, что найду хотя бы свободный стул, но судьба, видимо, решила мне улыбнуться – раз уж не повезло с Тимошей. Угловой диван в мягкой зоне оказался свободен. Правда, пробраться к нему оказалось сложно – пришлось преодолевать танцующую толпу, сбивающую с ног, – но оно того стоило. Здесь музыка звучала тише, а главное, было прекрасно видно Тима.

Дериглазов не отставал от меня ни на шаг, будто записался в телохранители. Исчез он лишь на минуту, вернувшись с лакированной табличкой – reserved, которую водрузил на стол.

– Забронировано? – я изогнула бровь.

– Таблички «занято», увы, не нашлось, – рассмеялся Дима. – Джой предложил взять эту. Он к нам, кстати, присоединится чуть позже, не возражаешь? – Я покачала головой, показывая, что не против. – Спрашивал, с нами ли твой кузен…

– Ник?

– Ага, Саньке нравится его компания.

Мне вспомнилась та случайно подсмотренная сцена: маленький Джой, кажущийся еще более хрупким рядом с Никитой. То, как осторожно мой двоюродный брат вытащил сигарету из пальцев Джоя… Это было скорее прощание, а не «теплая дружеская встреча».

– Ники больше не любит клубы, – улыбнулась. – Перерос.

– Я знаю, – Дима ухмыльнулся. – Мы друзья, забыла?

Нет. Как забыть? Никита часто упоминал Дериглазова, лучший друг все же…

Мы замолчали: я откинулась на диван, наблюдая за Тимом, оторвавшимся наконец от девушки и принявшимся за очередной коктейль голубоватого цвета. Дима, кажется, не собирался садиться – стоял рядом, потягивая свой напиток.

Момент, когда парень наклонился ко мне, я пропустила, наверное, увлекшись слежкой за Тимом. Поняла, что губы Димы находятся у самого моего уха, лишь когда он спросил:

– Может, потанцуем? Мы все же в клубе.

Повернулась к нему, удивленно моргая, словно очнулась после долгого сна. Танцевать? Но я же не отдыхать пришла…

– Ммм? – лукавый взгляд искусителя со стажем и приглашающе протянутая ладонь.

Замявшись, я все-таки приняла его приглашение. Эх, была не была!

Единственное, чего хотел Тим, отправляясь в клуб, – забыть о Ладе и вызвавшемся помочь с ней друге, расслабиться, окунувшись в дикий бит и опьянение, и насладиться компанией симпатичных девушек. И вроде бы Тим получал все, что хотел: быть подальше от Лады и Димы – конечно; музыка – пожалуйста; алкоголя – завались, особенно с его карманными деньгами; еще и Нину встретил с девчонками – отличная компания. Нина была старше на пару лет, легкая на подъем и обожала поцелуи. Но…

В клубе было душно. Музыка, сперва показавшаяся классной, через некоторое время стала относительно терпимой. От Нины исходил тошнотворный запах сладкого парфюма и приторных, ненавистных Тиму ароматизированных сигарет то ли с ментолом, то ли еще с чем. Этот аромат танцевал на кончике языка после поцелуев, вызывая рвотные позывы. Он терпеть не мог ароматизированные сигареты и вейпы, особенно когда сам пытался бросить курить.

Бесило… Бесило многое! А особенно раздражали Лада с Димой, от души веселящиеся и наслаждающиеся собой. Тим думал, что, если Дериглазов отвлечет гувернантку, подарив другу ночь свободы, он будет счастлив и проведет ее с пользой. Но довольные лица этих двоих выводили из себя.

Димка, казалось, кайфовал от происходящего: танцевал, крепко прижимая к себе Ладу, носил ей коктейли и сладости, утягивал участвовать в идиотских конкурсах, говорил что-то, близко склоняясь к уху. А Лада тоже хороша! Совсем не против – отжигает на танцполе, Джою подыгрывает с его похабной программой, ест пирожные чуть ли не из рук Димки. Отвлекается, когда должна выполнять свою работу и следить!

Сам попросил отвлечь Ладу, сам теперь злится.

Тим качнул тонконогий бокал, наблюдая, как в жидкости отражаются неоновые блики. Цвет у напитка был на редкость тошнотворный, светло-коричневый. Да и вкус тоже. Зачем только заказал?

– Что, дружочек мой, невесел, что ты голову повесил? – ухмыльнулся Дериглазов-старший, выныривая словно из ниоткуда. В