самые необходимые вещи – я отправляюсь покорять Каракас. Рюкзак получился несколько тяжеловатым. Все же телефон, документы, разные полезные мелочи: складной нож, он же вилка и ложка, огниво, трут, фонарик и даже таблетки для очистки воды, весили немало, но они могли пригодиться в любой момент. С таким набором туриста чувствуешь уверенность в каждом своем шаге. После произошедшего в Эдинбурге расставания поддержка даже в мелочах мне совсем не помешает и поможет отвлечься от переживаний.

Все чаще я ловила себя на мысли, что сомневаюсь в успехе путешествия. Мысли о том, что все усилия пойдут насмарку, что не смогу найти папу и во всем разобраться, преследовали меня все эти дни с завидным постоянством. Понимаю, что многие сомневаются в выборе правильности пути, но я же не Цезарь и не перехожу Рубикон. Это у римского полководца на кону стояла жизнь. Гай Юлий Цезарь бросал жребий, выбирая, вести ему армию в Вечный Город или прийти туда обычным гражданином, уповая на сознательность сенаторов. Все же политические столкновения с Гнеем Помпеем из-за власти были весьма острыми. Римляне боготворили свою Республику и совсем не хотели возвращаться к царям-диктаторам, а именно таким и казался Цезарь сенаторам. Помпей же выступал как защитник римских республиканских традиций. Ситуация выбора у меня значительно проще, чем у Цезаря. У римского полководца – жизнь, у меня… Я просто пытаюсь найти папу.

Так почему же сомнения и ощущение будущего возможного проигрыша одолевают меня? Такого раньше не было. Бывало, что в раздумьях о новых школьных каверзах или одежде на свидание проводила несколько тревожных минут. Но что бы так… сомневаться на каждом шагу? Нет. Такого не было никогда. Так почему же теперь? Что изменилось? Неужели я изменилась так сильно за последние недели? И все это из-за разрыва с Егором?

Рука сжалась в кулак при мысли о разлуке. Было все еще больно вспоминать о… Я назову его «инициатором разрыва». Так получается официально, обезличенно и… Как же тоскливо и одиноко. В который раз я прогнала прочь желание потребовать от Егора объяснений. Ведь это ни к чему не приведет. Да и как? В мир магии не позвонить с обычного телефона, сообщение не отправить. Туда можно попасть разве что через телепортационный зал, который охраняется безопасниками, и пускают туда только по пропускам.

Встряхнув короткими волосами, я постаралась прогнать ненужные мысли. Карлос Рамирес – вот моя цель. И на ней надо сосредоточиться. А для всего остального нужно время. Говорят, оно лечит.

После эмоциональной встряски, которую я сама себе устроила несколько дней назад, прятать чувства не было смысла. Позволив эмоциям проявить себя, раскрыться в полную силу, стало понятно, что просто так они не исчезнут. Нужно время, чтобы боль от расставания прошла. Потому пора было закончить заниматься самоанализом и отправляться в город. Вызванное такси уже поджидало у входа в отель. Так, по крайней мере, сообщил портье. Закинуть рюкзак на плечо, подхватить небольшую сумку с вещами и можно отправляться в путь.

– Вам точно туда надо ехать, сеньорита? – спросил водитель такси, напряженно поглядывая на меня в зеркало заднего вида.

– Да, – я еще раз назвала адрес, думая, что что-то неправильно произнесла по-испански. – А что? Проблема?

– Нет-нет, – засмущался таксист. Видимо, испугавшись, что я сейчас отменю заказ и найду более сговорчивого водителя, он быстро завел автомобиль. – Туристы обычно не посещают такие кварталы, – уже спокойнее добавил мужчина.

– Я не турист. Это по работе, – зачем-то пояснила я.

И вот чего я не учла, так это любопытства пожилого венесуэльца. Он буквально засыпал меня вопросами. А так как знание языка у меня оставляло желать лучшего, то быстро отвечать не получалось. Я только начинала говорить, как водитель уже задавал мне новый вопрос. И теперь приходилось отвечать на него. Через пару минут такого общения я просто отвечала «да» или «нет», чтобы хоть как-то поддержать разговор.

– Такая красивая сеньорита не должна появляться там одна, – снова забеспокоился таксист, когда мы приехали по указанному адресу на окраину города. – Может, вас подождать?

– Нет, спасибо. Все нормально. У меня здесь встреча, – попыталась я успокоить мужчину, но, судя по его настороженному выражению лица, мои слова ему показались неубедительными.

– Опасайтесь моторисадос и спрячьте телефон, – посоветовал он.

То, что обстановка в городе напряженная, я и так поняла. Криминальные сводки систематически появлялись в сетке новостных агентств. Но я не затем перелетела через океан, чтобы просто так сдаться из-за каких-то там моторисадос. Поблагодарив за совет, я расплатилась за поездку и засунула телефон поглубже в карман брюк. Потерять мобильник действительно не хотелось. Это «чудо техники», как называла телефон в свое время прабабушка Зоя, оказалось весьма полезным. Фотографии, музыка, игры и еще куча полезных приложений были в нем благодаря стараниям Сьюзен. Она же создала и мои странички в социальных сетях, которыми я не пользовалась, считая, что личное общение намного интереснее. Хотя в случае с Егором, если бы у нас было больше возможностей для общения, то наши отношения могли бы… развиваться?

Я толком и не знала, как у него идут поиски работы. Устроиться в Службу магической безопасности было не так просто даже для тех, у кого имеются родственные связи. А может, у Березкина-старшего уже нет того влияния, что раньше? Хотя нет, не верю. Такой сильный маг, как он, не может растерять уважение, связи, наработанные годами, за один миг. И Егор… А если все дело во мне? Я же дочь Ужасной Анны, которая пять лет назад попыталась захватить власть в Коллегии. Интересно, что пишут в учебниках по истории магии по этому поводу? Страсти должны были утихнуть за столько лет. А если нет? Если все стало только хуже? Если бы знать, может, тогда что-то и изменилось бы… у нас.

Нет. История не знает сослагательных наклонений. И если уже решение принято, то никакие слова и уговоры не могут этого изменить. Отсрочить? Да, это возможно, но не более. И вообще, что толку думать о вариантах будущего? Варианты на то и варианты, что они могут произойти, а могут и нет. Сейчас мне надо сосредоточиться на настоящем.

Итак, моторисадос – парни с оружием на мотоциклах – как были главной опасностью Каракаса двадцать лет назад, так и остаются сейчас. Они могут ограбить любого человека, и им ничего не стоит применить оружие, особенно если люди не желают отдавать имущество добровольно. Действуют парни на мотоциклах быстро, нагло, а полиция даже не успевает приехать, как след бандитов уже пропал. Растворился в венесуэльской пыли, растаял, как сливочное мороженое в летний день.

Один из главных способов не связываться с бандами на мотоциклах – это не показывать, что у вас есть деньги или ценные вещи. А также надо избегать криминальных районов и не бродить по темным улочкам Каракаса в одиночку. И если последние два правила мне выполнить не удается, то первое исполнить было в моих силах: спрятать ценное в карманы. А вообще, нужно побыстрее встретиться с информатором и тогда по улочкам буду бродить уже не одна.

Вспоминая, как Сьюзен торжественно вручила мне телефон, я невольно улыбнулась. Гаджет был тяжелым и совсем не дизайнерским, и уж тем более не элегантным. И это понятно, телефон был водоустойчивым и противоударным. При желании им можно было и гвоздь забить, так заявлял Майкл. В вопросах техники я не спорила с ребятами из компьютерного клуба. Они «прошили» мое устройство связи и закачали туда полезные программы. Большую часть инструкций мне удалось прочитать и даже что-то запомнить. Например, как действует программа-шпион, которую установила подруга, чтобы иметь возможность подключаться к другим устройствам и даже взламывать некоторые приложения. Но больше всего мне понравилась комбинация цифр, после набора которой телефон передавал сигнал о спасении. Ведь Южная Америка – это не только города и деревни, это еще и сельва. И опасностей там более чем достаточно.

Водитель заглушил двигатель и с укоризной посмотрел на меня:

– Сеньорита, я подожду вас.

Такая навязчивая помощь несколько нервировала. Ладно, могу понять, что район