техники, а также наемников с территории Украины под наблюдением ОБСЕ. Разоружение всех незаконных групп.

11. Проведение конституционной реформы в Украине со вступлением в силу к концу 2015 года новой конституции, предполагающей в качестве ключевого элемента децентрализацию (с учетом особенностей отдельных районов Донецкой и Луганской областей, согласованных с представителями этих районов), а также принятие постоянного законодательства об особом статусе отдельных районов Донецкой и Луганской областей в соответствии с мерами, указанными в примечании[1], до конца 2015 года. (См. примечание.)

12. На основании Закона Украины “О временном порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей” вопросы, касающиеся местных выборов, будут обсуждаться и согласовываться с представителями отдельных районов Донецкой и Луганской областей в рамках Трехсторонней Контактной группы. Выборы будут проведены с соблюдением соответствующих стандартов ОБСЕ при мониторинге со стороны БДИПЧ ОБСЕ.

13. Интенсифицировать деятельность Трехсторонней Контактной группы, в том числе путем создания рабочих групп по выполнению соответствующих аспектов Минских соглашений. Они будут отражать состав Трехсторонней Контактной группы.

Примечание:

Такие меры в соответствии с Законом “Об особом порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей” включают следующее:

– освобождение от наказания, преследования и дискриминации лиц, связанных с событиями, имевшими место в отдельных районах Донецкой и Луганской областей;

– право на языковое самоопределение;

– участие органов местного самоуправления в назначении глав органов прокуратуры и судов в отдельных районах Донецкой и Луганской областей;

– возможность для центральных органов исполнительной власти заключать с соответствующими органами местного самоуправления соглашения относительно экономического, социального и культурного развития отдельных районов Донецкой и Луганской областей;

– государство оказывает поддержку социально-экономическому развитию отдельных районов Донецкой и Луганской областей;

– содействие со стороны центральных органов власти трансграничному сотрудничеству в отдельных районах Донецкой и Луганской областей с регионами Российской Федерации;

– создание отрядов народной милиции по решению местных советов с целью поддержания общественного порядка в отдельных районах Донецкой и Луганской областей;

– полномочия депутатов местных советов и должностных лиц, избранных на досрочных выборах, назначенных Верховной Радой Украины этим законом, не могут быть досрочно прекращены».

Комплекс мер по выполнению Минских соглашений от 12 февраля 2015 г.

Важно отметить несколько краеугольных аспектов российской позиции по Минским соглашениям. Во-первых, было необходимо, чтобы Минские соглашения имплементировались в той последовательности, в которой положения прописаны в договоре (т. е. восстановление Украиной полного контроля над государственной границей в зоне конфликта должно завершать комплекс мер по нормализации ситуации на юго-востоке Украины, предусматривающей предоставление особого статуса Донецкой и Луганской областям, помиловании лиц-участников событий на юго-востоке Украины в 2014 г., проведение конституционной реформы и местных выборов на вышеуказанных территориях).

Во-вторых, требовалось полное прекращение боевых действий, отвод тяжелых вооружений и создание зоны безопасности, а также мониторинг режима прекращения огня со стороны ОБСЕ.

В-третьих, Россия выступала в качестве гаранта выполнения соглашения, но не стороны конфликта. Подписанты соглашений – представители Украины, ДНР и ЛНР. Это подчеркивало стремление Российской Федерации содействовать решению проблемы исключительно как внутриукраинского конфликта.

На практике реализация Минских соглашений была сорвана. Киев саботировал политические статьи договоренностей, отказывался от ведения прямого диалога с ДНР и ЛНР. Помимо этого, со стороны киевской власти предпринимались недружественные акции в отношении Донецкой и Луганской областей (полная блокада отдельных районов, постоянное нарушение режима прекращения огня), а также русскоязычного населения (принятие законов о реинтеграции Донбасса, «Об образовании», который содержит дискриминационные положения относительно языков национальных меньшинств, включая русский).

К 2019 г. на фоне изнурительной и тяжелой гражданской войны на юго-востоке Украины П. А. Порошенко утратил свой политический капитал. На пацифистской волне к власти пришел В. А. Зеленский.

КСТАТИ Помимо пацифистских лозунгов, успех избирательной кампании обеспечил сериал «Слуга народа», режиссером которого выступил В. А. Зеленский. В нем акцент сделан на экономическом кризисе внутри Украины. Это создавало надежды, что приоритетом деятельности кандидата после избрания на пост Президента станет решение внутренних проблем.

В декабре 2019 г. В. А. Зеленский принял участие в первом за три года саммите в Нормандском формате. Минские соглашения были признаны в качестве основы переговоров по урегулированию ситуации на Украине, однако конкретных шагов по их реализации предпринято не было, боевые действия на юго-востоке Украины продолжались. ОБСЕ фиксировала нарушения режима прекращения огня, но не могла воздействовать на обстановку. Более того, Киев продолжил практику принятия законов против русскоязычного меньшинства – законы «Об обеспечении функционирования украинского языка как государственного» в 2019 г. (по закону, попытки введения многоязычия приравниваются к попыткам свержения конституционного строя и влекут соответствующее наказание), «О коренных народах Украины» в 2021 г. (русские не вошли в перечень коренных народов, т. е. они не могут пользоваться правовой защитой государства, оказываются лишены культурных, экономических, образовательных и языковых прав). Параллельно развивалась политика реабилитации пособников нацизма периода Великой Отечественной войны.

Конфликт на Украине спровоцировал ухудшение отношений со странами Запада. В конце 2021 г. Россия выдвинула инициативу, которая предполагала заключение двух документов – Договора с США о гарантиях безопасности и Соглашения с НАТО о мерах обеспечения безопасности. Положения включали взятие западными государствами на себя обязательств по нерасширению Североатлантического Альянса на Восток, взаимный отказ от проведения мероприятий (учений), наносящих ущерб другой стороне, неразвертывание ракет средней и меньшей дальности наземного базирования и ядерного оружия вне национальной территории. Нежелание обсуждать эти предложения со стороны США и их сторонников показывает, что сегодня деградация отношений России на Евро-Атлантическом направлении заметна по всем азимутам – в двусторонних отношениях России и США, России и англосаксонских государств, России и европейских стран; в общеевропейских организациях (Совет Европы и ОБСЕ), а также по линии Россия – НАТО и Россия – ЕС.

С 2021 г. началась усиливаться воинственная риторика со стороны Украины. В марте 2021 г. была принята Стратегия военной безопасности Украины, в которой в качестве приоритетов были обозначены «прекращение «временной оккупации» Крыма Россией», а также вступление страны в НАТО.

На этом фоне 21 февраля 2022 г. Россия признала независимость Луганской и Донецкой народных республик, а 24 февраля начала Специальную военную операцию по демилитаризации и денацификации Украины.

«Дальнейшее расширение инфраструктуры Североатлантического альянса, начавшееся военное освоение территорий Украины для нас неприемлемы. Дело, конечно, не в самой организации НАТО – это только инструмент внешней политики США. Проблема в том, что на прилегающих к нам территориях, – замечу, на наших же исторических территориях, – создается враждебная нам “анти-Россия”, которая поставлена под полный внешний контроль, усиленно обживается вооруженными силами натовских стран и накачивается самым современным оружием»[4].

В. В. Путин

Сразу после начала Специальной военной операции Россия предпринимала попытки