— Ты сегодня туда поедешь? — мама поставила передо мной тарелку с блинами, села напротив.

— Да. Но сначала на свою работу. Нужно оформить отпуск, передать дела.

— Правильно, — она кивнула. — Всё по порядку. Не торопись, делай как надо.

Я ела медленно, хотя аппетита не было. Блины таяли во рту. Мамины, с тем самым вкусом детства, который невозможно повторить. Она смотрела на меня, подперев щёку рукой, и в её глазах читалась тревога, которую она старалась скрыть.

— Справишься, доченька, — сказала она тихо. — Ты сильная. Всегда была сильной, просто забыла об этом.

После завтрака я долго стояла перед шкафом, выбирая, что надеть. Обычно я не придавала этому значения: брюки, блузка, что-то неброское, удобное. Но сегодня хотелось выглядеть иначе.

Рука потянулась к тёмно-синему платью-футляру, которое висело в глубине шкафа уже больше года. Я купила его на распродаже, примерила дома, покрутилась перед зеркалом и повесила обратно. Слишком яркое. Слишком заметное.

Я надела платье, застегнула молнию на спине. Достала чёрные туфли на небольшом устойчивом каблуке. Собрала волосы в гладкий низкий пучок, открывая шею и скулы. Макияж тщательнее, чем обычно: тональный крем, румяна, тени, подводка. И тёмная помада, которую я никогда не решалась использовать на работу.

Отражение в зеркале смотрело на меня уверенно, почти вызывающе. Незнакомая женщина с прямой спиной и твёрдым взглядом.

— Ого, — папа вышел из гостевой комнаты, увидел меня в коридоре. — Это моя дочь или бизнес-леди с обложки журнала?

— Пап…

— Нет, я серьёзно, — он подошёл ближе, положил тяжёлую руку мне на плечо. — Вот такой я тебя помню. Боевой. Красивой. Уверенной в себе. Давно тебя такой не видел, Оля.

Я обняла его, уткнулась на секунду в его широкую грудь. Он пах табаком и деревом — знакомый, родной запах из детства.

— Иди, — он похлопал меня по спине. — Покажи им всем, кто ты такая.

На работу я приехала к восьми, как обычно. Прошла через холл, поднялась на свой этаж. Коллеги оборачивались, смотрели с удивлением, я видела это краем глаза, но не останавливалась, не объясняла. Просто шла к своему столу, цокая каблуками по полу.

Света уже была на месте, склонившись над бумагами. Подняла голову, увидела меня, и её глаза округлились.

— Оль… это ты?

— Я, — я села за свой стол, включила компьютер. — Свет, у меня к тебе разговор. Важный.

Она пересела ближе, настороженно глядя на меня.

— Мне нужно взять отпуск. Срочно. По графику он у меня только через неделю, но… обстоятельства изменились.

— Что случилось? — она понизила голос. — Оль, ты меня пугаешь. Ты в последнее время сама не своя. Отпрашиваешься постоянно, выглядишь… — она замялась, подбирая слова. — Не знаю. Другая ты какая-то.

— Я в порядке, — соврала я. — Просто нужно решить семейные дела.

— С Андреем что-то?

Я молча смотрела на неё. Не хотела врать, но и рассказывать всё не была готова.

— Ладно, не хочешь — не говори, — она подняла руки. — Твоё дело. Чем помочь?

— Примешь мои текущие дела? Я все отчёты сдала, квартальный закрыла. Остались только мелочи — согласования, текучка. Если что-то срочное, я буду на связи, в любой момент приеду.

— Конечно, Оль. Без вопросов, — она сжала мою руку. — Ты только… береги себя, хорошо? И если нужна помощь, любая, ты скажи. Я серьёзно.

Я кивнула, благодарно улыбнулась. Хорошо, когда есть такие коллеги. Такие друзья.

К Виктору Петровичу я поднялась в половине девятого, с уже заполненным заявлением на отпуск в руках. Постучала, вошла.

Он сидел за столом, разбирая почту. Поднял глаза, увидел меня и брови поползли вверх.

— Ольга Михайловна? — он откинулся на спинку кресла, разглядывая меня с нескрываемым удивлением. — Вы сегодня… по-другому выглядите.

— Спасибо, — я подошла к столу, положила перед ним заявление. — Виктор Петрович, мне нужен отпуск. Я знаю, что по графику он только через неделю, но обстоятельства…

— Семейные, — он закончил за меня, не глядя на бумагу. — Да, я помню. Вы часто это говорите в последнее время.

— Извините. Я понимаю, что это неудобно…

— Сядьте, — он указал на стул напротив.

Я села, сложив руки на коленях.

— Ольга Михайловна, — он посмотрел на меня внимательно, изучающе. — Я не буду лезть в ваши личные дела. Это не моё право. Но я вижу, что с вами что-то происходит. Что-то серьёзное. Вы за последние две недели изменились больше, чем за все десять лет, что работаете у нас.

Я молчала, не зная, что ответить.

— Отчёты сданы? — спросил он наконец.

— Да. Квартальный закрыт, всё согласовано. Текущие дела передала Светлане Игоревне. Если возникнут вопросы, я на связи, могу приехать в любой момент.

Он взял заявление, пробежал глазами. Достал ручку, помедлил секунду и поставил подпись.

— Идите, — он протянул мне бумагу. — Решайте свои дела. И… удачи вам, Ольга Михайловна. Чем бы это ни было.

— Спасибо, Виктор Петрович.

Я вышла из его кабинета, чувствуя странное облегчение. Первый шаг сделан. Теперь нужно закончить всё остальное.

До обеда я закрывала последние детали. Разгребала почту, отвечала на письма, которые не могли ждать. Объясняла Свете нюансы по текущим проектам, показывала, где лежат нужные файлы, какие сроки по каким договорам. Она записывала всё в блокнот, кивала, задавала уточняющие вопросы.

К часу дня всё было готово. Я выключила компьютер, собрала сумку, надела пальто.

— Удачи, — Света обняла меня на прощание. — Звони, если что.

— Обязательно.

Я вышла из офиса, села в машину. Посидела несколько минут, положив руки на руль, глядя перед собой. Сердце билось учащённо, ладони слегка вспотели. Волнение? Страх? Или предвкушение?

Наверное, всё вместе.

Глава 21

Офис фирмы Андрея располагался в бизнес-центре. Я бывала здесь всего несколько раз за все шесть лет существования компании, и то мельком.

Никогда не задерживалась. Не интересовалась. Не вмешивалась.

Сегодня всё будет иначе.

Дорога заняла несколько минут, пробки в это время дня были особенно плотными. Я стояла на светофорах, смотрела на ползущие впереди машины и думала о том, что меня ждёт. Как отреагирует Андрей? Что я найду в документах? И найду ли вообще что-то?

Может, я ошибаюсь. Может, брендовые рубашка и запонки просто совпадение. Может, он действительно взял их в долг или купил ещё до кризиса, а я просто не заметила раньше.

Но внутренний голос, тот самый, который я так долго игнорировала, говорил другое.

Я припарковалась на гостевом месте возле бизнес-центра, вышла из машины. Расправила плечи, глубоко вдохнула прохладный осенний воздух. Пахло мокрыми листьями и выхлопными газами. Обычный городской запах, ничего особенного, но почему-то он казался мне сегодня острее, отчётливее.

И