– Верный выбор, Ясналия, – сказала я и отвернулась лицом к стене.

Больше мне нечего ждать от нее, я уверена.

Через мгновение дверь в их комнату открылась и снова закрылась.

Вряд ли женщина сможет уснуть, но по мою душу она больше не явится.

– Давай сначала? – предложил Вейж, разрезая рыбье брюшко. – Ты помнишь, где находишься?

Мы сидели на берегу реки с ведрами: в некоторых был свежий улов, в другие Вейж кидал уже разделанную рыбу. Я предложила помощь, но мужчина ответил, что мне нужно побольше отдыхать. Думаю, он просто не доверял мне в разделке, хотя я не помнила, занималась ли когда-то этим в прошлом. Но я точно откуда-то знала, что эта река зимой не замерзала и даже рыба не уходила – она опускалась на глубину, но ее было в достатке.

– Баат, – ответила я, выдохнув облачко пара, и плотнее закуталась в шерстяное одеяло. – Раньше нашу землю называли Нефритовой Империей, но сейчас это Баат.

Вейж кивнул, взял новую рыбу и задал следующий вопрос:

– Баат делится на четыре части. Какие?

– Северный Юшен, Восточная Тарта, Кейлин-Горда на юге…

– А на западе?

Я пыталась вспомнить, но тщетно.

– Забыла, – гневно выдохнула я.

– Западный край – это Эбис, – подсказал Вейж, и я кивнула. – Ты помнишь город, в котором родилась?

Я повернулась в сторону дома, откуда доносился детский смех. Ясналия попросила увести меня к реке, чтобы дети смогли помочь ей и поиграть на свежем воздухе. Похоже, она собиралась держать их подальше от меня, насколько это возможно. Я не планировала убивать двойняшек-семилеток, но вряд ли женщина поверила бы мне.

– Вроде я родом из Йоса, – ответила я и снова посмотрела на Вейжа. – Зачем ты спас меня?

– Не надо было?

– У вас и так ничего нет, и даже один лишний рот будет ощутимой обузой.

Вейж ухмыльнулся, но печально.

– Это не оправдание для того, чтобы бросить человека умирать в сугробе.

– Никто бы и не узнал…

– Я бы знал! – рявкнул Вейж и грозно посмотрел на меня.

Сейчас он был похож на сурового рыбака, не терпящего пререканий. Словно сердитый отец смотрел на нашкодившего сына-сорванца.

Я спокойно выдержала этот взгляд. Лицо Вейжа тут же смягчилось, подобрело, и он вернулся к рыбе.

– Мы живем бедно, – продолжил он. – Но стараемся жить по чести, правильно. Как я могу быть отцом, если пройду мимо умирающего человека и не подам руки?!

– И гороховой похлебки?

Вейж улыбнулся, кивнул и вернулся к проверке моей памяти.

– Кто сейчас правит?

– Династия Дагган, – без промедления ответила я. – Король Гонник Дагган и его жена, королева Юнсу.

Вейж хмыкнул, хмуро посмотрел на меня и даже рыбу чистить перестал.

– Что? – спросила я.

– На вид тебе, – заговорил он, осматривая мое лицо, – не больше тридцати.

– Так как я себя не видела, то поверю на слово. К чему ты это, Вейж?

– Династию Дагганов истребили лет тридцать назад… или двадцать девять… ну, в общем, около того.

Внутри похолодело. Сердце сжалось, и я не поняла, что стало тому причиной.

– Если тебе не больше тридцати, – продолжил Вейж, думая, что до меня еще не дошло, – то ты никак не могла застать Гонника Даггана на престоле. Вероятно, из-за травмы твои воспоминания перемешались с историей Баата.

Он продолжил чистить рыбу, а я с трудом могла дышать. Внутри все защемило, будто… Этому не было объяснения.

Перед глазами промелькнуло одно лицо. Женское. Красивая молодая женщина. У нее клинок под ребром. Все в крови. Особенно ее меховая белая накидка. Она тянула руки ко мне и… что-то говорила? Я не могла разобрать ни слова, но…

– Сейчас правит Тинг. – Вейж выдернул меня из бездны хаотичных картинок. – Король Руолан Тинг. Он занял трон после Даггана.

Нет, это имя никак не откликалось внутри. Вроде и знакомое, и в то же время нет. Как бы там ни было, оно сейчас на втором плане.

– Вейж? Расскажи, что случилось с Гонником и его женой.

– Зачем тебе?

– Точно не знаю. Хочу услышать. Вдруг что-то вспомню.

– Я же простолюдин, девочка, – улыбнулся Вейж. – Я немного знаю.

– Расскажи все, что знаешь или что слышал. Пожалуйста.

Вейж кивнул и нахмурился, вспоминая.

– Я тогда был очень молод, – начал он. – Помню, что у короля и королевы родился наследник. Вся страна пировала. – Вейж слабо улыбнулся. – Что-то у них долго не получалось, и уже поговаривали, что королева Юнсу не способна выносить дитя, как вдруг появился наследник. Назвали его то ли Кинном, то ли… не помню. – Он тяжело вздохнул и бросил мимолетный взгляд на своих детей, кидающихся снежками. – В общем, маленький принц прожил недолго. Как и его родители.

– Что случилось?

– Говорю же, мы, простолюдины, мало что знаем. Разные слухи ходили, но какие правдивы… Суть у всех одна: Гонник Дагган с семьей поехал на празднество к брату жены, и где-то в пути на королевский кортеж напали. Никто не выжил. Говорили, тельце маленького принца так и покоилось в руках Юнсу, когда их нашли.

Я молчала и смотрела на рыбий глаз в ведре.

– Потом был переворот, суета. Из династии-то никого больше не осталось… И королем провозгласили Руолана Тинга, брата погибшей королевы Юнсу.

– Того самого, к которому Дагганы ехали на пиршество? – уточнила я.

– Того самого, да.

– Вейж? – послышалось сбоку, и мы обернулись. – Обед готов, – сказала Ясналия и бросила на меня презрительный взгляд. – А ты тут поешь!

– Как скажешь, – кивнула я, не желая спорить с хозяйкой. Этим утром Вейж поссорился с ней из-за того, можно мне войти в главную комнату за едой или нет. В итоге мой завтрак прилетел прямо в стену над головой Вейжа.

Если для того, чтобы получить еду, нужно сидеть у реки, то я буду сидеть у реки.

Я не злилась на Ясналию, даже понимала ее с какой-то стороны. Она боялась меня. Боялась так сильно, что даже долго не могла смотреть в мою сторону. Но и не смотреть не могла – ей было необходимо знать, где я. Видимо, чтобы я случайно не выпрыгнула на нее из неожиданного места.

Вейж виновато поджал губы, отставил ведра с рыбой и направился вслед за женой. На него тут же напали детишки и попытались повалить в снег. Они кричали и смеялись, а Вейж делал вид, что гонится за ними изо всех сил, но никак не может догнать. Когда дети окончательно расшалились и чуть с ума не сошли от веселья, Ясналия загнала всех в дом. На меня посмотреть она не забыла.

С уходом ребятни стало тихо. Лишь слабый дым