- Ваш флип по траве проедет? – спросил он, без труда нагоняя тронувшуюся машину. Где тут восточные ворота, «хилларсам» было лучше знать. «Флип» даже на малой скорости бултыхало из стороны в сторону, но пассажиров это не смущало – они ещё и высовывались в окна, махая оставшимся в «городе».

…Машина «хилларсов» прыгала по травяным кочкам вдоль речного берега, чудом не переворачиваясь. Гедимин быстрым шагом шёл с ней вровень. Изредка «флип» вырывался вперёд, но из виду пропасть не успевал – то «макаки» влетали в кустарник, высаживались и с руганью вытаскивали транспорт из ветвей, то останавливались попить или «отлить». Гедимин чуть отстал от них, заметив выпавшие из обрыва кости – объедки спящего «упыря». Через пару минут он нагнал машину – та остановилась на пригорке. Водитель привстал в «седле» и вертел головой во все стороны, трое пассажиров рылись под задними креслами.

Не успел Гедимин подойти, как услышал крики и звуки ударов. Двое, выдернув третьего из машины, трясли его и пинали, ухватив за обе руки. Изо рта у «хилларса» торчали мелкие куски сушёного мяса. Он пытался их прожевать, давился, мотал головой, пучил глаза, но не выплёвывал. Водитель с сердитым воплем прыгнул к нему и треснул по затылку. «Хилларс» едва не ткнулся лбом в землю, но мясо так и не выпустил. Последний кусок исчез в его рту, он шумно сглотнул и ухмыльнулся. Двое с криками досады разжали руки, и водитель пнул отпущенного едока под зад. Тот растянулся в сухой траве, тут же перевернулся и показал всем два средних пальца. «Хентош» выругались и снова полезли под кресла. На свет появился распотрошённый короб с обрывками прозрачного скирлина.

- Вот падаль! – один из «хилларсов» замахнулся ногой на едока, но тот уже отполз на четвереньках на пару метров и уселся там с довольной ухмылкой. Водитель достал из короба пару тёмно-серых пористых плиток, повертел их в руках, выудил следом полупрозрачный зелёный листок, а за ним – щепоть мясных волокон. Двое пассажиров со вздохами достали ещё плитки, серые и зелёные, и принялись жевать. Гедимин, промигавшись, не без труда опознал «сэндвичи» - «хлеб» и какой-то «овощ», вышедшие из пищеблока. Мясо было настоящее, судя по цвету – кого-то из крупных копытных. Следом из-под сидения достали исцарапанную полупрозрачную бутылку. Внутри плескалась розоватая муть – гуще воды, жиже Би-плазмы.

- Вот тебе, а не запивка! – пассажир, обделённый мясом, показал тому, кто сожрал все куски, средний палец. – Из реки хлебай!

Довольный «хилларс» только ухмыльнулся. Респиратор, сдёрнутый перед потрошением припасов, болтался на одном ремешке. Двух передних зубов у «макаки» не хватало, но крови было не видно – больше походило на старую травму. Гедимин посмотрел на других «хентош» (под его взглядом они поспешно затолкали «сэндвичи» в рот, едва не подавившись) – с зубами и у них было неладно. Хоть одного да не хватало, и целые, тёмно-жёлтые, местами почернели.

«У них что, регенерация отключи… Стоп! У «макак» её и раньше не было,» - внезапно вспомнил сармат. «У людей не отрастают зубы! А как тогда скайоты… и тарконы… мать моя пробирка! А переселенцы?»

Он вспомнил всех, к кому довелось заглянуть в рот. У кого выступали резцы, у кого – клыки, у кого зубы были крупные и желтоватые, у кого – ровные и блестящие, - но вот нехватки и следов болезни сармат не встречал. «Правда, что ли, у всех регенерация? И у скайотов?!» - он недоверчиво покачал головой. «Они те ещё мутанты, но всё-таки не тарконы! А у нормаль… короче, у «макак», - у них всё по-старому. Только без прежней медицины. Интересно, сколько они сейчас живут…»

«Хилларсы» под его задумчивым взглядом уже начинали скалиться и нашаривать у пояса «пушки». Все, естественно, были с ручным оружием – склёпанными в убежище бластерами и «кинетикой» на маломощной взрывчатке.

- Пищеблок «Хилларса» ещё работает? – Гедимин кивнул на остатки припасов – бутылку с недопитой розовой жижей. Возможно, она изображала томатный сок – когда-то «макаки» его обожали…

«Хентош» быстро переглянулись.

- А?.. Ну да, - отозвался водитель и старательно, но криво ухмыльнулся. – Чего не работать? За ним целая толпа следит.

- И мясо он делает? – спросил сармат. «Хилларсы» фыркнули. Один пихнул другого в бок. Тот сплюнул в траву.

- Чего я-то?! Вот его спрашивай! – он ткнул пальцем в третьего, шуршащего подтопленным тростником. Река булькнула, вода поднялась горбом – и мокрый «хилларс» с воплем выкатился из зарослей. Стряхнув капли с лица, он подобрал обломок льда, повертел в руках и принялся грызть. Трое захохотали. Гедимин покосился на белесо-зеленоватое пятно, всплывшее к поверхности воды и тут же сгинувшее. У жителей реки уже были какие-то счёты с выходцами из Ликкина…

- Делает, делает, - проворчал водитель. – Но жижа – она жижа и есть. Настоящее мясо – то другое.

- Да сейчас бы хоть какое съели! – «хилларс» опять сплюнул в траву и потянулся за бутылкой. – Гренни, ублюдок! Если мать твою Грен обрюхатил, так тебе всё можно?!

- А ты меня тронь – и узнаешь, - мокрый «хенту» уже поднялся на пригорок и, как ни в чём не бывало, сел на грязный борт «флипа». – Эй, теск! Так мы дальше едем?

…Заговорить с Гедимином «макаки» не пытались, а когда вдалеке показался холм с недостроенной каменной стеной Илкары – и вовсе помрачнели и даже друг на друга только бурчали вполголоса.

- Стой! – Гедимин первым заметил взлетевшие яркие точки над холмом. Он бросил шар защитного поля, накрывая «флип». «Хилларсы» уже остановились. К оружию никто не тянулся, хотя руки дёргались у всех – может, поэтому они так крепко вцепились кто в штурвал, кто в поручни. По земле прошла волна, и сармат широко расставил пальцы – опора на миг стала неустойчивой.

- Эти что, с тобой? – из-за можжевельника шагнул, недобро скалясь, древесный сиригн. В траве мелькнул светло-рыжий хвост – нхельви уже были тут.

- Со мной, - отозвался Гедимин. – Из «Хилларса» на переговоры.

- Да? – сиригн шевельнул вибриссами. – Так забери у них оружие. Без оружия – пусть едут.

Гедимин уже чувствовал на себе взгляды с холма и из-под него и слышал визгливое ржание – с «дороги» сгоняли разбрёдшихся «пони». Он повернулся к «хилларсам» -