где расстояние между преследователями больше, и рванул в этот проход. Но не успел. Один из преследователей, тот, что подходил сзади, успел добежать и вцепиться в рюкзак. Памятуя, о ночи, проведенной без еды, Колька теперь с ним не расставался. Мало ли где, вдруг, придется прятаться. Кроме того, там был топорик. Единственное реальное оружие, на случай чего. Тело подсказывало лучший выход – сбросить рюкзак и убежать, но Колька терять еду и оружие не хотел.

Сначала он не разглядел, кто схватил его. Лишь понял, что это девчонка, так как краем глаза уловил, что за рюкзаком мелькнули длинные волосы. Соперник оказался не сильным и не тяжелым. Колька потащил вцепившуюся девчонку почти волоком, но понял, что проиграет, если ей на помощь придут остальные. Поэтому, он собрался с силами и крутнулся на месте. Так, что зацепившаяся девчонка полетела вокруг него. Потом резко сбросил рюкзак. Как он и ожидал, нападавшая по инерции улетела в сторону. Но другое его ожидание не сбылось – девчонка рюкзак из рук не выпустила. Она со всего маху врезалась головой в землю, и только тогда все получилось – рюкзак отлетел в сторону. Колька бросился к нему, схватил и уже почти побежал, когда его взгляд зацепил лицо девочки. Он замер. «Это же Ленка! – задохнулся он. – Она, что – дура? Я ведь и убить мог». Ленка была той, из-за кого он частенько не мог заснуть. Её толстая, золотистая коса, достающая почти до пояса; огромные зеленые глаза, обрамленные длинными пушистыми ресницами; и даже нос с горбинкой и россыпь веснушек, – все казалось Кольке удивительным и неповторимым. Училась она всего на класс старше, но выглядела совсем, как старшеклассница. Даже грудь явно просматривалась под платьем. Если в реальной жизни, он так и не заставил себя заговорить с ней, то в ночных бдениях, он представлял, как они идут куда-то, взявшись за руки. И даже иногда танцуют в клубе, совсем как старшеклассники, близко прижавшись, друг к другу.

За время этого страшного приключения, он почему-то совсем не вспоминал про нее, и вот сейчас, мысль о том, что Ленка тоже превратилась во что-то непонятное, больно ожгла его. Он хотел броситься к ней, но его отвлек другой мальчишка. Тот уже подбежал, но напасть почему-то не решался. «Наверное, ждет второго», – подумал Колька. Оба мальчишки были из тех, что учатся на отлично, но не участвуют в драках за школой, и никогда не пробовали курить. Невысокие и худенькие. Они дружили и всегда ходили вместе. В нормальной жизни, они бы даже не подумали пристать к нему. Колька бы в момент поразбивал им носы. Он разозлился. Из-за каких-то зубрил-недомерков, он не может подойти к Ленке. «А вдруг она ударилась сильно?» Он ведь своих сил не жалел. Наоборот хотел, чтобы нападавшая отлетела подальше. В этот момент, даже то, что Ленка сейчас уже не Ленка, совсем вылетело у него из головы. Главной была мысль, что вот она единственная возможность показать себя. Может тогда она его заметит.

Его догадка оказалась верна. Как только приблизился второй отличник, они тут же начали подкрадываться к нему. При этом не забывали нести тот бред, что гнали все с самого начала. Что Колька им нужен, и он должен согласиться. Колька психанул: время шло, Ленка так и не вставала, в любое время мог появиться колдун, а эти гады не отстают. Со злости он подхватил рюкзак и выдернул топорик.

– Видите, идиоты! – закричал он, потрясая топором: – Полезете ко мне, я вас в капусту искрошу!

Еще пару дней назад, подобная угроза, еще и подкрепленная острым железом в руках, заставила бы этих школьников бежать от него. Но сейчас она не сработала. Они лишь сдвинулись поближе друг к другу, однако продолжали двигаться к нему. Мелкими медленными шажками, но упорно.

– Но, суки! Смотрите, – по-взрослому выругался Колька: – Я вас предупреждал.

То, что перед ним были противники, с кем он легко справлялся, и то, что он разозлился и стали теми факторами, из-за которых он поступил так опрометчиво. Он сам бросился на мальчишек. Топор теперь только мешал ему, двумя руками он справился бы лучше. Но памятуя о прошлом, Колька решил, что справится и одной рукой. Поэтому он перехватил топорик в левую. Правой он работал лучше. Он, действительно, успел с ходу врезать ближайшему противнику по носу. При этом не слабо. Так, что голову парнишки даже отбросило. Но дальше все пошло не по плану: они не струсили и не побежали. Сначала один, а затем и второй, словно весенние голодные клещи, вцепились в него.

Колька попробовал просто вырваться. Но они упорно держали, при этом продолжая бубнить под ухо. Это совсем разозлило его. Он сумел вырвать левую руку и прямо зажатым в ней топором, неуклюже начал колотить куда попало. Он старался бить плашмя, чтобы не поранить мальчишек. До Кольки до сих пор еще не дошла вся серьезность положения. На его удары мальчишки почти не реагировали. Кривились, отдергивали ушибленную руку, но тут же перехватывали где-нибудь в другом месте. «Я так с ними не справлюсь!» Эта мысль напугала и придала ему сил. Он сумел освободить вторую руку и перехватил топорик. Теперь, правой, он мог колотить врага со всей силы. Что он и начал делать. Но Колька все равно еще боялся рубить острием, и бил обухом.

Однако даже такие удары подействовали не сразу. Лишь после того, как он сам не желая, разбил одному голову, и кровь залила мальчишке глаза, один отцепился от него. Со вторым было уже легче. Со всей силы колотя по локтям парня, Колька оторвался и от него. Такая тягучая схватка вымотала его, и он понял, что надо бежать. Если они опять нападут, он может уже и не справиться. Враги оказались слишком нечувствительны к боли. «Все-таки колдовство действует». Он оттолкнул ногой парнишку, и нагнулся, чтобы схватить рюкзак. Опять остаться без еды, Колька совсем не хотел. В этот момент на него опять напали. Руки обхватили его сзади и враг начал валить Кольку на землю. В этот раз противник оказался сильнее, и Колька запаниковал. Не видя куда бьет, он начал бить топором взад, по ногам. Он понял, что рубит мальчишку острием, только когда во все стороны полетела кровь. Однако тот не отпускал, и Колька, уже ничего не соображая продолжил эту кровавую вакханалию.

Через несколько секунд хватка ослабла, и враг отпустил его. Он сразу отпрыгнул и оглянулся. И чуть не закричал. На земле корчилась и стонала