– Это оберег? – спросила она.

– Это древний талисман Агарата. Думаю, его сделали мафуры в эпоху, когда мир принадлежал им. Звезду Агарата получил легендарный основатель нашего города от старого дервиша, у которого учился магии. С тех пор кинжал охраняет город и его династию. Мы верим, что, покуда он цел, Агарат ждет счастливое будущее – каков бы не был день сегодняшний.

– Кинжал принадлежал мой матери, – добавила Аша и замолкла, отрешенно глядя на сломанное лезвие. Она решительным жестом убрала его в ножны. До вечера Аша была тиха и молчалива.

***

Удивительные заметки.

В дороге скучать не приходилось. Едва ли не в первый день мы взяли Ашу в очередную партию в «Подземелья магии меча». Она, сначала мило посмущавшись, предложила свой набор карт – не обычные, отпечатанные типографским способом и изрядно потрепанные, а новенькие, отрисованные вручную – и какие нарядные! Вместо рыцаря там был дервиш-воин в золоченой броне, бородатого волшебника в балахоне заменила соблазнительная чародейка востока, а Авантюристом была… обезьяна в жилетке! Джаф сидел на плече Аши с довольной, очень хитрой мордочкой. А уж какие причудливые там монстры – это надо самому увидеть!

Ведущим партий, как правило, был я – и честно старался соответствовать высокому уровню великого Мортона – капитан «Алого клинка» ведь сам вел игры на своем судне. Герти выбрала себе жрицу добрых богов, Пинни – грозную деву-паладина, Аша – чародейку, а Чиппи лишь кинула на нас ленивый взгляд и продолжила читать в кресле. Иногда её удавалось уговорить быть ведущим, и тогда в партии появлялся вор-часовщик. Игра в умелой компании хороша всем – особенно тем, что пожирает часы, которые в полете порой особенно некуда девать.

Мы так увлеклись, что в один из дней чуть не пропустили секретную деревню каапи.

Мы давно уже миновали пески Рокарии, а к вечеру пятого дня пути щедрые равнины Травяного океана стали повышаться, переходя в зеленые холмы. Аша дала нам координаты одного из тайных поселений каапи. Там я решил купить свежих овощей, мяса, а заодно узнать новости.

«Серебряный странник» шел низко среди пологих возвышенностей, покрытых изумрудными волнами колышущейся на ветру травы. Герти выбралась из люка в метеорубке, где крепился пулемет, и, зажав конец троса во рту, деловито лазила по натянутым на баллоне дирижабля канатам, развешивая разноцветные флаги, передававшие универсальным кодом аэронавтов – «Прибыли для торговли, ждем посадки».

Украшенные, как дерево в день основателя города, мы медленно дрейфовали над безграничным морем холмов. Наконец, над вершиной одной горки появились два ярких пятна. Когда на них навели подзорную трубу, они обернулись огромными сигнальными флагами. Каапи, который махал ими, целиком скрывался в высокой траве.

«Посадку разрешаю. На три часа за вторым холмом».

Когда мы прибыли на место, выровняли высоту и сбросили якорь, высокие заросли раскачивались от бурлящей толпы невидимых каапи. Пин первой выскочила из люка и радостно всех приветствовала. После этого из зарослей показалась делегация местных старшин. Мы с некоторым беспокойством следили, как из травы выходят новые и новые каапи – они застенчиво прятали за спинами револьверы, пики и сабли. Солоно пришлось бы работорговцам или имперскому патрулю, реши он притворяться мирными контрабандистами!

Старейшины вели нас к склону ближайшего холма, в то время как с полсотни каапи дружно укрывали «Странник» маскировочной сетью. Дверь в подземную деревню мы разглядели только в сете от нее. Массивные, укрепленные на случай вторжения деревянные створки были вделаны прямо в склон и снаружи поросли травой – как объяснил нам с Герти провожатый, дерево створок было защищено от влаги брезентом и мешковиной, а снаружи прикрыто блоками дерна.

Старейшина отдал команду; изнутри бодро ответил голос, считающийся у каапи густым басом, а на человеческий взгляд больше похожий на фальцет. Двое крепких деревенских стражников раскрыли створки, и мы вместе с шумной оравой сопровождающих очутились в широком подземном коридоре. Потолок поддерживали деревянные балки, а освещали всё обычные для пещер Меняющихся земель самосветные гнилушки.

Подземная деревня оказалась уютной и просторной. Во все стороны уходили земляные коридоры, многие под сильным наклоном, уводя прохожего на глубинные подземные ярусы. Посредине холма был выкопан внушительный, ярко освещенный сводчатый зал – нечто вроде закрытого патио, где каапи высадили траву, вкопали скамейки и соорудили фонтаны. Тут выгуливали самых маленьких каапят, которым опасно было выходить наружу.

Каапи вокруг сновало множество. Народ это отличается радушием и любопытством, а из-за нынешнего восстания торговцы редко забираются в эти места. Я распродал все, что припас и жалел, что так мало захватил. Девочки больше делились новостями. Счастливая Аша сидела в окружении небольшой толпы пушистых каапят – она как-то сразу с ними поладила. Чиппи беседовала с важным каапенком в очках, который, похоже, имел склонность к географии. Герти обсуждала с главным поселковым инженер-копателем что-то связанное с обеспечением нижних ярусов свежим воздухом. Пин, как принцессе, представили патриарха и царя поселка – древнего-древнего старичка каппи, который почти полвека назад прибыл сюда из шумного, перенаселенного, страдающего от безработицы Аргилла, города шестеренок, чтобы вырыть собственную нору. Добрая половина жителей была его потомками или родственниками.

– Из Аргилла? – тут же переспросила Пин. – А с Памбертонами тамошними вы не знакомы? – Старейшина оказался не только знакомым, но и дальней родней этих загадочных Памбертонов.

– И я их родня! – радостно сообщила Пин. И, найдя родственников, она радостно отправилась к ним ночевать.

Поселок владел полями пшеницы и огородами на десяток лиг в окружности и продавал продукты в имперские города и в наши Меняющиеся земли через торговую сеть тайного братства Арлекинов. Чадолюбивым каапи нужны свободные земли, и они находят их здесь, но империя принимает в штыки еретиков, не верящих в Священную машину. Впрочем, остановить их въезд имперская таможенная служба тоже не в состоянии, и потому испокон веков Эгида просто делает вид, что каапи на её территории не живут.

Тех, само собой, такая ситуация не слишком устраивает – они предпочли бы платить налоги, чтобы имперские войска их охраняли; а не выносить поборы Арлекинов и прятаться от империи. Нынешнее восстание за свободу южных провинций жителей деревни очень интересовало, но, будучи людьми мирными, они отправили повстанцам только одного добровольца и двадцать подвод с капустой.

Мы с Герти до глубокого вечера пересказывали местным новости из большого мира – каапи сильно страдают тут, в необитаемой степи, от нехватки впечатлений. В честь нас организовали праздник, хотя и без любимых каапи фейерверков – все-таки это тайная деревня. Старейшины подарили Пин внушительный кусок горного хрусталя, который