к небу современные высотки на месте снесённых заводских кварталов. Слева можно было разглядеть реку и Нижний мост, а за ним левобережье и построенную почти у самого моста ТЭЦ с рядом массивных бело-красных труб.

– Красота, – похвалила Валерия, устраиваясь с планшетом на парапете. Сегодня на ней были бледно-голубые джинсы и белая блузка. Серёга скосил глаза: расстёгнутые пуговки блузки позволяли увидеть верх груди и край черного бюстгальтера. – Что сегодня будешь рисовать? – поинтересовалась женщина, продолжая разглядывать открывающуюся панораму.

– Казармы.

– Какие казармы?

– ЖК «Веневитинский», – усмехнулся парень, указывая на здание.

– Почему?

– Ну-у… – Сергей устраивался рядом на парапете. По ту сторону бетонных блоков было ещё с полметра земли, снизу удерживаемой подпорной стеной – а дальше обрыв метров в десять, заканчивавшийся двориком какого-то дома. – Красиво же. Я вообще как-то больше люблю старую архитектуру. Всё, что после модерна – уже «не моё». Не интересно. Какие-то детские кубики. А вот то, что строили в девятнадцатом, и в первой половине двадцатого…

Лера, чуть склонив голову набок, с интересом слушала, а Серёга и сам не заметил, как его угольный карандаш начал порхать над листом, запечатлевая не столько тот пейзаж, который они видели сейчас, сколько тот, каким его представлял себе художник с поправкой на сто лет тому назад.

– Ты это выдумываешь, или где-то подсмотрел? – кивнула на работу Валерия. Сегодня она снова предпочла гуашь, и теперь писала залитую закатными лучами солнца ТЭЦ на левом берегу, со сверкающей лентой реки перед ней и тёмной массой оврага на переднем плане, уже начавшего погружаться в вечерние сумерки.

– На самом деле – подсмотрел, – улыбнулся Серёга. – На старых фотографиях, в Интернете. С тех пор даже некоторые улицы перестали существовать, а другие проложены теперь совсем по-новому.

– Серьёзно?

– Ага. После войны, когда Город восстанавливали практически из руин, одновременно кое-что перепланировали. Вот, например, Большой лог, – парень указал на улицу, начинавшуюся где-то под зданием казарм, и справа налево убегавшую по дну оврага вниз, к реке. – Раньше он выходил наверх, к Садовой улице, а теперь там нет вообще никакого проезда. Только тупик с лестницей, и небольшой сквер позади высотки.

– Знаю я этот сквер, – усмехнулась Валерия. – Мы там ещё студентами тусили.

– А теперь там тусят менеджеры из окрестных офисов. Ну, если судить по внешности. В обеденный перерыв просто толпой набегают. Я там как-то работал – писал Большой лог и вид на реку.

– Покажешь?

– С собой нет, только дома.

– Это не проблема. Ты, кстати, помнится, обещал мне кофе.

– «Старый Город» закрывается в десять, если ты сегодня не занята… – начал Серёга.

– А почему именно «Старый Город»?

– Потому что я там работаю.

– Скидки сотрудникам? – иронично заметила женщина.

– Да нет, не в том дело, – смутился парень. – Просто я точно знаю, что там вкусный кофе. И готовить его умеют.

– Как скажешь.

– Замечательно. Надо будет только вещи закинуть, не таскаться же со всем этим имуществом. Где ты сегодня припарковалась?

– Почти возле твоего дома, – в глазах Валерии блеснули озорные огоньки. – На парковке возле Башни.

* * *

Если Михаила и заинтересовало появление в кофейне коллеги со спутницей, виду он не подал. Забрав кофе, они медленно шли по аллее; даже несмотря на будний день, гуляющих здесь было много. Серёга рассказывал всё, что успел вычитать про саму аллею и про построенные на ней здания, а Лера слушала его с неподдельным интересом, хотя – как временами казалось парню – чуточку отстранённо, будто задумавшись о чём-то.

Обещанное угощение незаметно переросло в прогулку, а прогулка затянулась на пару часов. Когда они снова оказались на парковке, где терпеливо дожидался хозяйку как всегда чистенький жёлтый «Пежо», на Город уже опустилась чёрным бархатом майская ночь, и по небу рассыпались искорки звезд.

Разговор постепенно затух сам собой, но, к удивлению Сергея, в возникшем молчании не было ни капли неловкости. Последние двести-триста метров до парковки они просто наслаждались ощущением удивительного умиротворения, и прислушивались к звукам, наполнявшим приготовившийся уснуть Город.

– Спасибо за прогулку. И за кофе, – в серых глазах качнулись огоньки фонарей, полускрытых молодой листвой лип вокруг паркинга. Валерия потянулась обнять его – как в прошлый раз – но прежде, чем её щека успела коснуться щеки парня, Серёга, не до конца понимая, что делает, чуть повернул голову – и поцеловал спутницу.

Женщина на какое-то мгновение замерла, но не отстранилась. Руки нежно, но уверенно, обхватили шею Сергея, привлекли его ближе. Серёга опустил ладони на бёдра спутницы и почувствовал, как под тканью джинсов подалось вперёд женское тело. По губам скользнул кончик языка – и парень ответил на поцелуй, который теперь уже задавала Валерия.

Время исчезло, и во всём Городе теперь остались только они двое. Поцелуй длился и длился, нарочито медленный, неспешный, будто оба старались максимально растянуть удовольствие, выпить крохотными глоточками, как хорошее вино. Сергея окутывал чуть сладковатый, манящий запах её духов. Художник чувствовал, как Лера прижалась к нему грудью, чувствовал её тепло под тканью блузки и лифчика. Одна рука парня переместилась выше, легла на приятную округлость, слегка сжала её. Женщина ненадолго прервала поцелуй и чуть отстранилась. На губах Валерии играла улыбка, а в глаза плясали уже знакомые бесенята.

– Мне завтра рано вставать, – то ли извиняясь, то ли предупреждая, сказала она.

– Как скажешь, – Сергей снова наклонился к ней. Губы женщины призывно приоткрылись, выдав едва слышный полувздох-полустон.

Поцелуи всё-таки пришлось прервать, чтобы быстро дойти от парковки до подъезда. В маленьком старом лифте, который медленно полз между этажами, и где нужно было вручную открывать и закрывать двойные решётчатые дверцы, Валерия снова прижалась к своему спутнику, что-то тихо мурлыкнула и поцеловала парня в шею. Рука её скользнула вниз по джинсам Сергея, ненадолго замерла и кабинку наполнил мелодичный смешок:

– Ого! – она ещё раз поцеловала его в шею, потом в щёку и потом снова в губы. Чуть отстранилась и кончиком языка провела по губам парня:

– Знаешь, когда я тебя в первый раз увидела – мне так захотелось поцеловать тебя. Представила, как касаюсь этих губ, аж голова закружи…

Договорить он ей не дал – вернул поцелуй, левой рукой привлёк к себе – наполовину нежно, наполовину властно, как раньше на бастионе темноволосый красавец свою рыжеволосую спутницу. Валерия одобрительно мурлыкнула, а потом тихо ойкнула, когда правая рука Сергея легла на грудь женщины и сжала её.

– Прости.

– Ничего. Не так сильно.

– Хорошо, – ладонь снизу скользнула под ткань блузки, приподнимая её. Нащупала кружево бюстгальтера, проникла под него, коснулась возбужденного соска. Серёга улыбнулся:

– Ого! – шутливо