«Тут добавить нечего», – подумал Джексом, спеша через лес к своему дракону.

С Рут’ом кто-то был, почесывая ему спину. Если это Миррим… Джексом зашагал быстрее, чувствуя подступающую злость.

«Со мной Шарра», – спокойно сообщил Рут’.

– Шарра? – Подавив неразумную вспышку гнева, Джексом разглядел очертания ее фигуры. – Я принес масло. У Рут’а шелушится шкура. Я стал совсем про него забывать.

– Ты никогда не забывал про Рут’а, – столь решительно возразила она, что Джексом невольно улыбнулся.

– Миррим не… – начал он, протягивая ей котелок с маслом.

– Да, пришла вся в слезах и, уверяю тебя, не встретила ни малейшего сочувствия. – Она столь яростно втерла масло в спину Рут’а, что тот робко пожаловался. – Прости, Рут’. Миррим отослали обратно в Бенден!

Джексом взглянул на пляж, где до этого приземлилась Пат’а. Зеленой драконицы в самом деле там уже не было.

– А тебя послали ко мне? – Против Шарры он ничего не имел, собственно, ее присутствие даже его радовало.

– Не послали… – Шарра запнулась. – Меня… меня позвали! – поспешно закончила она.

– Позвали? – Джексом перестал втирать масло в спину Рут’а и взглянул на девушку, чье лицо казалось бледным пятном с темными точками вместо глаз и рта.

– Да, позвали. Меня позвал Рут’. Он сказал, что Миррим…

– Сказал? – прервал ее Джексом, когда до него наконец дошел смысл его слов. – Ты можешь слышать Рут’а?

«Ей нужно было меня слышать, когда ты был болен, Джексом», – сообщил Рут’ одновременно с произнесенными вслух словами Шарры:

– Я могла слышать его с тех пор, как ты заболел.

– Рут’, почему ты позвал Шарру?

«Она хорошая. Она тебе нужна. Из-за того, что сказала Миррим, даже того, что сказал Н’тон, пусть и мягче, ты замкнулся. Мне не нравится, когда я не могу слышать твои мысли. Шарра откроет для нас твой разум».

– Ты это сделаешь для нас, Шарра?

На этот раз Джексом не колебался. Он взял Шарру за руки, не обращая внимания на масло, и привлек ее к себе, неумеренно радуясь тому, что она с ним почти одного роста и ее губы так близки к его губам. Все, что ему требовалось, – слегка наклонить голову.

– Я сделаю все, что угодно, для тебя, Джексом, что угодно для тебя и Рут’а! – Их губы сладостно соприкоснулись, лишив возможности говорить.

Джексом ощутил распространяющееся внутри тепло, гнавшее прочь так тревоживший его дракона холод, – тепло стройного тела Шарры, запах ее длинных тяжелых волос, прикосновение рук к спине. И ласкавшие его плечи ладони были ладонями не целительницы, но возлюбленной.

Они любили друг друга в мягкой теплой тьме, наслаждаясь каждым мгновением, а когда наступил момент экстаза, оба знали, что Рут’ тоже любит вместе с ними.

Глава 20

Подножие Двуликой и бухта Джексома. Руат-холд.

Пятнадцатый Оборот, восемнадцатый – двадцатый дни десятого месяца

Отчего-то Джексому становилось не по себе, когда он смотрел на восточный склон Двуликой, и он сел к ней спиной, рядом с Шаррой. Остальные расположились неровным полукругом вокруг Рут’а.

На спине Рут’а устроились семнадцать помеченных файров: в последний момент Сибелл и Брекка попросили взять с собой и их двоих. Чем больше обученных файров, тем лучше, рассудил мастер Робинтон, намекая на то, чтобы в исследовательскую группу включили и его Заира.

Известие о поселении Предков на высокогорном плато разошлось по Перну с быстротой, удивившей даже самого мастера-арфиста. Всем хотелось увидеть это место. Ф’лар прислал сообщение, что если Джексом с Рут’ом собираются пробудить воспоминания файров, то им лучше поторопиться.

Едва Рут’ успел приземлиться, начали появляться стаи южных файров во главе с их королевами, кружа вокруг радостно приветствовавшего их белого дракона.

«Они рады меня видеть, – сообщил Рут’ Джексому. – И еще они рады, что сюда снова пришли люди».

– Спроси их: когда они впервые увидели людей? – (Рут’ тотчас же передал мысленный образ множества появившихся над Горой драконов.) – Я не это имел в виду!

«Знаю, – с сожалением ответил Рут’. – Я спрошу еще раз. Не людей на драконах, а тех, что жили тут давно, до того, как гора взорвалась».

Реакция файров была предсказуемой и обескураживающей. Они взмыли над Рут’ом, кружа в диком танце и возбужденно щебеча. Джексом разочарованно повернулся к Брекке и увидел, как та подняла руку, сосредоточенно хмурясь. Он прислонился к Рут’у, размышляя, что могло привлечь ее внимание. Менолли тоже подняла руку. Она сидела достаточно близко к Джексому, и он увидел, что взгляд ее устремлен в пустоту. На ее плече застыла Красотка, глаза которой яростно сверкали красным. Над ними продолжали щебетать и носиться в воздухе местные файры.

«Они видят гору в огне, – сообщил Рут’. – Они видят бегущих людей, которых преследует пламя. Они напуганы, как и много Оборотов назад. Именно это постоянно снилось всем нам».

– Ты видишь курганы? До того как их засыпало? – Джексом от волнения заговорил вслух.

«Я вижу только людей, которые бегают туда-сюда. Нет, они бегут к… к нам?» – Рут’ огляделся, будто опасаясь, что его снесет толпа, – настолько живыми были передаваемые файрами образы.

– К нам… а потом куда?

«К воде? – неуверенно предположил Рут’, поворачиваясь в сторону далекого невидимого моря. – Они снова напуганы. Им не нравится вспоминать про взрывающуюся гору».

– Точно так же, как им не нравится вспоминать про Алую Звезду, – неосмотрительно заметил Джексом, и все файры тут же исчезли, включая непомеченных.

– Твоих слов вполне хватило, Джексом, – недовольно бросил Пьемур. – Про клятую Алую Звезду в присутствии файров нельзя даже упоминать. Пылающие горы они еще стерпят, но не алые звезды!

– Наверняка ряд моментов навсегда отпечатался в мозгах наших маленьких друзей, – негромко проговорил Сибелл. – И когда они начинают вспоминать, ничего другого для них больше не существует.

– Ассоциативная память, – кивнула Брекка.

– В таком случае, – заметил Пьемур, – нам нужно найти другое место, которое вызывает у них не столь тревожные воспоминания. Воспоминания, полезные для нас.

– Это лишь вопрос восприятия, – сказала Менолли, тщательно подбирая слова. – Я кое-что видела, и, думаю, я права… взорвалась не большая вершина, а… – Повернувшись, она показала на самую маленькую из трех. – Именно она взрывалась в наших сновидениях!

– Нет, то была большая, – возразил Пьемур, показывая выше.

– Ошибаешься, Пьемур, – спокойно, но уверенно заявила Брекка. – В моих мысленных образах была самая маленькая вершина, та, что слева. Большая намного выше той, что я видела.

– Да-да, – возбужденно подтвердила Менолли. – Важно учесть еще угол зрения. Файры не могли видеть то, что происходило на такой высоте! Не забывайте, они совсем маленькие. – Она вскочила на ноги,