взорвался.

Я вернулась в зал совета на коленях.

Не помнила, как упала.

Рука Каэла все еще держала мою. Он стоял рядом, но тоже был бледен. Грозовой знак на его запястье горел слишком ярко, почти белым.

В зале никто не говорил.

Двенадцать зеркал на стенах стали черными.

На полу перед нами записка дымилась по краям. Черный осколок раскололся еще на две части.

Мирена стояла у стола.

И на ее пальце больше не было кольца.

Она сняла его.

Слишком поздно.

Потому что леди Веста уже смотрела на ее руку.

— Леди Астерваль, — сказала она. — Где ваше кольцо с голубым камнем?

Мирена побледнела.

Очень.

Но не сломалась.

— Я не понимаю.

— Обряд показал кольцо, — произнес седой советник. — Треснувшее.

— У многих голубые камни.

— Но не у многих они треснули этой ночью, — сказал Арвен от двери.

Мирена повернулась к Каэлу.

Вот теперь в ее глазах появились настоящие слезы.

— Каэл, ты же не поверишь этому? Обряд был нестабилен. Она чужая. Ты сам видел, она не та Лиара. Она…

Он резко поднял голову.

— Что ты сказала?

Мирена замерла.

Я тоже.

Видение.

Современная квартира.

Моя прежняя жизнь.

Фраза Лиары: «Я позвала».

Каэл видел.

Не все, возможно. Но достаточно.

Мирена поняла, что ошиблась, и тут же попыталась исправить:

— Я говорю о ее поведении. Она изменилась после обряда. Все это видят.

Каэл медленно отпустил мою руку.

Не отстранился.

Просто встал ровно.

— Вижу.

Одно слово.

От него стало холодно.

Не потому, что он снова поверил Мирене.

А потому что теперь он точно знал: я действительно не прежняя Лиара.

Зал совета будто снова начал дышать.

Эдмар первым взял себя в руки.

— Обряд Тени показал спорные образы, полученные через поврежденный осколок. Это не может служить прямым обвинением против леди Мирены.

— Зато может снять обвинение с Лиары, — сказал Каэл.

— Временно.

— Достаточно.

Леди Веста медленно закрыла книгу совета.

— Записка Ренка не может считаться надежным доказательством. Осколок признан предметом возможного подлога. До дальнейшего разбирательства обвинение в искажении обряда с Лиары Велисс снимается.

Нара у стены закрыла лицо руками.

Кажется, плакала.

Я не чувствовала победы.

Слишком много увидела.

Слишком много было увидено обо мне.

Мирена стояла среди совета с прямой спиной. Ее не обвиняли. Не арестовывали. Не изгоняли. Она проиграла ход, но не партию.

Когда наши взгляды встретились, она едва заметно улыбнулась.

Так, чтобы заметила только я.

В этой улыбке было обещание: теперь я буду осторожнее.

Эдмар сказал:

— Если обвинение снято, остается главный вопрос. Обряд Тени подтвердил нестабильность связи. Следовательно, необходима проверка личности Лиары Велисс.

Вот он.

Новый удар.

Каэл повернулся к нему:

— Нет.

— Князь, вы сами видели.

Тишина стала ледяной.

Все видели, что он видел что-то.

Не знали что.

Но Эдмар умел бить по трещинам.

— Девица изменилась не после обряда, — продолжил он. — Она чужая самой себе. И если в ее теле находится не та душа, которую знала кровь Велисс…

— Осторожнее, — сказал Каэл.

Эдмар мягко улыбнулся.

— Разве вы не хотите знать, кто стоит рядом с вами?

Каэл не ответил.

Я поднялась сама.

Пошатнулась, но удержалась.

— А вы хотите знать, почему прежнюю Лиару почти стерли?

Эдмар посмотрел на меня.

— Осторожнее, дитя.

— Нет, лорд Эдмар. Это вы осторожнее. Обряд Тени показал не только меня.

На миг в его глазах мелькнуло предупреждение.

Но я уже решила.

— Он показал вашу руку на плече Каэла в ночь смерти его матери. И вашу фразу о неправильной избраннице.

В зале снова стало тихо.

Каэл медленно повернул голову к Эдмару.

Медленно.

Опасно.

— Что именно ты видел? — спросил он.

Эдмар не дрогнул.

— Скорбящего мальчика, которому я помог пережить утрату.

— Нет, — сказал Каэл.

Всего одно слово.

Но теперь это слово было не про меня.

— Ты велел мне смотреть и запоминать. Ты сказал: неправильная избранница разрушает все, к чему прикасается.

— Потому что так и было.

— Или потому что тебе нужно было, чтобы я в это поверил.

Вот теперь в зале впервые испугались не меня.

Каэл сделал шаг к Эдмару.

Советники застыли. Мирена побледнела. Мара у стены опустила глаза.

И вдруг серебряная линия на моем запястье резко дернулась вниз.

Так сильно, что боль прострелила руку до плеча.

Я вскрикнула.

Каэл мгновенно обернулся.

— Что?

Пол под ногами загудел.

Не весь зал.

Только место, где я стояла.

Черные зеркала на стенах одно за другим отразили не совет, а темную лестницу, уходящую вниз.

Ту самую, что была за дверью в башне.

Леди Веста побледнела.

— Нижний источник…

Эдмар резко сказал:

— Уведите ее из круга.

Поздно.

Круг обряда вспыхнул под моими ногами и раскололся тонкой серебряной линией, похожей на дорогу.

От меня.

К двери зала.

Дальше — вниз.

К источнику.

Каэл шагнул ко мне.

— Лиара.

Я попыталась ответить, но в голове уже звучал другой голос.

Грозовое Зерцало.

Далекое, глухое, будто говорило сквозь камень и воду.

«Названная должна увидеть сердце дома».

Эдмар побелел.

И вот это было настоящим.

Не маской.

Не расчетом.

Страхом.

— Нет, — сказал он. — Она не имеет права.

Серебряная линия на полу стала ярче.

Каэл посмотрел на нее.

Потом на меня.

Потом на Эдмара.

И тихо произнес:

— Теперь имеет.

Глава 8. Чужая душа

Серебряная линия на полу горела так ярко, что черный камень зала совета казался расколотым молнией. Она тянулась от моих ног к дверям, уходила под тяжелые створки и дальше, туда, где под Грозовым Шпилем спал Нижний источник. Или не спал. Теперь я чувствовала его слишком ясно: глубокое, глухое биение внизу, будто у дворца было собственное сердце, огромное, древнее, больное. С каждым ударом серебряная нить на моем запястье отзывалась болью, но эта боль была уже не чужой печатью и не ожогом памяти. Это был зов.

Эдмар первым понял, что происходит, и потому первым потерял спокойствие.

— Князь, вы не можете позволить ей идти к источнику, — сказал он, но голос его дрогнул в самом начале фразы, и все услышали. Даже те, кто сделал вид, что нет. — Доступ к Нижнему источнику имеют только глава рода, наследник и утвержденная хранительница. Девица Велисс не прошла ни полного обряда, ни суда, ни проверки крови. Она не имеет права даже стоять на лестнице нижнего круга.

Каэл смотрел на светящуюся линию. Его лицо было закрытым, но я уже научилась видеть, где в нем камень, а где сдержанная буря. Сейчас буря была близко.

— Право дает не совет, если зов идет от Зерцала и источника одновременно.

— Это может