завоевателем. Не лил чужую кровь, кроме необходимого минимума при лечении. Я ценил чудо жизни, лечил, обучал этому людей.

— Если ты весь такой идеальный, то как же оказался здесь? — сарказма в моих словах было сверх меры, но больно уж святым описывал себя неизвестный.

И кто такой этот Великий Змей?

— Я поверил одному из Первородных, который обещал, что своим заточением я послужу высшей цели, охраняя этот мир от страшной напасти. Вот только поколения менялись, твари вырывались на свободу, воины стирали с лица земли народы и цивилизации, а я всё так же томился в темнице, не в силах ничем помочь. Освободи меня, и я помогу тебе.

Чем-то рассказанная Урбом история напоминала историю с Эсрай. Да и руны вокруг саркофага в этой пещере тоже имели определённое сходство, а это значило, что пленил его, скорее всего, такой же пустотник. Вот только, в отличие от случая с Эсрай, я уже не был пустотником. А справится или нет магия Рассвета с подобной ловушкой, я понятия не имел. Зато точно знал, что у меня где-то в столице под сонными чарами отдыхает новоявленная пустотница, которая как раз смогла бы вытащить это создание. Поэтому пришлось честно отвечать:

— Урб, я подозреваю, что пленил тебя тот же архимаг пустотник, что и одну мою знакомую, дочь Серебра и Луны. Из ловушки тебя сможет вытащить только носитель той же первородной силы, что тебя и пленила. Я прав?

С минуту, а то и дольше, я ожидал ответа, а затем услышал тяжёлый вздох.

— Прав.

— К тому же сейчас я нагло нахрапом вломился в обитель иностранного архимага. Ещё чуть-чуть, и у меня земля под ногами начнёт гореть. Поэтому можем договориться следующим образом. Я явлюсь ещё раз, но более тихо и без помпы, с тем, кто тебе сможет помочь. Но лишь после обмена клятвами о взаимном ненападении и помощи друг другу.

— У тебя есть знакомый пустотник? — удивился мой далёкий собеседник.

— Есть. Мне бы только понять, как к тебе добраться. Саркофаг я вижу и пуповину, связывающую саркофаг с тобою тоже. Но твоё точное местоположение от меня скрыто, как будто помехи некие работают.

— Вокруг саркофага выбито несколько колец с рунами. Их нужно повернуть так, чтобы руны сложились в цепочки, тогда откроется спуск в колодец. Он очень глубокий, но в конце вы найдёте меня.

Я вспомнил, как в своё время собирал в нужную цепочку каменные круги для того, чтобы освободить Эсрай. Принцип был один и тот же.

— Ты же вернёшься? Как тебя зовут? Я назвал своё имя. А ты? — в голосе пленника проявился страх, будто он вновь страшился остаться наедине с собой, а то и вовсе выдумал моё появление. — Не молчи. Ответь.

— Меня зовут Юрий Угаров, или Утгард, если будет угодно. И да, я вернусь.

— Я буду ждать тебя, Юрий Утгард, — услышал я эхо печального прощания.

И лишь после этого я вышел за пределы круга с рунами и сразу же отсюда открыл портал домой, отзывая по связи собственных демонов вместе с армией кошмаров.

Когда портал схлопнулся за моей спиной, я на мгновение прислонился к холодной стене лаборатории, переводя дух. Да уж, разовой экспедиции в Туманный Альбион не вышло. В любом случае придётся ещё возвращаться. С одной стороны, Урб, пленённый где-то под хладным озером, судя по всему, тем же архимагом, что пленил и Эсрай. С другой стороны, ещё и та самая дриада, о которой упомянул Линтхаэль. Если это существо разумное, необходимо было сперва уточнить, что это за существо: то ли дух, то ли ещё нечто подобное, либо форма жизни, которую клятвой заставили служить для ублажения людей. Как бы то ни было, если где-то там у Линтхаэля имеется инкубатор подобных существ, где он разводил их как рабов для сексуальных наслаждений, неплохо было бы наведаться и вытащить их оттуда.

Лестница, ведущая из подземной лаборатории, была узкой и плохо освещённой. Лампы, питаемые магией, мигали, создавая на стенах причудливые тени. Я почти выбежал наверх и едва не врезался в Алексея, который ждал меня прямо у двери, прислонившись плечом к косяку.

— А ты тут какими судьбами?

Алексей выглядел взволнованным. Обычно спокойный и выдержанный, сейчас он нервно теребил пуговицу на мундире и то и дело оглядывался на дверь, ведущую в основную часть особняка.

— Не поверишь, уговорил Юматова настроить некий анализатор на вспышку энергии в лаборатории в нерабочее время, чтобы отслеживать твоё появление и успевать встречать и рассказывать последние новости.

— Однако интересный подход, — хмыкнул я, но должен был признать его здравость. Кроме меня, никто другой подобным способом перемещения пользоваться не умел, и если действительно княгиня не находилась в лаборатории, то можно было с уверенностью сказать, что это я явился.

— Тогда давай новостную сводку по ходу дела.

Я двинулся в сторону домашнего лазарета, жестом приглашая Алексея следовать за мной. Коридоры особняка тонули в полумраке, часы показывали что-то около десяти вечера. Ужин уже закончился, и все домашние разбрелись кто куда.

— Сейчас мне срочно нужен кто-то из наших лекарей в домашнем лазарете. Кто сегодня есть в доступе?

— Княжна Эльза вернулась, да и Мясников дежурит там, присматривает за вашей гостьей. Эльзу звать?

— Разве что подстраховать Фёдора Михайловича, — пожал я плечами, сам плохо представляя, насколько серьёзная помощь понадобится Эсрай после выхода из защитного режима.

— Тогда позову на всякий случай, — воспринял мои сомнения по-своему Алексей и рванул впереди меня с ещё большей прытью. Его шаги гулко отдавались в пустом коридоре, эхом разносясь по всему особняку.

Я же открыл портал и перенёсся прямиком в домашний лазарет. Тот встретил меня стерильной чистотой и привычным запахом лекарственных трав. Белые мраморные стены отражали мягкий свет магических светильников и артефактов поддержки, расставленных вокруг кровати с пустотницей.

Лицо девушки было безмятежным, а вот артефакты зашлись натужным писком от моего появления. То ли открытие портала так сработало, то ли аура хаосита внесла разлад в магическую систему.

В любом случае на писк артефактов тут же явился Фёдор Михайлович. Он и бровью не повёл, застав меня на своей территории, лишь поинтересовался, отлаживая заодно лечебные артефакты:

— У нас пополнение пациентов или по этой выдать отчет?

— Сперва первое, потом второе.

Я отодвинул в сторону пустующую койку, освобождая место под саркофаг. А после, чуть подумав, и тумбочки с