нового автомобиля, им было непросто. Тем не менее спрос на гаражи все стремительнее превышал предложение. Поэтому городские дворы понемногу наполнялись частными автомобилями. Правда, пока еще не очень плотно.

Клуб автопутешествий

Несмотря на все сложности, количество желающих стать автолюбителями постоянно и стремительно росло. Остряки из редакции «За рулем» описывали очереди на машины так: «длинные, как борода Черномора». В 1920-х Маяковский писал о мечте советского человека ездить в собственной машине «как замнаркома». И вот теперь «замнаркомами» становились обыкновенные советские люди – не знатные, не знаменитые, не приближенные к власти. Личный автомобиль поменял атмосферу в обществе, став неким символом новой, невиданной ранее приватности, даже свободы.

Выражением этой новой свободы стал бум автотуризма, который начался во второй половине 1950-х. В те годы граждан, которые ежедневно ездили на автомобиле на работу, было еще немного. В основном его воспринимали и использовали как транспорт для семейных поездок на отдых, на дачу по выходным и в отпуск.

Многие кинофильмы новой советской волны, начиная с картины Николая Досталя и Андрея Тутышкина «Мы с вами где-то встречались», вышедшей на экраны в 1954 году, вскоре после смерти Сталина, были посвящены отпуску. Отпускные истории стали откровенным отходом от эстетики большого стиля, где в основе сюжета обязательно лежал труд, а если и путешествие, то с целью поступить на новую работу или добиться улучшения производственного процесса «на местах», как, например, в «Девушке с характером» Константина Юдина (1939). Если отпуск фигурировал в сталинском кино, то непременно совмещался с работой, к примеру с чтением лекций офицерам в летних лагерях. Именно так отдыхала Галина Мурашова – героиня кинокомедии 1941 года «Сердца четырех» того же режиссера. А в ряду новых легких отпускных картин эпохи оттепели значительное место занимали ленты, герои которых путешествуют на автомобиле без стремления к трудовым подвигам.

Ил. 8. Ремонт семейной «победы» по дороге на юг

В фильме Надежды Кошеверовой «Шофер поневоле» (1958) в отпуск на собственной новенькой «волге» отправился начальник главка, который еще и вынужден сам сесть за руль после того, как его водитель заболел. В простенькой картине «К черному морю» Андрея Тутышкина (1957) группа московских туристов отправились на юг на «победах» и «москвичах». Наконец, в безумно популярной ленте «Три плюс два» (1963), снятой Генрихом Оганесяном по пьесе Сергея Михалкова, на берегу моря встречаются молодые мужчины, приехавшие на «волге», принадлежащей занудному научному сотруднику, и девушки, прибывшие на то же место на «запорожце». При всей художественной романтичности этих комедий новые веяния и атмосферу советской автомобильной жизни тех лет они отражали довольно точно.

Первое упоминание об автотуризме в самом популярном автомобильном журнале страны появилось еще в 1937 году. Речь тогда шла об автомобильных экскурсиях выходного дня нескольких стахановцев, премированных «эмками» – машинами ГАЗ-М1. Упоминали даже путешествие знатных рабочих: кузнеца, зачинателя стахановского движения на Горьковском автозаводе А. Бусыгина, С. Фаустова и других по маршруту Горький – Москва – Кавказ – Ростов-на-Дону – Воронеж – Москва – Горький[150]. Но это был совсем другой туризм, нежели получивший распространение в 1950-х. Дальняя автомобильная, тем более групповая поездка на нескольких машинах в 1930-х была скорее показательным автопробегом, нежели неформальным частным путешествием.

Автотуризм 1950-х – совсем другая история. Впервые простые советские граждане получили возможность поехать когда и куда хотят, не заботясь о путевках в пансионат или санаторий, о билетах на поезд или самолет. Место отдыха автомобилист мог выбирать сам и менять его хоть каждый день. Кроме того, автомобилист мог покрывать большие расстояния, а значит, набирать больше самых разнообразных впечатлений, проводить отпуск интереснее. В этом и проявлялся новый советский индивидуализм, даже если в путешествие отправлялись несколько семей на нескольких автомобилях. Ведь эти группы собирались неформально, по собственному выбору, сообразно общим интересам и пристрастиям, а не как случайные соседи в купе поезда и в пансионате. Наконец, автотуристы на нескольких машинах могли разъехаться в разные стороны, а потом при желании вновь соединиться. В общем, автомобиль стал примерно тем же, чем отдельная квартира в хрущевке – пусть и тесная, но со всеми удобствами и на одну семью; или тем же, что и собственный садовый участок с домиком – пусть крошечным, убогим с точки зрения удобств, иногда стоящим в неуютном голом поле. Все это можно считать важнейшими элементами нового, приватного мира советского человека.

В большой мере автотуризм стал даже «государственным делом», как тогда писали. В 1960-м в Москве, в Измайлове, провели выставку «Автомобильный туризм», вероятно, первую подобную в СССР. Среди экспонатов был грузовой прицеп к легковому автомобилю – полезное устройство для тех, кто путешествовал большими семьями или компаниями. Такой прицеп, очень элегантный, с аккуратной крышкой, фигурировал в картине «Три плюс два». Скорее всего, он был самодельным, ведь советская промышленность подобных изделий пока не выпускала. Даже тот прицеп, что показали на выставке в 1960-м, был лишь опытным образцом. Но если производство грузовых прицепов вскоре наладили, то прицеп-дача, показанный на выставке в Измайлове, так и остался несбыточной мечтой автотуристов. Этот прицеп-караван сделал в 1960-м рижский завод РАФ, выпускающий микроавтобусы. Аккуратный домик, рассчитанный на четырех человек, оборудовали столиком, газовым баллоном и даже умывальником[151]. Подобные прицепы заводского производства в советские времена так и не появились, судьба автомобильного путешественника при всей ее увлекательности была куда прозаичнее и аскетичнее, чем гипотетический быт с прототипами жилых прицепов со всеми удобствами.

Автотуризм для страны был совсем новым явлением, редкие пробеги 1930-х были совсем иными, поэтому в профильной прессе стали занимать все больше места советы путешественникам. Туристам давали самые разные наставления по дооборудованию автомобилей для дальних поездок. Например, как изготовить багажник на крышу – ведь заводские, которые можно было бы купить в магазине, появились позже. Путешественникам рассказывали и о куда более сложных и замысловатых приспособлениях. Скажем, предлагали изготовить стальной бачок для воды и установить его под капотом автомобиля возле выпускного коллектора двигателя, от которого сталь на ходу нагревалась, благодаря чему на стоянке можно было помыть руки горячей водой[152]. Еще одно туристское изобретение тех лет – импровизированная плита для готовки пищи: самодельная станина, на которую ставили кастрюлю и нагревали ее бензиновой паяльной лампой.

Важная тема в кругах автотуристов и в прессе – способы ночлега. Возможность ночевать в автомобиле, разложив переднее сиденье, которое во многих машинах тех лет, в частности в «победе» и первой «волге», представляло собой цельный широкий диван, считали