которой мы после принятия мною решения, как минимум пару суток, по несколько раз на дню, пытались медитировать вместе. Но новых приступов у девушки больше не случалось. Благо и старые, с неприемлемым для нас концом видения, провидицу тоже не тревожили. Хотя, признаться, я до последнего надеялся, что у неё выйдет «настроиться на волну» и хотя бы ещё разок заглянуть под покрывало будущей реальности.

Тем временем, бесы переместили в соседнее кресло нашего пленника. Любые моральные терзания на его счёт я себе запретил ещё в прошлый раз. Враг есть враг. Если его жизнь спасёт миллиарды других, то я готов платить эту цену. Если нет… то мироздание меня накажет. Возможно, уже даже сегодня.

— Всё готово, Алексей Михайлович, — донёсся сосредоточенный голос Льва Платоновича, прорвавшись сквозь бесконечный поток вертевшихся в моей голове мыслей.

На мне тут же сосредоточились взгляды буквально всех в лаборатории. В том числе и группы молодых учёных, волнение которых мог не заметить только слепец. Они переминались с ноги на ногу, бросая в мою сторону осторожные взгляды.

Будто на верную смерть отправляюсь… Тьфу ты. Бесят.

— Тогда начинаем, — откинувшись на подголовник, ответил я, пропуская мимо ушей какие-то наверняка гневные возгласы ящера.

Следом, бросив короткий взгляд на всё это время находившееся в руке кольцо, я надел его на средний палец левой руки и повернул голову в сторону Ларионова. Артефакт тем временем тут же стал тёплым, откликаясь на энергию в моём теле, и едва ощутимая от него вибрация побежала по пальцам.

Перевёл взгляд на сидевшего по соседству Кхарма: ящер к текущей минуте был пристёгнут ремнями к креслу, на глазах у него лежала плотная повязка, а сама голова также оказалась твёрдо зафиксирована ремнями. Поначалу он немного дёргался, проверяя на крепость свои путы, но затем, отметив бесполезность этих попыток, замер на месте с каменным выражением на своей зелёной морде. Разве что челюстные мускулы под кожей ритмично вздрагивали.

— Положите ему ладонь на грудь, Ваша Светлость. Да, вот сюда, — слегка подправив положение моей руки, произнёс учёный. — Дальше вам нужно сосредоточиться. Обычно артефакт всё делает сам, вам лишь остаётся принять силу. Но не убирайте руку, пока всё не закончится, — поспешно добавил Лев Платонович под конец, следом же покидая рунный круг, в котором стояли наши два кресла.

Короткий инструктаж закончился, мы с ящером остались наедине друг с другом. Оно и понятно — дальше всё зависит только от кольца и меня, артефакторы всю свою работу сделали. Я совершил глубокий вдох, пытаясь унять лёгкую дрожь в пальцах. Несмотря на всю уверенность и былое спокойствие, атмосфера всеобщего переживания зацепила и меня. Чёрт… этого мне не нужно. От этого надо скорее избавляться.

Кольцо действительно делало всё за меня. Едва я усилием воли отбросил все лишние мысли в сторону и вернулся в реальность, как почувствовал разгорающееся жжение под ладонью. Ведомый любопытством, я тут же уставился на руку и к своему удивлению заметил, что ту окутало ранее неведомое мне зелёное марево. Дымка исходила из груди ящера и медленно ползла вверх по моей руке, окутывая кожу лёгким холодком. Но ладонь… ладонь медленно стало припекать. А вместе с этим начинала гореть и сама конечность, только изнутри, будто туда через сосуды на пальцах вливалась горячая жидкость.

Но никакой жидкостью это, конечно же, не было. Просто магическое ядро не спешило покидать тело хозяина, прежде пуская вперёд небольшие протуберанцы жгучей энергии, под силой притяжения моего артефакта вырывающиеся из его поверхности.

Кхарм провёл очередную попытку вывернуться, сопровождая свои движения гневным криком, переходящим в рык. Но всё это было для меня фоновой картиной — куда ближе были свои, далеко не самые приятные ощущения. И если бы только на этом всё и закончилось… Но увы и ах!

Ладонь в какой-то момент стало жечь так, будто я её опустил в кастрюлю с кипящей водой! Лицо исказилось гримасой боли, губы сами собой растянулись в оскале, обнажая стиснутые зубы — жар казался нестерпимым! И самое главное, это чувство только усиливалось!

Твою мать! Да если бы я знал, что так будет! Что теперь делать-то⁈

Жар в какой-то момент усилился до такой степени, что я, более не сдерживаясь, буквально взвыл от боли. Теперь это была не кипящая вода… на ладонь словно лили раскалённое до жидкого состояния железо! А следом это ощущение стало передаваться и в кисть…

Естественно, я к этому мигу уже ни один раз пытался оторвать конечность от мерзкого ящера, но куда уж там! Мы будто приросли друг к другу! Пальцы намертво прилипли к его груди, и как бы я ни старался их от неё оторвать, ничего не помогало. Ладонь будто сплавилась с его кожей.

Что за чертовщина⁈ У моих товарищей такого точно не было!

Мельком отметил, как взволнованно обступили рунный круг, внутри которого проходил ритуал, присутствовавшие в помещении люди. Даже успел увидеть, как материализовался Самаэль, не позволяя учёным или моим друзьям как-то помешать процессу. Демон что-то прорычал своим инфернальным голосом, но разобрать слов вспыхивающей перепалки я не смог. Да и не до этого было…

А затем меня накрыло новой, полностью поглощающей разум болью! Наверное, после такого можно и рассудком двинуться…

Тело Кхарма выгнуло дугой, я и вовсе, незаметно для себя самого, давно стоял перед ним на ногах, не унимая отчаянных попыток оторвать руку от груди ящера. Зелёная дымка, уже полностью окутавшая моё тело, теперь проникла внутрь меня и более на себя внимание не отвлекала. Куда как жёстче действовало само ядро…

Чёрт! У меня будто не только кожа, а сами кости и жилы плавятся!

Хотя, вероятнее всего, это вспыхнули манатоки, пропуская через себя волну жара магического ядра ящера.

В момент, когда маленькое яркое зелёное солнышко, которое я увидел под своей ладонью, коснулось моей кожи, ноги у меня совсем подкосились. Так и упал на колени с задранной кверху рукой. Даже вполне возможно, на какой-то миг потерял сознание, но врезавшееся в плоть ядро тут же вернуло меня в чувство, ударив по мозгам будто обухом.

Помню, когда-то довелось мне спалить свои манатоки, пропустив через себя чрезмерное количество концентрированной энергии — тогда боль была по всему телу. Весь горел. Сейчас же всё иначе. Я уже фактически не чувствовал не только пальцев и ладони, но и всего, что пониже локтя. Ну как «не чувствовал»… там была только боль! А вот пошевелить конечностью возможности уже не было…

И самое