сказать: «Найти Дитера, и пусть он решает». Стефан не сказал этого вслух, но зараза Эйлерт снова залез к нему в голову.

– Да нет здесь Дитера, – отрезал он. – То есть, представь, что его вообще нет. Маг должен учиться сам принимать решения. Магия – это ответственность, ясно?

– Тебе самому страшно, – усмехнулся Стефан. – Давай сначала ту девушку с топором найдем, потом – Джейлис, раз уж она в этом как-то замешана. Спросим у них, что да как.

* * *

– Нечеловеческое лицо! Вот знаешь, как в кошмарах иногда снится: смотришь на кого-то и понимаешь, что это не он, а злой дух или покойник вернувшийся? Потому что глаза мертвые, и все черты как будто ненастоящие. Вот такое лицо!

– О чем вы говорили перед этим?

– Ни о чем, я хворост собирала. Вернулась – а он на меня с топором…

Дина понравилась Стефану не меньше, чем Хейц – несмотря на все его недоверие к девчонкам. Но она и была не девчонка, а девушка: юная, но вполне уже взрослая, со вздернутым деловым носиком и искусанными губами. Стефан готов был поверить ей насчет топора – только вот Хейцу он тоже поверил. И что теперь делать, было совершенно непонятно.

Ситуацию осложняло то, что Дина выкладывала все это Джейлис, а Эйлерт со Стефаном подслушивали их со двора. Эйлерт вздохнул, щелкнул пальцами, пробормотал что-то – и окно ведьминой гостиной как будто удлинилось, а слышно все стало так хорошо, словно они сидели в той же комнате. И вот уже с четверть часа они смотрели, как Дина то успокаивается, то снова начинает шмыгать носом и повторяет как заведенная про топор и сумасшествие. По манере и разговору видны были ее деловитость и собранность – но еще Стефан понимал, что ей очень страшно. Уж лучше бы эта Дина оказалась взбалмошной или глупой!

– Ты ведь передашь все Эльсе? – спросила Дина, хватая Джейлис за руку.

Джейлис сжала ее руку и серьезно кивнула.

– Конечно. Не волнуйся, у нее всегда мигрень в такую погоду.

Это у магов коллективное, что ли – скидывать сложную работу на учеников, а самим прохлаждаться неизвестно где?

Стефан представил, как Эльсе и Дитер сидят рядышком на какой-нибудь крыше, беззаботно болтая ножками, и облизывают петушки на палочке. Может, они там даже солнышко себе над головами наколдовали.

– У тебя нет защитного амулета? – спросила тем временем Дина. – Я боюсь возвращаться домой.

Джейлис помедлила, как будто была растеряна – впрочем, Стефану, наверное, просто показалось.

– Для этого все-таки понадобится тетушка. Но я могу тебя проводить.

Эйлерт потянул Стефана за руку, и они спрятались за углом дома, но, оглянувшись, Стефан увидел две оставшиеся от них цепочки следов на снегу. Джейлис, наверное, тоже их заметила: бросив Дине «подожди минутку, пожалуйста», она зашагала к ним. Эйлерт сжал руку Стефана чуть сильнее, но сделать ничего было уже нельзя, – или Эйлерт, наоборот, пытался его успокоить?

– Марко прислал вас мне помочь? – спросила она вместо приветствия.

– Привет, – растерялся Эйлерт. – Марко? При чем он тут вообще?

Джейлис фыркнула.

– Ни при чем, видимо. Он просто сказал нам с Диной, что придумает что-нибудь, и унесся куда-то, и я почему-то подумала… Неважно. Вы знаете, что произошло?

Эйлерт молчал, так что отвечать пришлось Стефану.

– Мы подслушивали, – объяснил он. – Только, знаешь, есть одна проблема…

Эйлерт отпустил его и даже сердито пихнул в бок, но мог бы тогда сам продолжать разговор. И вообще, Стефан сэкономил им всем уйму времени. И собирался сэкономить еще, но Джейлис его перебила.

– Подслушивали?! Знаешь, – она передразнила его, – есть не одна проблема, а целых три, и все эти проблемы понятия не имеют о том, как можно и нельзя себя вести! Вы приходите подглядывать за мной или что?!

– Это первый раз, честно!

Эйлерт покраснел так, как будто действительно ходил за ней подглядывать. Так что Джейлис, конечно же, ему не поверила. Но какое кому дело до старых ведьм и их племянниц, когда вокруг творится твоя собственная магия?! Злость начала покусывать Стефана за пальцы – наверное, он даже мог бы сейчас попробовать поколдовать на ней, как Марко. Но, разумеется, он не стал, потому что, в отличие от этих двоих, отлично умел отличать важное от неважного.

– С этим топором все очень нечисто… – начал он.

Но Джейлис не обратила на него внимания. Она смотрела на Эйлерта, сжимая кулаки, – а тот смотрел на нее, и оба громко дышали.

– Поклянись, – сказала она. – Поклянитесь оба, что это был первый и последний раз, иначе я никогда больше с вами не заговорю.

– Тебе придется! – Стефану захотелось кинуть в нее снежком, неважно, волшебным или простым. – Потому что это Дина набросилась на Хейца с топором. А может, и никто ни на кого не набросился, потому что…

– Помолчи, – сказал Эйлерт. – Джейлис, клянусь тебе всем, что делает меня мной, прошлым, настоящим и будущим, названным и неназванным, своей кровью и магией клянусь тебе, что это был первый и последний раз.

Что-то дрогнуло, замерло на секунду, а потом потекло по-прежнему. Они почувствовали, что клятва принята. Джейлис повертела головой, как будто ожидая, что небо все-таки свалится на голову Эйлерту.

– Тоже клянусь, – сказал Стефан, и все тоже дрогнуло, совсем немножко, но он почувствовал. И пошло дальше. – Теперь ты соблаговолишь нас выслушать?

Джейлис кивнула, но тут из-за угла вышла Дина. Она уставилась на них, как будто вспоминая или прикидывая что-то, и, кажется, прикинула.

– Ученики с мельницы, – сказала она громче, чем было нужно. – Вы же темные маги? Признавайтесь немедленно!

– Да, – сказал Эйлерт. – И мы попробуем вам помочь, если позволишь.

– «Вам»?

– Тебе, – тут же согласился он.

– О да, вы можете помочь и мне, и всей деревне. Если уберетесь отсюда так же, как пришли!

– Мы могли бы, конечно, – осторожно кивнул Эйлерт, – но наш учитель много знает о проклятиях, порче и прочих опасных вещах, а история с топором выглядит очень неприятно. Может быть, мы сначала разберемся, что произошло, а потом уже уйдем?

Дина прищурилась. Она тоже громко дышала, почти как Джейлис и Эйлерт только что. Ее зрачки расширились, и Стефан подумал, что она, наверное, видит сейчас перед собой совсем не их, а своего возлюбленного с перекошенным лицом и топором в руке. Ему захотелось оказаться подальше отсюда – в их комнате, а лучше и правда в другой деревне. Но Хейца было жалко, да и Дину – тоже, хотя злилась она сейчас совсем несправедливо.

– У нас есть своя ведьма, – отчеканила Дина наконец. – Госпожа Эльсе. Другого колдовства нам не нужно.

– Вообще-то нужно, – Джейлис, очень