Он пошел к смежной двери.

— Валериус? — позвала я.

Он остановился, положив руку на ручку двери.

— Спасибо. За то, что пришел. Вовремя.

Он не обернулся.

— Не благодари за это. Я же сказал, для меня важна выгода. Во всём. Если бы тебя убили, кто бы мне дерево оживлял?

Дверь за ним закрылась. Щелчка замка я не услышала…

Следующий день прошел в золотой клетке. Точнее, в меховой и уютной.

Пип притащил мне завтрак. Каша! Настоящая овсянка, правда, без соли, но я это быстро исправила и стопку книг из местной библиотеки.

— Его Высочество сказал, вам будет скучно, — прокомментировал домовой, выкладывая фолианты на стол и пыхтя. — «История магических войн», «Яды и противоядия», «Садоводство для начинающих некромантов». Веселенькое чтиво, как раз для аппетита.

Я провела день, слоняясь по комнате, изучая обстановку и читая. Оказалось, что Западное крыло действительно отличается от остального замка. Здесь было меньше помпезности и больше жизни. На полу лежали мягкие ковры, на стенах висели картины с чудными узорами, а не портреты мрачных предков. На полках стояли не только книги, но и странные артефакты: кусок метеорита, застывшая молния в стекле, модель корабля в бутылке… Мальчишеские сокровища.

К вечеру тишина начала давить на уши. Я знала, что Валериус в замке — иногда я слышала его приглушенный голос за стеной, когда он на кого-то кричал. Стены тут толстые, слов не разобрать, но тон был такой, что я бы на месте собеседника уже сквозь пол провалилась.

Ко мне он не заходил.

Когда за окном сгустилась тьма и метель снова начала биться в стекла, я забралась с ногами в кресло у камина, укутавшись в плед. Книга «Яды и противоядия» оказалась на удивление захватывающей, особенно глава про то, как распознать яд в вине по цвету пены, но буквы начали расплываться перед глазами. Глаза слипались.

Дверь между нашими комнатами тихо отворилась.

Я вздрогнула, выронив книгу.

Валериус вошел, не постучав. Его волосы были растрепаны, словно он запускал в них пальцы, ворот рубашки расстегнут, под глазами залегли темные тени усталости. Вид у него был измотанный. Он даже не посмотрел на меня, прошел прямиком к шкафчику с напитками.

— Тяжелый день? — спросила я, наблюдая, как он наливает себе янтарную жидкость дрожащей рукой.

Он вздрогнул, словно забыл, что я здесь. Обернулся.

— Ты еще не спишь?

— Сложно спать, когда за стеной кто-то угрожает «превратить кишки в ледяную крошку», — заметила я, поднимая книгу с пола. — Это был начальник стражи?

Валериус устало потер лицо ладонью.

— Это был Советник Орион. Старый лис. Он… настоятельно рекомендовал мне выдать тебя Летнему Двору, чтобы избежать войны. Мол, одна человеческая жизнь — малая цена за мир.

— И что ты ответил?

* * *

— То, что ты слышала. Про кишки. И еще кое-что про его родословную.

Он сделал большой глоток и подошел к камину, усаживаясь в кресло напротив меня. Вытянул длинные ноги к огню. Теперь нас разделял только очаг и пушистый ковер.

В таком виде — уставший, без короны, с бокалом в руке — он казался пугающе доступным. Обычным мужчиной, у которого выдался дрянной день на работе.

— Значит, война? — тихо спросила я.

— Лето всегда ищет повод, — он пожал плечами. — Им не нравится наша погода, нам не нравится их жара. Твое появление — лишь искра. Они боятся, Элара. Если Древо расцветет, баланс сил изменится. Зима перестанет быть просто сезоном смерти. Мы станем ещё сильнее. Как прежде…

— А ты этого хочешь? Стать такой могущественной силой?

Он посмотрел на огонь. Пламя отражалось в его глазах, делая их почти фиолетовыми.

— Я хочу, чтобы мой народ перестал умирать, Элара! Власть ради власти меня не интересует. Но, к сожалению, в нашем мире выживание и власть — это синонимы. Без силы нас просто сомнут.

Он замолчал, глядя на меня. Его взгляд скользнул по моим босым ногам, выглядывающим из-под пледа, по растрепанной косе и книге, которую я прижимала к груди.

— Тебе идет этот цвет, — вдруг сказал он.

— Какой? Серый? Мышиный? — я потянула край мужской рубашки. — Это же твоя рубашка. Я в ней тону.

— Я помню. На мне она смотрится хуже. А на тебе — уютно.

В комнате повисла тишина.

— Как шея? — спросил он, меняя тему.

— Лучше. Твоя мазь — чудо. Жжение прошло, только чешется немного.

— Хорошо. Потому что завтра ты мне понадобишься здоровой и бодрой.

— Оранжерея? Опять монстров растить?

— Древо возрождать, болтушка!

Я приподняла бровь, открыла было рот чтобы съязвить, но потом, отчего-то промолчала.

Принц откинул голову на спинку кресла и прикрыл глаза.

— Всего на минуту… — пробормотал он. — Только глаза прикрою…

Я смотрела на него. На его длинные ресницы, отбрасывающие тени на скулы, на резкую линию челюсти, на шрам на шее, тонкий, белый, который раньше скрывал воротник.

Он спал. Вырубился прямо в кресле, напротив меня, в комнате с незапертой дверью…

Принц Неблагого Двора, который никому не доверяет, и спит с кинжалом под подушкой, заснул в присутствии человека, который еще недавно грозился сбежать и разнести его замок!

Я тихо встала, стараясь, чтоб половицы не скрипнули. Подошла к нему.

Он не пошевелился. Дыхание было ровным и глубоким.

У меня был шанс. Я могла взять кинжал со столика и… Нет, убивать я его не буду. Я же не убийца. Но, могла украсть ключи, которые у него на поясе висят, и сбежать.

Но вместо этого я взяла свой плед — теплый, шерстяной — и осторожно накрыла его. Подоткнула края, чтоб не дуло.

Валериус дернулся во сне, пробормотал что-то на непонятном языке — резком, гортанном — но не проснулся. Его рука инстинктивно сжала край пледа, пальцы вцепились в ткань.

— Спи, чудовище, — прошептала я, глядя на его расслабленное лицо. Сейчас он выглядел моложе. И беззащитнее. — Завтра мы поддадим этому Лету. А пока… просто спи. Набирайся сил. Они тебе понадобятся, чтоб со мной спорить!

Я вернулась в свою кровать, чувствуя странное тепло в груди.

Дверь между нашими комнатами в эту ночь осталась открытой. И мне впервые за долгое время спалось спокойно.

Глава 13

Когда я проснулась, кресло напротив камина было пустым.

Только смятый плед, небрежно брошенный на подлокотник,