брюках, такой же рубашке-поло с гербом и голубом блейзере. Едва Дэвид успел вылезти из машины, секретарь уже энергично тряс его руку, извиняясь. Среднего роста, худощавый и загорелый, с головой, покрытой снежно-белыми кудрями, он, казалось, был искренне рад видеть гостя.

– Поверьте, я понятия не имел, что вы сегодня приедете. Вы не помните, кто отвечал по телефону?

– Боюсь, что нет. – Дэвид жестом велел Нушке припарковаться на гостевой стоянке. – Звонила моя секретарша, ей показалось, что говорил молодой человек.

Андертон горестно покачал головой.

– Это все объясняет. Летом у нас работает много студентов, и не все они хорошо подготовлены. Витают в облаках и каждую свободную минуту утыкаются в телефоны. Дайте им конкретную работу, и они справятся, но когда требуется просто быть на подхвате, возникают проблемы.

Перед входом Дэвид огляделся. Обычная картина: кучка невысоких побеленных строений с красными черепичными крышами; со стороны парковки – ухоженные травяные лужайки, островки кустарников и цветников, флаги разных стран над стеклянными дверями входа, как и в любом загородном клубе. С другой стороны, обращенной к пристани и реке, безраздельно царила атмосфера лета: веранды, террасы, мачты и такелаж, насколько хватает глаз.

– И все же, визит столь важной персоны, как вы, должен быть отмечен в клубном журнале! – Андертон подошел к стойке регистрации. – Давайте что-нибудь напишем…

– В этом нет необходимости, – величественно обронил Дэвид. – В три у меня назначена другая встреча, так что скоро придется уезжать.

Андертон кивнул молодой женщине за стойкой, подразумевая, что посетителю такого ранга не требуется ничего столь вульгарного, как регистрация и гостевой пропуск.

– Ну что ж… – Секретарь свернул налево. – По крайней мере, мы успеем угостить вас обедом.

– Пожалуй, тоже откажусь, если не возражаете. У меня сегодня довольно напряженный день, и я уже поел.

– Хорошо. Могу я попросить шеф-повара подать что-нибудь вашему водителю?

– О нет, не беспокойтесь.

– Как вам будет угодно.

Помещение клуба главным образом состояло из бара и ряда салонов с открытым видом, украшенных деревянными панелями и коврами. Везде тщательно выдерживался морской стиль вплоть до судовых инструментов прошлых эпох, вывешенных на стенах и колоннах. Длинный ряд широко распахнутых французских окон впускал теплый бриз и позволял обедать на открытом воздухе, наслаждаясь великолепным зрелищем множества роскошных судов, стоящих у пристаней. Пары за столиками были одеты непринужденно, но стильно.

– Значит, вы посетили нас по совету мистера Типпинга? – спросил Андертон.

– Именно так.

– Он состоит в нашем клубе уже десять лет.

Дэвид был в курсе, потому Типпинга и выбрал.

– Отсюда можно видеть капитанский мостик его яхты. – Андертон вышел на балкон и указал направо, где стояли на якоре более крупные суда. – Вон там, у восточного пирса. Возможно, вас заинтересует место рядом? В настоящее время оно занято, но мы всегда можем что-то изменить.

– О, я не хотел бы доставлять вам лишнего беспокойства.

– Это не проблема. Простите за любопытство, мистер Типпинг ожидал вас сегодня?

– О нет, просто мы виделись на днях в Лондоне, и он упомянул «Ройял-Уолласи».

– Как любезно с его стороны! Гораздо эффективнее, когда рекомендация передается из уст в уста, а не через рекламу. Я твердо убежден, что услуги по-настоящему высокого качества вообще не нуждаются в рекламе.

– Не могу не согласиться.

Появился официант с салфеткой, перекинутой через руку.

– Что-нибудь из бара, мистер Фосдайк?

– Спасибо, воздержусь, – улыбнулся Дэвид. – Солнце еще не поднялось выше нока рея.

Андертон озорно подмигнул.

– Разве оно бывает ниже?

– Только не в моей профессии, увы. Поверьте, дел сегодня невпроворот.

– Понимаю. – Секретарь вновь стал серьезен и коротким кивком отослал официанта. – Должно быть, ваше намерение станет большим сюрпризом для мистера Типпинга.

– О да… Но я заранее дам ему знать.

– Похоже, раньше, чем вы думали. Через четверть часа он будет здесь.

– В самом деле? – Дэвиду стоило героических усилий не выдать своего потрясения. – Он приедет сюда?

– Да, как всегда по вторникам, в час дня точка в точку, хоть время сверяй. Не знаю, правда, выйдет ли в плаванье, хотя погода сегодня идеальная, но иногда он просто сидит и общается с другими членами клуба. Полагаю, вы успеете хотя бы поздороваться.

– Да… То есть, надеюсь, – пролепетал Дэвид в растерянности, опасаясь что-либо твердо обещать.

Он спустился следом за Андертоном по ступеням к пристани, украдкой взглянув на часы. Без четверти час. Секретарь клуба дружелюбно болтал, ведя гостя по эспланаде мимо офиса на пристани, стапелей и причалов и знакомя с персоналом. Дэвид изо всех сил пытался сосредоточиться на диалоге, будучи не в силах толком обсуждать технические вопросы.

– Так вы говорите, длина корпуса девяносто футов? – спросил Андертон.

– М-м… Да, верно.

Они уже подошли к упомянутому восточному пирсу, где выстроились огромные моторные яхты самых экстравагантных моделей, однако Дэвид был слишком встревожен для того, чтобы любоваться игрушками пресыщенных богачей.

До часа дня оставалось меньше десяти минут. Дэвид оглянулся, прикидывая расстояние до здания клуба. Далековато.

– Могу я узнать глубину осадки вашего судна? – осведомился секретарь.

– М-м, прошу прощения… Ах да, осадка. Боюсь, у меня сейчас нет с собой технического описания «Андромеды».

Название он выбрал заранее, узнав из интернета, что в моде у мажоров яхт-клуба использовать для этого имена женских персонажей из мифологии, связанных с морем. Но глубиной осадки, как и прочими деталями, Дэвид не озаботился.

– Ничего страшного, – улыбнулся Андертон. – Когда вы решите вступить в клуб, можете сообщить все характеристики по телефону. Проблем не будет, поскольку у нас, как видите, стоят суда и покрупнее.

Дэвид кивнул и вновь глянул на часы. Без восьми час.

Они вернулись в главное здание, но Андертон непременно желал продемонстрировать высокому гостю тренажерный зал, спа-салон, бассейн и прочие удобства.

– Могу я поинтересоваться, где стоит «Андромеда» в настоящее время?

– Э-э… – У Дэвида пересохло во рту.

Уж это мистер Фосдайк должен был знать! Мысли бешено крутились. Где может держать яхту делец с состоянием в четыре миллиарда? Прежде чем в голову пришел очередной невразумительный ответ, к секретарю обратилась симпатичная брюнетка в униформе клуба:

– Седрик…

– В чем дело, дорогая Шарлотта?

– Простите, что отвлекаю… Добрый день, мистер Фосдайк! – улыбнулась она Дэвиду.

– Это Шарлотта Дербишир, – представил ее Андертон, – наш менеджер.

– Рад познакомиться, Шарлотта. – Дэвид вновь покосился на часы.

– Звонят из фирмы «О’Нил и сыновья», – с беспокойством обратилась она к Андертону. – Хотят срочно поговорить с кем-нибудь о работах на волнорезе.

Секретарь раздраженно вздохнул.

– Примите мои извинения, мистер Фосдайк! Мне придется на время оставить вас.

– Ничего, я подожду, – заверил его Дэвид с невероятным облегчением.

Проводив взглядом поспешно удаляющегося секретаря и менеджера, он уселся на табурет у стойки бара, откуда мог видеть через окно