Глава 9. Аллистир

Истина жжет острее проклятого клинка, и рана от нее не затянется без морока.

Из забытых свитков некромантов

Бастария 946 год правления Астраэля Фуркаго

Тусклый свет проникал сквозь тяжелые бархатные шторы, едва касаясь просторных покоев. Я возлежал на огромной кровати, покрытой черным шелком, наслаждаясь теплом трех тел, прильнувших ко мне.

Три прекрасные некромантки – мои лучшие ученицы, лично отобранные из сотен послушниц внутреннего ордена, – дремали рядом. Темноволосая красавица с фарфоровой кожей доверчиво положила голову мне на грудь. Дыхание девушки было легким, словно она парила на границе между мирами. Слева примостилась рыжеволосая бестия: ее тело покрывали руны смерти – по одной за каждого поверженного врага. Справа расположилась Лорейян – молчаливая блондинка, самая одаренная в искусстве поднятия мертвых.

Я мог бы лежать так вечно, черпая силу из их присутствия. Некромантия требует не только природного дара, но и особой энергии, которая усиливается нашим единением. Но чем глубже становился покой, тем настойчивее мои мысли возвращались к Эйри.

Осторожно высвободившись из теплых объятий, я сел на край кровати. Лорейян мгновенно почувствовала движение и скользнула ко мне, словно верная кошка, устраиваясь у ног.

– Что тревожит вас, владыка? – прошептала она, поднимая взгляд. Свет магических фонарей серебристыми искрами отражался в синих глазах.

Мои покои всегда служили идеальным некромантским прибежищем: древние фолианты на стеллажах, редкие черепа на полках, артефакты, собранные за долгие годы. В углу возвышался обсидиановый алтарь, где тлели травы, помогающие проникать за грань миров. Стены украшали карты: одни территории уже принадлежали мне, другие перейдут под мой контроль после падения императора.

– Что может потревожить Аллистира, величайшего некроманта Сожженных земель? – раздался насмешливый голос позади. Ловкие пальцы скользнули по моим волосам.

– Я вижу тени в ваших глазах, – настаивала Лорейян. – Тени прошлого.

Проницательность всегда выделяла ее среди других учениц. Возможно, именно поэтому я позволял ей больше, чем остальным.

– Говорят, армия сопротивления собирается под знаменами свободы, – произнесла она, мягко касаясь моего запястья. – Свобода… Как будто это слово что-то значит в нашем мире.

Я презрительно скривился.

– Банальный лозунг для оправдания войны!

В памяти вновь возник образ Эйри. Огненно-рыжие дреды, янтарные глаза, улыбка, некогда заставлявшая мое сердце биться чаще. Эйри выбрала свет и свободу, отвергнув тьму и могущество. Отвергнув меня.

Взяв Лорейян за запястье, я положил ее руку на свой пах.

– Ты знаешь, что делать.

Она прекрасно знала. Но даже на пике удовольствия, сверху вниз глядя на ласкающую меня Лорейян, я видел другую. Недоступную. Ушедшую навсегда.

Ни одна из моих учениц не осталась в стороне, но все их усилия оказались насмарку. Наконец Лорейян вытерла рот ладонью и снова посмотрела на меня из-под ресниц. Резко поднявшись, я направился к каменной ванне, занимающей отдельную нишу в покоях. Вода все еще сохраняла приятное тепло.

– Оставьте нас, – бросил я, заметив, как в дверях появился запыхавшийся Давин, мой самый перспективный ученик. Ему было всего пятнадцать, и даже спустя год обучения некромантии некоторые аспекты нашей жизни заставляли его смущенно краснеть.

– Простите, я думал, вы один! Важные новости, учитель!

Я погрузился в теплую воду, наблюдая, как девушки грациозно поднимаются с кровати. Лорейян задержалась у выхода, бросив на меня долгий взгляд, полный невысказанных вопросов. Я лишь кивнул, подтверждая приказ.

– Говори, – обратился я к Давину, отметив, как он нервно переминается с ноги на ногу, избегая встречаться со мной взглядом.

– Учитель, войско достигло Дэмпира. Дом Шалл пал. Почти без сопротивления. Дитто не ожидали атаки с болот, направив драконов защищать дворец.

Я позволил себе удовлетворенную улыбку. Переход через трясину был моей стратегической находкой. Пока другие считали эти земли непроходимыми, мы превратили обитающих там созданий в союзников.

– Потери? – спросил я, откидываясь на бортик ванны.

– Незначительные, учитель. Двадцать семь некромантов младшего круга, около ста живых воинов и примерно три сотни поднятых. Остальные войска готовы к штурму дворца.

Я задумчиво кивнул. Цифры действительно казались приемлемыми для такой операции.

– Что с населением приграничного города?

Давин замялся, и я увидел тень сомнения в его глазах. Он цеплялся за иллюзии морали обычных людей.

– Большинство сдались без боя, – наконец произнес он. – Генерал отделил потенциально ценных…

– Остальных направить на ритуалы, – закончил я за него. – Мы не можем позволить себе роскошь содержать бесполезный груз.

Вздрогнув, Давин опустил взгляд. Мальчишка был невероятно талантлив для своего возраста, но в нем еще теплилась наивная привязанность к жизни.

– Тебя что-то беспокоит, ученик? – спросил я, выходя из ванны и набрасывая черный халат, расшитый рунами защиты.

– Нет, учитель, – слишком поспешно ответил Давин, и я понял, что он лжет.

Подойдя ближе, я положил руку ему на плечо. Мальчик вздрогнул, но не отстранился.

– Что мы знаем о смерти, Давин?

Он сглотнул.

– Смерть – не конец, учитель. Только переход. Но…

– Это значит, – спокойно перебил я, – что те, кто падет под нашими мечами, обретут новую цель, новый смысл существования. Разве это не милосерднее, чем оставлять их в невежестве и страхе?

– Но они не выбирали этот путь, учитель, – тихо произнес Давин, и в его словах я услышал отголоски собственных сомнений, терзавших меня много лет назад.

Отойдя к столу с разложенными на нем картами и свитками, я задумчиво остановился. Дэмпир был важным рубежом, но лишь ступенькой к главной цели – столице империи.

– Выбор – иллюзия, мой мальчик, – сказал я, разворачивая подробную карту захваченных территорий. – Живые верят, что свободны в своих решениях, но на самом деле все мы следуем предначертанному пути. Разница между мной и остальными лишь в том, что я это осознаю и использую.

– Кто же начертал этот путь, учитель? – спросил он, и в его голосе прозвучало искреннее желание понять.

Не ответив, я жестом отпустил его и подошел к окну. За стеклом простиралась мертвая пустошь – когда-то плодородные земли теперь служили тренировочным полигоном для армии некромантов. Сотни фигур двигались в идеальном порядке, выполняя команды лейтенантов.

Я наблюдал за этой мрачной хореографией с чувством, похожим на гордость. Некроманты не знают усталости, страха или сомнений. Они просто выполняют приказы – в этом их совершенство и их проклятие.

Иногда я завидовал такой примитивности существования. Но если задуматься… меня вполне устраивала роль того, кто приказывает.

Глава 10. Аниса

Когда приказом гасят свет – не гаснут звезды, лишь тени делаются длинней. Кто меч избрал, тому уже не спится – сталь холодней пылающих огней. И коли сердце молит о пощаде,