понимали, что призваны оберегать меня, а не бесить. Это было завораживающе. Где-то далеко под ногами плескалось море, скалы и груды камней казались игрушечными. Бирюзовая даль уходила за горизонт. Слева вздымались неприступные скалы, справа виднелся кусочек Кармелло, пристань с яхтами. Снующие по морю суденышки казались микроскопическими. Усиливался ветер, но я не обращала на него внимания. В таких местах забываешь обо всем, по крайней мере о многом. Я простояла минут восемь, вцепившись в ограждение. Голова уже не кружилась, и картинка внизу стала казаться нарисованной. Не двигались даже суденышки — словно срочно встали на якорь…

Пришло время возвращаться. Перед смертью не надышишься. С Харви Слейтером лучше не ссориться. Я пересекла площадку, поднялась по ступеням. Движение на дороге почти отсутствовало. В направлении Кармелло проследовал минивэн, исчез за поворотом. Охранники терпели — им было без разницы, где выполнять свою работу.

Грянь гром — я бы меньше удивилась! Образовался шум, из-за поворота со стороны Кармелло возник неповоротливый фургон — вроде тех, на которых развозят продукты для крупных магазинов. Никого это не смутило, только шум раздражал. Грузовик вписался в поворот, водитель стал разгоняться на прямом отрезке дороги. И вдруг резко затормозил, стал выкручивать баранку вправо! Скрежетали тормоза, кузов занесло, и стальная махина перекрыла всю проезжую часть, заслонила мою машинку, внедорожник с охраной. Я застыла с открытым ртом: что за новости? Да и куда бы я побежала? Распахнулась водительская дверь, из кабины вывалился субъект в надвинутой на глаза бейсболке и бросился прыжками через дорогу. В скалах чернела расщелина, заросшая кустарником. Он нырнул в эти дебри и пропал. Встревоженно перекликались агенты, которых я не видела. Все происходило стремительно. С обратной стороны подкатил невзрачный серый джип с дребезжащим багажником на крыше, чуть не ткнулся в кузов фургона. Выскочили двое в масках, бросились ко мне. Я заверещала от страха. Бежать было некуда, разве что назад на смотровую площадку да кубарем вниз… Видит бог, я так бы и сделала, вот только впала в ступор. Они набросились на меня, страшные, мускулистые, с закрытыми лицами. Один схватил за руку. Я дернулась, продолжая орать, вернулась способность сопротивляться. Второй ударил наотмашь по макушке — и голова загудела, как старый чугунный котел. Подкосились ноги. Я подавилась собственным криком, стала задыхаться. Как у Высоцкого: «меня схватили за бока два здоровенных мужика» — потащили на дорогу. Я, кажется, выронила сумочку. Пока эти двое меня уламывали, джип развернулся. Один схватил меня за шею, другой за ноги, я пулей влетела на заднее сиденье, ударилась головой. Сознание я, в принципе, не теряла, хотя и творилось в голове не пойми что. Голова распухла от нехватки кислорода. Один из этих бандитов втискивался вслед за мной, чуть не оседлал. Ногу сводила судорога. Второй запрыгнул на сиденье рядом с водителем. Машина дернулась, рванула с места преступления. Я от страха практически не соображала. Хороши же мои охранники, за что им деньги платят! Машину болтало из стороны в сторону, водитель яростно сигналил. Видимо, кто-то ехал навстречу. Трое в салоне дико ругались на английском языке. Это были никакие не работники спецслужб! Обычная шпана, которой хватает в любом уголке мира. Но сработали ловко. Машина неслась, как на гоночном треке. Голова трещала, судорога сводила ногу. Я делала попытку вытащить ее из зажима, но только получила кулаком в бок. Да так сильно, что слезы брызнули из глаз.

— Лежи, сука! — зарычал человек в маске. Он склонился надо мной, глаза метали молнии. Я видела только глаза — большие, с выпуклыми белками. Еще рот, набитый белоснежными, хотя и не совсем ровными зубами. Чернокожий? — мелькнула мысль.

— Что вы делаете? — пискнула я. — Что я вам… — Неужели на русский перешла? Хоть убей, не помню.

— Молчи, сука! — взревел этот джентльмен, и я снова получила — на этот раз в живот.

Боль скрутила. Когда я Юленьку рожала, меньше мучилась! Кашель душил, я царапала ногтями ободранную обшивку. Бандиты о чем-то переговаривались, но я же не понимала. Вряд ли хотели меня убить — давно бы это сделали. Машина вдруг резко повернула налево. Вилла, где я проживала, осталась в стороне. До нее даже не доехали. А возможно, это была совсем другая дорога. Ветки царапали борт. Поначалу ехали сравнительно ровно, потом начались ухабы и крутые виражи. Машину подбрасывало, скрипели рессоры. За окном мелькали деревья, завихрения вьюна. Из ругани похитителей явствовало, что они заблудились — не туда свернули. Машину жестко тряхнуло, я взвыла от вспарывающей боли. Мужчины галдели, как сороки. Доставалось водителю. Я пришла в чувство, но, увы, ненадолго. Неумеха за рулем резко затормозил, похитители посыпались кто куда. Голова провалилась в пространство между сиденьями. Машина встала, двигатель заглох. Я плохо ориентировалась в происходящем, кровь приливала к голове. Меня вытаскивали за ноги, я брыкалась, за что получала отдельно. Хорошо, что надела джинсы и кроссовки, иначе сгорела бы от стыда перед приличной публикой…

Во все стороны простирались глухие джунгли. Лесная дорога в этом месте обрывалась. Когда-то тянулась дальше, но переломанное дерево закрыло проезд. Орали луженые глотки, крутили перед носом пистолетами. Я вспотела от страха. Чего хотели-то? Один убрал за пояс пистолет, вооружился широким увесистым ножом и стал рубить ветки, пошел вперед. Меня подхватили за локти, поволокли следом. Видно, им что-то не нравилось, я постоянно получала затрещины. Ветки царапали руки, что-то острое полоснуло по щеке. Помимо прочих удовольствий, мы поднимались в гору. Этот ужас продолжался недолго, заросли оборвались, и подъем закончился. Меня поволокли по разреженному лесу, награждали тычками. Это были те еще знатоки галантного обхождения с дамами…

Я сообразила, что буду меньше получать, если побегу самостоятельно. И неплохо бы включить голову — или что там от нее осталось. Я усердно перебирала ногами, и агрессивность заметно спала. Мелькали канавы, какие-то змеиные ямы, почва проседала под ногами, как в болоте. Но откуда болото на вершине холма? «Думай, думай, — твердила я себе. — Тебя похитили, при этом ценности ты не представляешь, но нужна живой… Для чего? Ясное дело, для воздействия на Уланова, на кого же еще? Эти упыри не работают на ФБР, с какой стати? На советскую разведку тоже не похоже — или я перестаю что-то понимать в создавшейся ситуации…» Нить мысли ускользала, я провалилась в яму, откуда меня с руганью извлекали. Снова гнали, я переставляла деревянные ноги. Бандит, возглавляющий шествие, радостно закричал: впереди асфальтовая дорога! Остановить машину, водителя к праотцам — и валить отсюда к хозяину!

Я тут же провалилась в