Проехать мимо причалов я просто не могла. Море звало. Откуда во мне такое? В прошлой жизни рыбачила на сейнере?

Перед причалами находилась просторная открытая стоянка. За бревенчатым настилом покачивались яхты с катерами. Море сегодня волновалось — но незначительно. На причале играла музыка, хохотали женщины на капитанском мостике внушительной посудины. Я хотела пройтись по причалу, присмотреться, может, прицениться. Спешить было некуда, а возвращаться на виллу страшно не хотелось.

Рядом встал какой-то черный, побитый жизнью универсал с эмблемой «Форда» на капоте. Выбрался взъерошенный мужчина лет сорока, открыл багажник, стал выгружать картонные коробки. Вышла спутница — миловидная, года на четыре моложе, но такая же взъерошенная. Видимо, сиеста только что закончилась. Мужчина выгрузил из багажника несколько коробок, запер его на ключ. Поставил три коробки друг на дружку, поднял и понес к причалу. От спутницы требовалось то же самое. Она построила такую же горку, подняла и понесла. Вспомнилась русская поговорка: «Я и лошадь, я и бык, я и баба, и мужик». Видимо, не только русские женщины коня на скаку и далее по тексту. Но далеко свою ношу она не унесла. Соскользнула верхняя коробка, женщина ойкнула, присела, но спасти положение уже не могла. В коробке было что-то стеклянное. Я оказалась рядом, подхватила коробку. Ничего страшного не произошло. Спутник дамы уже дошел до причала, озирался. Напряглась и занервничала моя персональная охрана.

— Фу, спасибо вам… — с облегчением вымолвила американка. — Ставьте коробку сверху, попробую еще раз.

— И точно уроните, — уверила я. — Давайте помогу, мне не сложно. Идите, я за вами. Далеко нести?

— Нет, что вы, совсем рядом, — американка заулыбалась. — По лестнице подняться на причал, а там до «Арабеллы» два шага.

Тащить коробку было неудобно. Но раз уж взялась за гуж… Мы забрались на причал, прошли метров тридцать по дощатому настилу. Представляю, какая паника царила в рядах моих сопровождающих.

— Ставьте здесь, — просипела случайная знакомая.

Я поставила. Через борт небольшой яхты перебирался тот самый взъерошенный мужик, бросился к нам, перехватил коробки у своей спутницы.

— Диана, какая ты неловкая! — вскричал он. — Стекло обязательно было ставить сверху?

— То есть это я виновата? — возмутилась особа. — Сам тоже головой иногда думай. Мог бы предупредить. Если бы не эта любезная незнакомка, от твоего виски за двадцать долларов только запах бы остался!

— Ладно, никто не виноват, — мужчина заулыбался, протянул руку. — Спасибо, мэм, вы так вовремя оказались рядом. Бенджамин Харрис. Можно Бен. Мы из Оклахомы. Сюда приезжаем каждый год в апреле, снимаем домик, арендуем яхту. Моя жена Диана.

— Хоть не забыл, — проворчала спутница и тоже протянула руку. Видно, это было нормой — здороваться за руку со всеми подряд.

— Софи, — представилась я. — Просто Софи. О, это ваша арендованная яхта? — Я с любопытством уставилась на пришвартованную посудину. Впечатления миллионеров эти двое не производили (особенно машина). Но яхта была немаленькая. Высокая надстройка с капитанским мостиком, палуба спереди, палуба сзади. Но если присмотреться — судно старенькое, борта обшарпаны, видна ржавчина. Вряд ли аренда «Арабеллы» стоила бешеных денег. Вполне по плечу рядовым американцам — если год копить.

— Ну, не самый комфортабельный лайнер, но нас устраивает, — засмеялся Бен. — Не любим без дела валяться на пляже, предпочитаем активный отдых. Я удочки забрасываю, иногда тунца могу вытащить. Диана на палубе загорает, ворчит на меня. Нам нравится. На день на два уходим, потом возвращаемся в Кармелло, можем на пляж сбегать, по ресторанам пройтись. Можем до Гризго на яхте дойти — это городок милях в восьми к западу.

— Завидую вам, — восхитилась я. — Лучший в мире отдых. Тоже бы яхту арендовала, да вот не знаю — сложно все…

— А по нам очень просто, — засмеялся Бен.

Его супруга оказалась наблюдательнее, помалкивала. На лицах агентов ФБР было явственно написано, кто они такие. Они приблизились, на причал не поднимались, но находились рядом.

— А вот эти неразговорчивые мужчины… — начала с опаской Диана.

— Это со мной, — вздохнула я. — Не обращайте внимания. Угораздило же родиться дочерью миллионера…

— Ничего себе, — присвистнул Бен. — А мы так беззастенчиво эксплуатируем ваш труд, Софи. Просим прощения. И от души сочувствуем. Нелегко, наверное, быть дочерью миллионера?

— Удовольствие среднее, — согласилась я. — Туда не ходи, этого не делай.

— Вы не из Лондона? — спросила Диана.

— С чего вы так решили?

— Не знаю, — она замялась. — Английский язык у вас какой-то… правильный, что ли. У нас так не говорят.

— Примерно оттуда, — подтвердила я. — Спасибо вам большое за общение. Так приятно поговорить с обычными людьми. Может, еще увидимся.

— Присоединяйтесь к нам как-нибудь, — улыбнулась Диана. — Нет, серьезно, при желании всегда нас найдете. Место у причала также арендовано. Покатаем вас по морю и даже денег не возьмем. И этих с собой берите. — Она опасливо покосилась через плечо.

— Этих можно и не брать. — Бен понизил голос и проглотил смешинку. — Мы серьезно, Софи, будем рады вас видеть. Жалко вас стало, вы так грустно смотрите на мир…

Мы расстались почти друзьями. Агенты помалкивали. Поели — настроение поднялось. Третий сотрудник — с фамилией, если не ошибаюсь, Моретти — что-то записывал в блокнот. Об этом я, увы, не подумала. Бедные Харрисы, их будут проверять на предмет сотрудничества с советской разведкой…

В целом я осталась довольна поездкой. Приятная усталость расползалась по телу. «Марик» дружелюбно завелся, двигатель работал без посторонних шумов. Минут через десять я выехала за пределы городка, стала взбираться на гору. Оборвались строения, пошла природа. Солнце давно миновало зенит, светило в затылок. Трасса тянулась вдоль кручи. Я уже не боялась, ехала с выверенной скоростью, позволяя лихачам себя обгонять. Поднявшись на гору, я с удивлением обнаружила, что смотровая площадка сегодня пуста. Как и стоянка для туристических автобусов. Поколебавшись, я снизила скорость, сдала к обочине. Мысль о том, что через пять минут я буду на вилле, решительно не нравилась. Я еще не надышалась воздухом свободы. Несколько минут ковырялась в сумочке, отыскала на дне зеркало, все необходимое. В сумочке царил несусветный кавардак. Проще генеральную уборку в квартире провести, чем в женских вещах. Я подвела ресницы, губы — вдруг кто-нибудь появится, а я не накрашена?

Джип с моими друзьями тоже съехал на обочину и встал вплотную. Я успешно училась не обращать на них внимания. Да парни и не отличались большой вредностью. Помахивая сумочкой, я отправилась на смотровую. Она висела на краю утеса, вдающегося в бездну. Все было предельно безопасно, но голова закружилась. Я спустилась со ступенек на площадку, подошла к заграждению. Охрана осталась в машине. Эти люди