class="p1">Отойдя подальше от библиотеки, он достал мобильный телефон и набрал номер.

— Да? — ответил взволнованный голос.

— Ничего не вышло, — прошептал Криппа. — Он стал совсем неуправляемым.

ГЛАВА 24

Марцио нуждался в чем-то куда более крепком, чем пиво, которое потягивал, но он не мог себе позволить лишиться ясности рассудка.

Патрисия пришла к нему на встречу в паб «Феникс» — уютное местечко на улице Санта-Маргерита, где пару вечеров в неделю они позволяли себе выпить несколько пинт пива после работы. Сегодня, однако, атмосфера была далека от привычной.

Она нашла его за отдельным столиком в углу, в окружении акустических и электрических гитар, развешанных по стенам. Она даже не сняла пальто.

— Что тебе взять? — спросил он.

— Зависит от того, сколько продлится этот разговор. Возможно, он будет слишком коротким, чтобы что-то заказывать.

— Ну ладно, Патрисия. Это не тот случай, чтобы…

— Что ты хочешь? — надавила она.

— Попросить у тебя прощения и…

— Обычно, когда человек просит прощения, он смотрит другому человеку в глаза.

Монтекристо последовал этой «подсказке».

— Я хотел извиниться. Я был идиотом. Я принял предложение Польпичеллы. Я отправлюсь в круиз с кошками.

— Тем лучше для тебя.

— Это все? — спросил он ошарашенно.

— Что ты хочешь, чтобы я сказала? При чем здесь я? — Девушка пожала плечами.

— Как при чем… Давай просто сделаем вид, что того, что произошло сегодня утром, никогда не…

— Забудь об этом.

— В каком смысле?

— В том смысле, что все останется так, как есть. Я не вернусь.

Марцио чуть не лишился чувств.

— Но… почему?

— Потому что я не могу так работать. Не могу полностью доверить свою жизнь воле случая. Мне нужна уверенность, а книжный магазин не может дать никаких гарантий. Ты не можешь дать мне никаких гарантий, только ненадежность.

Монтекристо опустил глаза и глубоко вздохнул, стараясь сдержать напряжение. Он сосредоточился на голосе блюзового исполнителя Джонатана Роя, который из динамиков паба пел прекрасную песню «В ожидании звонка». Музыка помогла ему расслабиться и привести мысли в порядок.

Он поднял взгляд.

— Я понял. Что ты хочешь, чтобы вернуться?

— Я хочу стать партнером. Быть на равных. И все решения принимать вместе. Все.

Марцио рассмеялся.

— Я настоятельно не рекомендую тебе…

— И еще я хочу, чтобы ты прошел курс управления гневом.

— Ага, конечно. Мне только этого не хватало, чтобы…

— Это мои условия. Соглашайся или прощай.

— Ты серьезно?

Вместо ответа Патрисия встала и сделала несколько шагов в сторону выхода.

— Подожди, подожди! — позвал ее бывший работодатель. — Вернись. Я согласен. Чтоб мне провалиться.

— Согласен? — переспросила она его, но не села.

Монтекристо кивнул.

— Я сделаю тебя партнером на пятьдесят процентов и пройду этот проклятый курс.

Девушка сняла верхнюю одежду и протянула ему правую руку.

Марцио посмотрел на ладонь, словно она была пропитана ядом, но затем скрепя сердце пожал ее.

— Мы партнеры? — попросила подтверждения помощница.

— Партнеры, — заявил он.

Подошла молодая официантка, сияющая блондинка.

— Это улыбка женщины, которая только что получила то, что хотела, — сказала она, указывая кивком головы на Патрисию.

— Еще как.

— Смиритесь. Женщины всегда получают то, что хотят, — сказала девушка книготорговцу.

— Я заметил, — пробормотал Марцио.

— Что вам принести?

— Два бокала шампанского. Мы должны отметить новый союз.

— Сейчас принесу, — сказала официантка, принимая заказ.

Патрисия откинулась на спинку стула.

— Когда вернешься из круиза, пойдем к нотариусу и все четко пропишем, хорошо?

— Хорошо. Кстати, насчет круиза: я попросил Жизу помогать тебе в магазине.

— Жизу? Зачем? В магазине было недостаточно черного цвета? — спросила девушка.

— Скажи одну вещь: партнеры могут на равных посылать друг друга в зад, верно? Меня больше не смогут обвинить в моббинге?[30]

— Мне будет интересно поработать с Жизой. Тем более что она гораздо лучше меня разбирается в детективах.

— Мне стоит беспокоиться?

— В каком смысле?

— В смысле, когда вернусь, не окажется ли, что магазин резко сменил курс в сторону ярко-розового?

— Очень может быть, — пошутила она.

— Хорошенькое дело…

— Будь спокоен. Я уверена, что для «Черных котов» наступает новая эра. Лучше смотри не натвори дел там, на этом корабле.

Марцио провел рукой по своим спутанным волосам.

— Я настолько невезучий, что, как только я поднимусь на борт, кто-нибудь умрет. Гарантирую.

— Прекрати. Вот увидишь, наоборот, тебе будет весело.

— Конечно. Прямо до смерти.

Официантка вернулась с бокалами шампанского. Марцио и Патрисия подняли их, чтобы выпить за успех созданной ими компании.

ГЛАВА 25

Он ждал ее в заведении, которое жители Кальяри с любовью называли «Швейцарским кафе». Оно открылось всего несколько месяцев назад после капитального ремонта. Из рекламного проспекта, который читал Аристид, следовало, что речь идет об элегантном заведении, открытом в конце девятнадцатого века на первом этаже исторического здания Палаццо Аккардо, на углу Ларго Карло Феличе и Виа Криспи, в нескольких десятках метров от порта. Едва переступив порог, Аристид почувствовал, что попал в изысканный венский салон позапрошлого столетия. Из окна он видел жакаранды у бара и неторопливо идущих, как всегда по утрам, людей. Он занял столик, откуда мог наблюдать за главным входом в надежде, что Марина сдержит свое обещание.

Он заказал двойной эспрессо и теперь потягивал его, наслаждаясь свинговыми нотами мелодии Someday Sweetheart группы Charleston Chasers, игравшей в двадцатых годах прошлого века.

Когда десять минут спустя Марина Бентивольо появилась в кафе, оглядываясь в поисках писателя, его сердце пропустило удар. Он встал, и она направилась ему навстречу, а затем обняла.

— Ты один? — спросила женщина, глядя на него с любопытством и тревогой одновременно.

— Да-да. Остальная часть группы уже на корабле. Нам разрешили подняться на борт на несколько дней раньше, чтобы мы могли обустроиться и убедиться, что все идет как надо. Сегодняшнюю ночь я провел там. Это очень впечатляющий опыт. Уверен, тебе понравится.

Аристид учтиво помог ей снять элегантное пальто, затем они сели, все еще не веря в то, что сидят здесь, за этим столиком, в этот самый момент.

— Значит, ты действительно решился на это безумие, — сказала она, касаясь его руки с невинной лаской.

— То же самое я могу сказать о тебе, — заметил Галеаццо.

— Я не могла тебя разочаровать.

— Спасибо огромное. Ты даже не представляешь, как много это значит для меня.

— Как продвигается книга?

Аристид вскинул брови и открыл изящный замшевый кисет. Он достал трубку и увлажнитель табака в жестяной коробке. Набивал трубку он молча, словно взвешивая вопрос возлюбленной.

— Слушай, я не хочу показаться ни эгоцентриком, ни мегаломаном, но я считаю, что этот роман — лучший из всех, что я до сих пор написал. Возможно, потому, что я набрался смелости покончить с Брицци. Наверное, это и дало мне больше поэтического вдохновения.

— Мне не терпится его прочесть, — сказала Марина.

Он ответил ей кривой улыбкой, но в глазах его на мгновенье вспыхнул огонек грусти и сразу погас. Нечто такое, что Марина не могла расшифровать, но что оставило в ней глубокое чувство беспокойства.

После того как она позавтракала, Аристид оплатил счет и помог ей одеться.

— Ты не против, если мы прогуляемся?

— Конечно.

Марина взяла его под руку. Стояло ясное средиземноморское утро, солнце ласкало фасады зданий, а воздух пах солью и кофе. Но беспокойство не проходило. Это было едва уловимое навязчивое ощущение, словно охватившее ее предчувствие.

Аристид казался спокойным. Даже больше: он просто сгорал от любопытства и интереса к каждой детали по мере того, как его глаза