— А ты три года делаешь вид, что не знаешь меня! — дошла очередь до жениха. — Вам даже делить нечего! Разойдитесь!

Северянин был готов подчиниться, но Чейс от злости сравнил Шарлотту с вещью, и здравый смысл вновь приказал долго жить.

Конфликт вышел скверный. У обоих от ярости потухло сознание, и в дело пошла стихия. Разнял их декан факультета высшей магии, а потом, упражняясь в сарказме и остроумии, устроил разнос в своем кабинете за плотно закрытой дверью.

Ноэль впервые в жизни наблюдал за схваткой двух одинаково высокомерных людей. В смысле, Шарлотты Тэйр и декана Киара Рэнсвода. Когда с ледяным выражением лица, сама похожая на осколок айсберга, она покинула кабинет, абсолютно все осознали, что в надменности маленькая аристократка уела главу факультета.

— Ты помолвлен с ней? — обратился тот к Алексу.

— Да, — нехотя отозвался тот.

— Повезло, — усмехнулся Рэнсвод.

Вообще, Ноэль не мог говорить за «королеву драмы», но для него самого это тихое «повезло» было хуже удара кулаком в живот.

После кратких объяснений подоспевший на разбор полетов Чи, как лакей, открыл перед Ноэлем дверь и с неприятной улыбкой кивнул, демонстрируя почти неприличное уважение:

— Маэтр Коэн? Только после вас.

Он специально подчеркнул принадлежность наследника к аристократии, словно намекнув, что в двадцать три года, когда парни обязаны взрослеть, у Ноэля случился новый подростковый бунт. Этакое взросление наоборот.

Куратор ошибался. Просто с Чарли Тэйр наследник древней династии превратился в буйного неврастеника. Травок, что ли, попить для душевного спокойствия?

— Чи, ты знаешь хорошее успокоительное? — вырвалось у него.

— Розги, — с непроницаемым видом отозвался магистр и немедленно добавил с мстительным сволочизмом: — Я буду вынужден написать маэтру переводчику и об этом инциденте тоже.

— Тогда припиши в конце, что я защищал доброе имя его будущей невестки. Дед оценит.

Он пытался найти Чарли, но экзамен закончился, и она, по всей видимости, вернулась в пансион. Если вспомнить, с каким каменным лицом она покидала кабинет декана, становилось очевидным: сегодня его не хотели видеть, как, впрочем, и разговаривать. Может быть, и не только сегодня.

В середине тусклого, невыразительного дня пришло письмо от деда. Старик тонко намекнул, что на каникулы Ноэля больше не ждут. Видимо, куратор успел рассказать об «успехах» подопечного.

— Ты знаешь, мать всегда рада, когда ты к нам приезжаешь, — напомнил Эйнар, когда, вымотавшись после жесткой тренировки, они сидели на низкой скамье и прихлебывали из термосов неразбавленный сок из растения аскаром.

Колючие кусты аскарома росли высоко в горах. Из чернильных мясистых ягод варили терпкий, вяжущий напиток, повышающий уровень магии в крови. Шай-эрцы предпочитали сок, разбавленный водой или травяными эликсирами, но Ноэлю не хватало крепости. Аскаром он хлебал в натуральном виде. Не шарики галькоу, конечно, но, как говорят на побережье северного моря: на безрыбье и ледяной кальмар тоже рыба.

— Я останусь в Шай-Эре, — отказался Ноэль, подчиняясь решению деда. В конечном итоге старик успокоится и сам попросит его приехать.

— Не хочешь встречаться с Айрис? — подшутил Эйнар.

В прошлом году его младшая сестра с нахальством избалованного ребенка на семейном банкете на пятьдесят человек заявила, что застолбила наследника Коэнов, и теперь никто не смеет к нему приближаться.

— Эй, друзья маэтры! Вы решили тренироваться до потери сознания? — Звонкий голос Рэдмин, стоящей на балконе, разнесся по гулкому залу и отразился от толстых стен. — Я принесла вам перекус.

Она помахала бумажным пакетом.

Рэдмин тоже полагала, что застолбила Ноэля, но пока не понимала, как на этот самый «столб» водрузить знамя.

— Шай-эрские мясные пирожки, — объявила девушка, спустившись к друзьям.

Эйнар забрал промасленный пакет, заглянул внутрь. В воздухе разнесся острый запах местных пряностей. Пирожки из жидкого теста, отдаленно напоминающие слоеные лепешки из Норсента, жарили прямо в больших чанах, заполненных кипящим маслом. Шай-эрцы обожали собственную кухню, без преувеличений считали ее национальным достоянием, и вокруг маленьких тележек-едален всегда толпился народ. Но из-за остроты и пряности Ноэль так и не проникся местной едой, особенно уличной.

— Не ешь все, оставь Коэну! — немедленно оговорила Рэдмин приятеля, не успевшего запустить в пакет руку.

— Слишком остро, — отказался Ноэль и, сделав последний глоток кисловатого напитка, закрутил крышку.

— Ты выглядишь подавленным, — заметила подруга. — Вы с ней все-таки поссорились?

— С кем?

— С Шарлоттой Тэйр. — Начиная осознавать, что ляпнула лишнее, Мина испуганно покосилась на Эйнара и уточнила: — Она приходила днем. Эйнар тебе не сказал?

— Приходила? — медленно повторил Ноэль, пытаясь схватить и не отпускать пронизывающую мысль, что Чарли его действительно искала.

Не говоря больше ни слова, он поднялся со скамьи и схватил сумку.

— Я решил, что тебе нужна пауза, — немедленно принялся оправдываться лучший друг. — Из-за нее у тебя и так куча проблем.

— Эйнар! — перебил он Риона, и тот мгновенно замолчал, осознавая, что напортачил. — Заткни рот едой.

Где находится пансион мадам Прудо, подсказал возница. Прежде чем постучать молоточком в двери трехэтажного особняка с бронзовой табличкой, утверждавшей, что поздний гость не ошибся адресом, Ноэль перевел дыхание. Впервые в жизни он нервничал перед встречей с девушкой.

Открыла горничная.

— Я к Шарлотте Тэйр, — после короткого приветствия пояснил он.

Гостя впустили в уютный холл, озаренный теплым желтым светом магических ламп. Из дверей гостиной немедленно показалось несколько девчонок.

Ситуация сложилась нелепая до абсурда. Если он и попадал в женские пансионы, то обычно его не встречала толпа хихикающих, любопытных девушек. Он проводил ночь с подругой и тихо уходил, никогда не встречаясь ни со слугами, ни с другими жиличками.

— Добрый вечер, — чувствуя себя по-дурацки и несколько опешив от приема, поздоровался он.

— Северянин, да? Тот самый северянин! — шептал кто-то из глубины гостиной, безрезультатно пытаясь пробиться через забор из товарок и поглазеть на гостя.

— А вы к кому? — спросила та, что, видимо, была побойчее.

— Он к Чарли, — толкнули ее в плечо.

— Ох, ясно. — Она чопорно кивнула. — Хорошо пообщаться.

Дверь в гостиную закрылась, но не слишком плотно. Ноэль слышал, как девушки переговаривались, подглядывая в щелку, и умирали от любопытства, что же будет дальше.

Он и сам хотел бы знать наверняка, что не получит пинок под зад из этого теплого холла в старом особняке. Может, Чарли его искала, чтобы потребовать никогда к ней не приближаться, да и попросту забыть ее имя.

Наконец она появилась на лестнице. В скромном платье, с волосами, заплетенными в косу, простая и по-домашнему милая, Шарлотта казалась почти незнакомкой. При взгляде на северянина, словно запнувшись, она на мгновение замерла. В лице калейдоскопом менялись эмоции: растерянность, удивление. Ноэль ждал, что вот-вот появится знакомое высокомерие, но