Молли от волнения покрылась красными пятнами. В руках она держала большую сине-белую китайскую вазу, и не просто держала, а всячески тыкала ею в Бомфорда, который при каждой ее попытке поднести вазу к его носу пятился и кривился все больше.

– Кроме того, тетушка Сесиль жаловалась, что у нее на кухне исчезают продукты! Говорю вам, в доме творится настоящая чертовщина! Мистер Эйр! – воскликнула Молли, увидев Уинни. – Взгляните и вы!

Уинни покосилась на окно, за которым ярко светило полуденное солнце, прикидывая, успеет ли она сделать задуманное, подошла к горничной и бесстрашно приняла из ее рук тяжелую вазу. Затем она направилась вместе с ношей на свет и заглянула внутрь. Молли затаила дыхание, пока Уинни озадаченно рассматривала нечто, покоящееся на дне сосуда.

– В первый раз вижу такое, – пробормотала Уинни и принюхалась.

– Это проделки дьявола! – торжественно заявила девушка и размашисто перекрестилась. – Это сатана плюнул!

– Это обычная плесень, грибы. Вам следует чаще убираться, – процедил Бомфорд.

– Да я все тут вылизываю чище, чем кошка своих котят! – Покрасневшая от досады Молли ахнула, потому что в этот момент Уинни сунула палец прямо в вазу и как следует поковырялась в почти засохшей массе. – Осторожнее, мистер Эйр! А вдруг она ядовитая?

Но Уинни, игнорируя предостережение, задумчиво поднесла палец к лицу, чтобы исследовать странное доказательство наличия бесовщины в доме.

– Интересно… – пробормотала она и, не говоря больше ни слова, передала вазу обратно горничной, погружаясь в еще большую задумчивость.

– Что это? – сухо осведомился Бомфорд.

Уинни покрутила головой, не поняв, что управляющий поместьем указывает непосредственно на ее оттопыренный карман, откуда высовывается горлышко найденной на чердаке бутылки.

– Вы что, пьете среди бела дня?!

Бомфорд представлял собой саму Немезиду. Он тыкал сухим скрюченным пальцем в бутылку, его лицо выражало высшую степень негодования. Даже кончик носа трясся в праведном гневе.

– Нет, разумеется! Я нашел это… у себя в комнате! – возмутилась Уинни, в последний момент решив скрыть факт того, что она занималась обыском чердака.

Тем более что только что найденная бутылка не особо отличалась от той, которая и правда была обнаружена в ее комнате.

Так как больше скрывать находку не имело смысла, Уинни вытащила ее наружу. Бомфорд еще больше нахмурился, а Молли пискнула.

– Что это?

– Это колдовство! Джеймс, кто-то навел на вас порчу! Вот почему вы так плохо себя чувствовали! Я знаю такие вещи! В деревне, откуда я родом, была одна ведьма! Она делала такие же штуки! Готова поспорить, внутри – клок ваших волос или ногти!

– Дайте сюда.

Голос графа заставил всех расступиться. Даже открывший рот Бомфорд замолчал и выжидательно замер у окна. Лорд Флетчер, появившийся из ниоткуда, взял бутылку из рук Уинни и отрывисто бросил ей:

– Следуйте за мной.

Уинни тяжело вздохнула и, проскользнув мимо Молли и Бомфорда, потрусила за графом по коридору в сторону его кабинета.

Лорд Флетчер гостеприимно распахнул перед ней дверь, пропуская вперед, а затем с грохотом захлопнул ее. Конфискованную бутыль он поставил на свой стол и медленно опустился в кресло, складывая вместе кончики пальцев.

– Почему там, где вы, всегда какой-то переполох? – спросил он наконец.

В его голосе не было раздражения или гнева. Только неприкрытый интерес.

– Я?! – искренне возмутилась Уинни.

– Ну не я же, – усмехнулся граф. – С вами может соперничать только Лилу.

Уинни открыла рот, но потом махнула рукой и склонила голову. В словах лорда Флетчера была доля правды.

– Вы тоже верите, что в поместье творится неладное? – полюбопытствовал граф, кидая взгляд на бутылку.

– Я не люблю делать поспешные выводы, не разобравшись как следует в проблеме, – уклончиво ответила Уинни, памятуя о странных находках.

Лорд Флетчер тем временем взял бутылку со стола и стал изучать ее содержимое на просвет.

– Надо же… Тут действительно плавает какая-то дрянь. У вас есть враги, которые желали бы вам зла?

– Я больше чем уверен, что бутылка пролежала в тайнике несколько лет. Так что логичнее предположить, что она была уготована тому, кто жил в этой комнате до меня. Вы, кстати, не в курсе, кто это был?

Лорд Флетчер вскинул брови и отрицательно помотал головой:

– Боюсь, я не так хорошо знаком с расселением слуг. Зато я знаю того, кто должен быть в курсе.

С этими словами граф не глядя протянул руку и дернул за бархатный шнур, хитро спрятанный за портьерой. Буквально через несколько секунд дверь кабинета распахнулась, являя как всегда официального и полного достоинства Бомфорда. Скорость, с которой управляющий появился в кабинете, говорила только об одном: старик занимался в коридоре тем же, чем не так давно были увлечены Уинни с Лилу, а именно – подслушиванием. Однако граф, кажется, ничего не заметил.

– Бомфорд, – обратился он к управляющему, все так же разглядывая бутылку на свет, – кто ранее жил в комнате, которую сейчас занимает мистер Эйр?

– Мистер Роуни, милорд, – без запинки отрапортовал управляющий. – Гилберт Роуни.

– Роуни… Роуни… – забормотал лорд Флетчер.

– Лакей, – спокойно подсказал Бомфорд.

– Ах да. Кажется, припоминаю. – Лорд Флетчер кивнул, возвращая бутылку на стол. – И что с ним стало?

– Собственно, ничего, милорд, – все так же бесстрастно доложил Бомфорд. – Он уволился после вашего отъезда.

– А где он теперь? – не выдержала Уинни, заслужив тем самым недовольный взгляд Бомфорда.

Тот пожевал губами, но все же ответил, тем более что лорд Флетчер тоже смотрел на него выжидательно.

– Понятия не имею, – процедил он. – Возможно, живет в деревне. Но тип он премерзкий. Не удивлюсь, если он кому-то насолил, и ему решили подкинуть такой подарочек в комнату. Слуги – народ темный, они верят во всякие суеверия.

На слове «слуги» Бомфорд сделал акцент и бросил красноречивый взгляд на Уинни, подчеркивая тем самым, что эльфийка и сама небольшого ума.

– А что именно в нем было неприятное? – допытывалась Уинни, полагая, что, в сущности, Бомфорду неприятны все вокруг – кроме лорда Флетчера, естественно.

Лицо управляющего стало еще кислее. Он испытывал адские муки, вынужденный отвечать на вопросы Уинни. Но граф не прерывал и даже кивнул, поощряя его.

– Смазливый, пронырливый, вечно сует нос не в свое дело.

– Кого-то мне это описание напоминает, – без тени улыбки протянул лорд Флетчер, а Уинни молча вонзила ногти в ладони, придумывая для Бомфорда самую изощренную месть. – Ладно, вы можете идти.

Граф изящным жестом руки показал на дверь, давая понять, что разговор на этом окончен. Бомфорд с достоинством поклонился и направился к выходу, но вот Уинни продолжала стоять на своем месте, даже несмотря на то, что граф уже придвинул к себе стопку бумаг