ранее, – заполняет форму зала. При создании этого и соседнего пространства от формального плана музея пришлось отступить, а заодно и отказаться от анфилады симметрично расположенных дверей. Вход в то, что Олденбург называл своим «музеем популярной культуры», располагается в «носу» мыши. Экспонаты без ярлыков, но задокументированы и пронумерованы в инвентарной описи. Они относятся к разным категориям: найденные предметы; найденные предметы, чей создатель известен; исправленные предметы; формы для отливки и экспериментальные модели произведений художника. Особенность этой коллекции, насчитывающей 385 экспонатов, передает короткий фрагмент из каталога:

Самый крупный предмет, длиной около 87 см – надувная нога (музейный инв. № 31), а самый высокий, около 50 см – Этюд скульптуры в форме бутылки для кетчупа, 1966 (музейный инв. № 102). К самым малым предметам относятся крошечный ластик на цепочке, 1971 (музейный инв. № 76) и Пуговицы в форме сигаретной пачки (музейный инв. № 108), каждая по 2 см в длину.[171]

Следующая галерея (Галерея 7) отражает форму, подразумеваемую в ее названии, которое красуется снаружи. Войти в Крыло бластера можно через рукоятку комнаты, имеющей форму пистолета, а выйти – через дуло. Здесь собраны предметы, которые напоминают – очень часто весьма смутно – бластеры. Поэтому преобладают найденные вещи (зачастую мусор), «бластеры», сконструированные другими (как образцы Джима Дайна и «обрезки», скрученные охранниками на Венецианской биеннале), игрушечные бластеры и модели, созданные Олденбургом. Здесь также есть фотографии стационарных «бластеров» (таких, как трещины на полу или царапины на стенах), которые обозначены как «сертифицированные бластеры». Такое некритическое кураторство Музея мыши и Крыла бластеров противоречит отношениям, нередко таинственным, которые исследовал Бротарс, но в музее легко находится место и для того, и для другого. В этом заключается его сила и его слабость.

Дуло пистолета направлено на юг, к Восточному крылу (Галерея 6), ожидающему инсталляции Энди Уорхола. Кураторы музея планируют воспроизвести выставку Налет на холодильник, устроенную Уорхолом в Музее искусств при Школе дизайна штата Род-Айленд в Провиденсе в 1970 году. Уорхолу предложили использовать архивы и запасники музея для создания специальной выставки, которая должна была отправиться в Хьюстон и Новый Орлеан, а затем вернуться в Провиденс. Предполагалось, что он выберет из закромов «лучшее». Однако он отобрал предметы особого рода и попросил выставить их все до единого. Началось с первого его посещения хранилища, когда ему показали шкафы, заполненные обувью. Все они, в том числе и шкафы, попали на выставку точно в таком виде, в каком Уорхол увидел это впервые. Вместо того чтобы выбрать знаменитую мебель или образцовую музейную коллекцию, он решил выставить на полке ряд виндзорских стульев. Тот же принцип отбора был применен к корзинам, зонтикам и шляпным коробкам. Уорхолу показали беспорядочно развешанные на стеллажах картины, которые можно было использовать в экспозиции:

Поначалу Уорхол собирался позаимствовать пять стеллажей с картинами, сгрудить их тестно и перпендикулярно приставить к стене – так, как он их увидел изначально. «Вы не могли бы к ним пройти, но знали бы, что они там. И можно было поставить впереди лучшие. Или я должен просто вытащить знаменитые или ценные картины?»[172]

В конце концов Уорхол выбрал картины, которые потом выставили на проволочных стеллажах, но они были видны благодаря тому, что между ними было оставлено достаточное пространство. В каталоге экспонаты перечислены по типу либо по имени автора в алфавитном порядке, либо по музейному номеру в книге поступлений. «Уорхол сделал уточнение <…> он потребовал, чтобы каждая вещь в каталоге была описана максимально подробно…». Фактически Уорхол вернул выставку «настоящим» кураторам музея в поврежденном виде. Он установил между экспонатами некие подразумеваемые отношения, к которым они должны были применять обычные стандарты своей профессии. Отказавшись от роли знатока, Уорхол в свойственной ему гениальной манере ниспроверг сами понятия коллекция и музея.

Галереи, в которых будет представлена его работа, сегодня закрыты на реконструкцию. Вдоль коридоров расположилась временная выставка Уорхола Капсулы времени, предоставленная Музеем Уорхола в Питтсбурге. Двадцать четвертого мая 1984 года художник записал в дневнике: Я открыл одну из „Капсул Времени“, но каждый раз, когда я это делаю, я совершаю большую ошибку, потому что утаскиваю коробку в заднюю часть офиса и начинаю в ней копаться[173]. Капсулы времени он начал изготавливать, когда переезжал в новый дом в 1974 году. Они стали хранилищем почти всего, что попадалось ему в последующие годы. На письменном столе Уорхола всегда лежала одна открытая капсула, которую он запечатывал и хранил, когда она заполнялась – в итоге он изготовил 600 капсул времени. Вот часть предметов из капсулы № 113:

– Стикер для бампера «Кто такой Джон Голт?»

– Неоткрытый конверт, присланный авиапочтой из лондонского Международного биографического центра

– Оранжевая футболка с черной бархатной надписью «Paris», 100 % хлопок

– Открытка от Франка

– Программа кинопоказа Ранчо делюкс

– Плакат с фотографией преступника в розыске от 7 мая 1975 года

– Постер с фотографиями модели: Джей Джонсон для агентства Zoli Models[174]

В этой Капсуле времени 195 предметов. Помимо капсул, Уорхол собирал альбомы с вырезками и «коробки идей», в которых копился исходный материал для работы на его Фабрике. Он также собрал огромный материал у себя дома (который после его смерти продали с аукциона). Чтобы посетить в следующую галерею, нужно сделать крюк и пройти через Магазин, в который можно попасть и из залов Олденбурга. Коридор, соединяющий галереи Уорхола и Флюксуса, небезопасен, он закрыт до особого распоряжения.

У магазина много функций, порой он сливается с прилегающими галереями. Кроме широкого ассортимента серийных сувениров, реди-мейдов и objets trouvés (как «найденных», так и починенных), в нем хранятся также факсимиле «заряженных» вещей, созданных для «перформанса» Магазин Класа Олденбурга в Нью-Йорке в 1961 году. Поскольку сам художник недоступен, перформансы с определенной периодичностью воспроизводят нанятые актеры[175]. Олденбург говорил: «Эти вещи [заряженные предметы] выставлены в галереях, но это неподходящее место для них. Больше подошел бы магазин…»[176] Инвентарная опись за декабрь 1961 года начиналась с пункта 1: «9.99… свободно… висящий… $399.95» и заканчивалась пунктом 107: «Овальная фотография… свободно… $21.79»[177].

Время от времени в магазине оказываются предметы со штампом «ATTENTION ŒUVRE D’ART DANIEL SPOERRI»[178]. Впервые этот штамп художник использовал в Галерее Адди Кёпке в Копенгагене в 1961 году:

Вход в галерею, заставленный полками, как в продуктовом магазине, являл собой витрину колониальных товаров (конфитюр, пресервы и проч.). Штамп придавал всем этим товарам статус произведений искусства, которые после продавались по своей обычной розничной цене.[179]

Следующие два