Ярость, с которой бойцы Рода рвали передние линии противника, поразила даже Катю.

Сейчас они уже не выглядели просто отрядом, группой или частью войска. Нет. Если называть вещи прямо, то они стали стаей хищным и чудовищно голодных волков, вцепившейся в добычу. Яростной, упрямой, не желающей отпускать. Готовой вгрызаться в цель даже на последнем дыхании.

Катя прекрасно понимала, насколько это опасное состояние.

Строевой бой всё же эффективнее, как и позиционное сражение, но она также видела и другое — пока этот напор даёт результат, вмешиваться нельзя. Не сейчас.

И результат действительно был.

Вражеские бойцы не просто падали — они будто таяли на глазах, осыпаясь вниз мёртвыми телами. То, что когда-то казалось ей почти невозможным, происходило прямо перед ней: бой, где один боец стоил десятка.

Но безумия в этом бое не было.

Бойцы не сошли с ума и не потеряли себя. Просто дали волю тому, что копилось в них всё это время. Ярости за каждого убитого, за смерть товарищей, за страхи родных и их самих… Каждый из них просто хочет жить.

Рывок. Удар. Обход с фланга. Сломанный щит. Смерть. Ещё одна. И ещё. Противники валились один за другим, не успевая осознать, как именно их продавили и как убили, а бойцы уже неслись дальше, сметая новых врагов.

Каждый из бойцов Рода ясно отдавал себе отчёт, что этот день может стать последним… И именно поэтому никто не хотел умирать, как никто и не хотел, чтобы умирали их близкие.

И всё же даже на этом фоне особенно выделялись пятеро. Славка, Гриша, Тина, Аяна и Анатолий.

Именно они держали передний фронт так, будто на них приходилась не часть сражения, а вся его тяжесть. Причём держали не обороной, а прямым пробиванием вражеской линии, тем самым не давая врагам собраться.

Славка и Гриша действовали невероятно грубо, но точно. Их атаки были молниеносными, с огромным расходом энергии, с навалом техник, с прорывом в самую плотную часть вражеского строя. Они не оставляли врагу ни времени, ни пространства. Каждый удар, каждая вспышка молнии буквально заставляли противника отступать. Катя отслеживала их уже не по силуэтам, а по взрывам, разрывам, всполохам энергии и телам, которые оставались после них на земле.

Тина и Аяна сражались иначе. Куда аккуратнее.

Аяна, благодаря своему контролю, работала сразу по множеству целей. Её водные техники шли не в одного врага, а в целые связки, сбивая им ритм, ломая подготовленные удары, перехватывая сразу несколько направлений. Тина действовала примерно так же, только в меньшем масштабе, зато была заметно быстрее. Она словно скользила между врагами, переносясь от одного противника к другому и успевая сражаться сразу с несколькими группами, пока те ещё не понимали, что уже оказались в её зоне.

Анатолий же, как и сама Катя, не рвался на передовую. Он работал иначе. Поддержка, защита, анализ.

Вместе с Катей и ещё несколькими предвысшими мужчина стоял чуть позади, вовремя поднимая каменные стены, закрывая своих щитами, ослабляя напор врагов там, где враг всё же был силён.

Несмотря на то, что у них получалось пробиваться, Катя знала одну простую вещь — так вечно продолжаться не может.

И когда небо над ними вдруг почернело, не от дыма, не от туч, а от техник, девушка поняла, что началось.

Сотни ударов неслись к ним сверху, закрывая собой свет. Одновременно с этим отряды по бокам начали перестраиваться и сжиматься к их клину с флангов.

Враг наконец обратил на них внимание по-настоящему, а их командование так и не предприняло никаких действий.

Теперь они действительно предоставлены сами себе, и если удастся выжить — это будет настоящее чудо.

* * *

В штабе командования Китайской империи стояла напряжённая тишина.

Несколько мрачных мужчин, не отрываясь, смотрели на большой экран, где в реальном времени отображалось сражение. На нём группа вражеских бойцов продолжала держаться, несмотря на то, что на неё наседали со всех сторон.

— Это шутка такая? — со злым предыханием спросил главнокомандующий. — Почему их до сих пор не смели⁇!

Он стоял, чуть подавшись вперёд, и смотрел на экран с таким выражением, будто отказывался принимать увиденное. То, что сначала показалось ему нелепым безумием, небольшой горсткой людей, решивших броситься лбом на целый фронт, теперь уже не выглядело смешно.

Слишком долго они держатся, при этом практически не понеся потерь.

Вначале этот отряд напоминал жалкую мошку, летящую против ураганного ветра. Казалось, ещё немного — и её просто размажет о воздух. Но время шло, а эта «мошка» не только не исчезала, но и продолжала двигаться вперёд, упрямо взмахивая крыльями там, где давно должна была сдохнуть.

Ранее главнокомандующему и в голову не пришло воспринимать их всерьёз. Увидев на этом участке беспорядочное наступление, он почти сразу распорядился стянуть туда несколько дополнительных отрядов, чтобы захлопнуть ловушку и добить наглецов окончательно.

Всё выглядело просто. Но затем пришёл бледный помощник и доложил, что на том участке начались проблемы.

Не у врагов. А у их армии.

Сначала главнокомандующий даже не поверил. Он уже почти успел забыть об этой группе, мысленно записав её в мертвецы, когда его вновь заставили обратить внимание на экран. И теперь, глядя на происходящее, мужчина всё меньше верил собственным глазам.

То, что ранее казалось разрозненной, бессмысленной атакой, обретало форму. Чёткую. Пугающе осмысленную.

Это уже не выглядело как панический бросок обречённых. Нет. Тот, кто вёл их, отдал не слепой приказ. Он управлял ими прямо в процессе боя, перестраивая рисунок схватки так, что маленькие группы двигались по полю, словно накатывающие волны, сменяя друг друга и вынуждая врагов подстраиваться под их ритм, при этом таким манёвром прячась в «тени» китайских войск, чтобы их не атаковали свои же.

Главнокомандующий прищурился.

— Что это за Род? — спросил он, не отрывая взгляда от монитора.

— Вяземские, господин, — быстро ответил один из помощников. — Тот, который был основан не так давно.

Глаза мужчины тут же сузились сильнее.

— Род демона? — произнёс он уже с короткой, кривой усмешкой. — Забавно.

Главнокомандующий провёл взглядом по экрану ещё раз, теперь уже совсем иначе.

— Вот почему они так долго держатся.

Упоминание пропавшего демона не было пустым звуком. Даже спустя месяцы, как о нём ничего не слышно и его не видно, это «имя» по-прежнему оставалось одним из самых опасных для Империи. Император не просто так приказал уничтожить мальчишку при первой же возможности. И если сам демон был настолько опасен, неудивительно, что и его Род оказался не сборищем красивых выскочек.

Главнокомандующий перевёл взгляд