«проявляла твердость характера, что было ей свойственно в трудные минуты жизни». Вместе с ней Россию покинули ее дочь Ксения с мужем и детьми и другие близкие родственники.

В 1918—1919 гг., после поражения Германии, когда страны Центральной Европы переживали последствия социальных потрясений, многие в Дании, как писали датские газеты, были напуганы «красной волной, двигавшейся с Востока на Запад»[27]. Подобные страхи поддерживались большевистскими лозунгами «мировой революции».

Когда правительства Англии, Франции и США (наряду с прямой интервенцией и поддержкой антибольшевистских сил) объявили об экономической блокаде России, правительство Дании в октябре 1918 г. разорвало с ней дипломатические отношения. Однако по заявлению датской стороны эта акция была вызвана не политическими причинами, а исключительно «ухудшением здоровья» представителен миссии. В свою очередь, члены советской миссии в Копенгагене во главе с Я. З. Сурицем были там задержаны до момента выезда всех датчан из России.

После заключения 18 сентября 1918 г. соглашения между Данией и США о торговле и судоходстве датские предприятия стали получать часть необходимого им сырья.

Противники заключения торгового договора с РСФСР на компенсационной основе призывали считать находящихся в Дании русских военнопленных заложниками до тех пор, пока большевики не вернут датским компаниям их конфискованную собственность в России[28].

13 декабря 1918 г. правительство США в ноте МИД Дании, сославшись на статью датско-американского соглашения от 18 сентября, потребовало прекратить датский экспорт в Россию. Давление западных держав осуществлялось и через датские торговые представительства. 14 декабря 1919 г. в обращении к Обществу оптовиков Верховный совет Антанты выразил резкий протест против датского экспорта в Россию. В министерстве иностранных дел Дании считали, что невыполнение этих требований чревато аннулированием датско-американского соглашения.

В Дании все громче раздавались голоса тех, кто полагал, что вторжение Красной Армии в Прибалтийские республики, а затем и в Скандинавские страны не за горами. Разведка Генерального штаба весной 1919 г. предупреждала о возможном «продвижении большевиков» на Запад.

Во время блокады и интервенции (в ноябре 1919 г.) Дания приняла М. Литвинова как представителя большевистского правительства. (Его пребывание в Копенгагене было использовано миссиями других стран для заключения соглашения об обмене военнопленными.) Власти контролировали каждый шаг Литвинова, прослушивали телефонные разговоры, читали его корреспонденцию. Летом 1920 г. Фритьоф Нансен извещал бывшего министра иностранных дел Великобритании А. Дж. Бальфура о том, что 15 июля в Копенгагене между П. Рихтером и М. Литвиновым подписан договор об обмене военнопленными.

* * *

Бывший посланник Дании в России X. Скавениус активно выступал за интервенцию в Советскую Россию. В меморандуме Русские проблемы, обращенном к главам государств в 1919 г. на конференции в Париже, он охарактеризовал большевизм как явление, «чуждое европейским традициям», что явление это «не внутренняя проблема России, а серьезная международная проблема». Взгляды X. Скавениуса разделял глава Трансатлантической компании крупный финансист X. Плюм. Он нашел сторонников в США, Франции, Англии и создал так называемую международную Русскую лигу, ведавшую вербовкой добровольцев для отправки их в Россию. Многие члены миссии Датского Красного Креста, действовавшего в России до 1919 г. (В. О. Филипсен, Фольмер Хансен), а также генеральный консул в Москве К. Ф. Саксенхаузен вошли в Русскую лигу. В феврале 1920 г. в Копенгагене под руководством X. Скавениуса был создан так называемый Комитет возрождения России. Плюм поддерживал связь с Юденичем, Колчаком и Маннергеймом[29].

Крупные банки (Крестьянский и Глюкштадта), потерявшие значительные вклады в России, финансировали с одобрения правительства отправку добровольцев в вооруженный корпус Вестенхольд, предназначавшийся для интервенции в Прибалтийские государства.

Планы Русской лиги поддержали некоторые политические и военные деятели Антанты, сторонники создания «санитарного кордона» из государств Прибалтики, Финляндии и Польши. Они надеялись, что таким образом удастся воспрепятствовать распространению революционного влияния на Запад. Обсуждались планы создания различных военно-политических блоков, таких, как Балтийско-скандинавская лига, скандинавская, финляндско-эстонская, шведско-эстонская федерации, или Балтийская лига Эти планы внушали большевикам серьезные опасения. Ленин по этому поводу высказался так: «Если бы все эти маленькие государства пошли против нас... нет ни малейшего сомнения, что мы потерпели бы поражение».

Активную роль в подготовке интервенции, экономической и политической блокады Советской России играла бывшая царская миссия в Копенгагене во главе с бароном Мейендорфом и военным атташе С. Потоцким Последнему удалось сформировать в Копенгагене полк Свободная Дания». Документы личного архива С. Потоцкого, хранящиеся в Государственном архиве Дании, свидетельствуют о том, что в соответствии с особым соглашением, заключенным между генералом Марушевским, представлявшим так называемое Временное правительство Северной области России, и капитаном датской армии Паллуданом, в Копенгагене и Стокгольме было создано Специальное бюро для сбора и отправки датских и шведских добровольцев на север России.

Планы Русской лиги не нашли все-таки официальной поддержки у правительства Дании и натолкнулись на противодействие со стороны демократических сил страны, выступавших за установление дипломатических отношений между двумя странами. В результате так называемой частной вербовки из Дании в Эстонию в 1918—1919 гг. прибыло всего 225 добровольцев, в том числе полевой лазарет в составе пяти врачей и двенадцати медсестер. Они участвовали в военных действиях с начала марта по август 1919 г. на южном фронте в районах Выру—Якобштадт и Псков—Остров. В сентябре 1919 г., после окончания срока вербовки, большая часть датских добровольцев вернулась домой, остальная перешла под командование белого генерала Булак-Балаховича. Оставшиеся в живых добровольцы полка «Свободная Дания», действовавшего в районе Мурманска и Архангельска, под руководством капитана Паллудана после возвращения в Данию развернули активную кампанию, требуя от бывшей царской миссии в Копенгагене денежных компенсаций по возмещению ущерба, полученного во время военных действий. Секретарь канцелярии царской миссии в Копенгагене, сообщая в Париж генерал-лейтенанту Е. К. Миллеру об учиненном в помещении миссии бывшими датскими добровольцами погроме, назвал их подонками.

В марте 1920 г. Центральный комитет революционных и социалистических организаций Скандинавских стран призвал рабочих Дании, Норвегии и Швеции провести митинги и манифестации, на которых потребовать от своих правительств снятия блокады Советской России и установления с ней дипломатических и торговых отношении. Тогда же комитет организовал сбор денег для покупки медикаментов для России. Специально созданные в Дании организации выполняли посредническую миссию при обмене военнопленными между Россией и Австро-Венгрией.

Провал интервенции и установление дипломатических и торговых отношений с Советской Россией, снятие блокады (решение Верховного Совета Антанты о возобновлении торговли было принято 16 января 1920 г.), наконец, заключение соглашения между Россией и Англией 16 марта 1921 г. заставили официальную Данию в определенной степени изменить свою прежнюю позицию.

Вопрос о заключении торгового соглашения с Россией вызвал острую борьбу в датских политических и деловых кругах. Большое давление на правительство оказывали