причем не только мелкие, но и средние и крупные, в том числе четвертый по значимости Копенгагенский Дисконтобанкен, Ревизионсбанкен, Хандельсбанкен, Калунборгсбанкен и др. Символом банковского кризиса стал крах осенью 1922 г. Ландсмандсбанкена. Соучредителем этого банка, основанного Исааком Глюкштадтом в 1897 г., была Восточно-Азиатская компания (ОК), тесно связанная c X Н. Андерсеном. В 1910 г. банк возглавил сын И. Глюкштадта — финансист мирового значения Эмиль Глюкштадт. Правительство Н. Неергора не раз прибегало к его помощи в сложных ситуациях. В годы войны Э. Глюкштадт вместе с другим видным представителем деловых кругов, X. Плюмом, учредил Трансатлантическую компанию. Кроме того, в их планы входило создание русско-балтийского рынка. Эти планы поддерживал Х. Н. Андерсен, опиравшийся на прочные торгово-экономические связи с британскими партнерами и мечтавший о превращении Копенгагена в центр мировой торговли на Балтийском море. Революция в России помешала реализации этих планов Однако если Х. Н. Андерсену удалось спасти значительную часть капиталов Восточно-Азиатской компании, то Трансатлантическая компания за период революции и гражданской воины в России понесла большие убытки, равно как и Ландсмандсбанкен. Его потери составили 145 млн крон. Чтобы спасти положение, правление банка прибегло к мошенничеству. Созданная в связи с банкротством банка в сентябре 1922 г. парламентская комиссия пришла к выводу, что причиной его несостоятельности стали незаконные сделки с крупными торговыми компаниями и промышленными предприятиями. Среди причастных к сделкам оказались лица, занимавшие высокие государственные посты. В марте 1923 г. Глюкштадт был арестован. Однако к этому времени он был уже серьезно болен и умер до окончания следствия. Как считают датские экономисты, крах Ландсмандсбанкена послужил толчком к особому финансовому буму 1923 г., способствовавшему установлению равновесия цен на датском и мировом рынках.

Собственно, в 20-е годы Дания пережила два малых экономических кризиса (1921—1922) и один дефляционный (1926—1927), что не могло не отразиться на уровне занятости. Безработица (в среднем 16% в год) достигла к середине десятилетия социально опасного предела.

Процесс стабилизации валюты — главная финансовая проблема всех европейских стран в начале 20-х годов — в Дании протекал болезненнее, нежели в Германии, укрепившей свою валюту в 1924 г., или в Англии — в 1925 г., или во Франции — в 1926 г. Датская крона стала обратимой только в 1927 г.

Влияние мирового экономического кризиса, значительный сдвиг влево в рабочем движении, усиление авторитета социал-демократической партии, неустойчивость правительственных кабинетов — все эти факторы в той или иной степени определяли характер внутриполитической борьбы в Дании.

Две оппозиционные партии — консервативная (партия промышленников), основанная в 1915 г., и партия Венстре (партия крупных аграриев) — не находили общего языка с правительством. На этом фоне правительству ничего не оставалось, как укреплять связи с социал-демократами. В ноябре 1919 г. Т. Стаунинг, занимавший до этого пост министра без портфеля, стал министром социальных дел.

Борьба оппозиции с правительством была сконцентрирована вокруг финансовой политики. Министр финансов Э. Брандес дважды просил ригсдаг поддержать его предложение о займе на покрытие бюджетного дефицита (соответственно в размере 60 или 120 млн крон). Оппозиция, опираясь на поддержку в ландстинге, требовала постепенной отмены системы государственного регулирования и возвращения к принципам экономического либерализма.

Радикальное правительство К. Цале, включавшее и социал-демократов, подвергалось постоянным атакам и «справа» и «слева». Напряженность достигла апогея во время так называемого пасхального переворота. Консервативная партия и поддерживавшая ее в общеполитических вопросах партия Венстре (опиралась на финансовую группировку Восточно-Азиатской компании во главе с Х. Н. Андерсеном) выступили против партии радикалов, которая, в свою очередь, опиралась на финансовую группировку Крестьянского банка.

Спор о новой границе между Данией и Германией после подписания Версальского договора был использован в 1920 г. оппозицией для отставки правительства К. Цале. Когда выяснилось, что граница пройдет севернее Фленсберга, шовинистически настроенные консерваторы вместе с некоторыми представителями партии Венстре потребовали отторжения от Германии и присоединения к Дании части Среднего Шлезвига с Фленсбергом. После того как это требование поддержал король Кристиан X (1912—1947), правительство Цале, отказавшееся провести внеочередные выборы в фолькетинг, было отправлено в отставку. Король назначил «беспартийный» кабинет профессионалов во главе с О. Аибе. Этот инцидент был назван «пасхальным переворотом». Новый кабинет с участием двух социал-демократов просуществовал недолго — 1,5 суток. После чего лидеры СДПД и Объединения датских профсоюзов призвали датчан начать всеобщую политическую стачку, выдвинув следующие требования: принятие избирательного закона, проведения демократических выборов, соблюдение принципов парламентаризма, снятие угрозы локаута, допущение рабочих к управлению предприятиями. Власти отступили. Избирательный закон 1920 г. был изменен в пользу городских пролетариев. В сентябре состоялись внеочередные выборы в фолькетинг, а в октябре — в ландстинг. Абсолютное большинство на них получили партии крупной буржуазии — консерваторы и Венстре. В новый кабинет (1920—1924), сформированный либералом Н. Неергором, вошли преимущественно представители этих партий.

СОЦИАЛЬНЫЙ МИР ИЛИ КЛАССОВАЯ БОРЬБА?

7 ноября 1920 г. социалистическая партия Дании, образованная 9 ноября 1919 г. в г. Фредерисии, приняв «21 условие», вступила в Коминтерн и стала называться коммунистической, превратившись в одну из его секций.

В мае 1921 г. была создана так называемая Коммунистическая федерация, в которую вошли коммунистическая партия Дании и Объединение профсоюзной оппозиции, которое незадолго до этого вступило в Красный Профинтерн. Как пишет датский исследователь К. Якобсен, это сближение напоминало своего рода «брак по расчету», нежели настоящий политический союз. Значительное влияние на переговоры оказал Исполком Коминтерна, обещавший коммунистическим лидерам в будущем крупные субсидии. Печатный орган федерации газета «Arbejderbladet» с мая 1921 г. выходила на деньги, предоставленные Москвой (65 тыс. крон).

Коммунистическая федерация насчитывала не более 1 тыс. членов. В нее входили левые оппозиционеры из социал-демократической партии, революционные социалисты из социалистической рабочей партии, синдикалисты из Объединения профсоюзной оппозиции, группа революционно настроенных интеллектуалов. Некоторые члены федерации были знакомы с марксизмом-ленинизмом и прошли обучение в советских высших партийных школах. Сообщая в 1923 г. руководству Коминтерна о состоянии дел в рабочем движении, одна из его активисток — Мария Нильсен писала летом 1924 г. Зиновьеву о «хаосе, расколе и распаде», но при этом констатировала: «Слава богу, что мы, датчане, не играли главных ролей в так называемой мировой революции»[26].

Если коммунистическая партия придерживалась революционной тактики, то социал-демократическая партия и руководимое ею рабочее движение традиционно тяготели к реформизму. К 1920 г. партия насчитывала в своих рядах приблизительно 250 тыс. членов и располагала 60 ежедневными газетами. Ее активно поддерживали профсоюзы.

Опыт большевиков был глубоко чужд датским социал-демократам. В 1920 г. их лидер Т. Стаунинг заявил: «Если мы хотим анархии, то должны идти русским путем. Если желаем продвигаться