И я поняла, что приходил он не только ради Эмилии. Ведь я живу напротив.

– Я могу поговорить с Колином, но он не слишком приветлив.

– Ничего страшного, ты тоже не очень-то доброжелательна, – Джозеф рассмеялся, пародируя мою закрытую позу с руками на груди.

– Предоставьте это мне, – возразила я, – все-таки я провела чуть ли не все детство с этой семьей. Эмилия мне как сестра.

Мне стало грустно. Маркус подошел ко мне и приобнял.

– Мы обязательно найдем ее.

– Да, Рей, не дрейфь, – поддержал его Джозеф. – Мы найдем ее либо живой, либо мертвой.

Мое настроение стало еще хуже. Маркус неодобрительно посмотрел на брата.

– Что? – Джо развел руками. – Это реальность, детка.

– Пойдемте обратно в машину, здесь становится холодно, – я обняла себя руками, и Маркус понимающе кивнул. Он вампир и не сможет меня согреть, потому что его сердце не гоняет кровь по телу.

– Я все же оставлю телефон здесь. Вдруг он нам еще понадобится, – Джозеф присыпал мобильный землей.

Я шла к машине и уже не слушала его. Не имею ни малейшего желания находиться рядом с этим чудовищем. Но я рада, что Маркус наконец со мной. Спустя столько недель я начала чувствовать, что скучаю по нему. Боль той трагедии в лесу постепенно уходила. А может, мое сердце пыталось мне что-то сказать? Мне хотелось быть с ним, но после случившегося я не могла себе этого позволить. Не хотела позволять. Мне нужно было побыть одной. Разобраться со всем, что происходило в голове. Мама говорила, что я все время стараюсь убегать от реальности. Но что она может понимать? Она не знает о существовании вампиров и всего, что теперь наполняет мою жизнь. Мама видит лишь то, что мир показывает ей. Но в нем так много ужасного. Столько боли. Печали. Потерь. Мрака. Нет, мама никогда меня не поймет. Никогда не сможет принять то, что скрывается в ночи. А я могу. И принимаю.

Маркус свернул на дорогу, ведущую к их дому. В пути мы втроем едва обмолвились парой слов. Я осознала, что за то время пока мы не общались, его семья не останавливала поиски. И хотя Маркус приходил к дому Эмилии не только ради нее, он все равно старался. Даже Джозеф старался или делал вид, что старается. И это удивляло меня больше всего. Ведь именно он напал на Энтони. Какое ему вообще дело до исчезновения Эмилии?

И тут меня осенило. Джозеф просто пытается отвести подозрения от себя! На кого не только я, но и Маркус думали в самом начале? Именно! На Джозефа. Но если он смог склонить брата на свою сторону, то меня ему не удастся убедить в своей непричастности. Как бы Джозеф ни старался делать вид, что тоже ищет ее. Какие бы слова ни доносились из его поганого рта. Все это ложь. И я смогу переубедить Маркуса. Уж мне-то он поверит!

Мы остановились около дома вампиров. Прошло меньше месяца, но он успел превратиться из благоухающего цветущего уголка в мрачный оазис уныния. Приближающаяся осень давала о себе знать.

– Давайте, детишки, не сильно шалите, – попрощался Джозеф и вышел из машины. Я тяжело вздохнула.

– Отвезу тебя домой, – Маркус слегка повеселел после глупой шутки.

– Да, спасибо.

Наконец мы сможем нормально поговорить. Думаю, что и Маркус хотел многое выяснить, поэтому сперва завез домой Джозефа.

Когда мы добрались до моего дома, он заглушил мотор.

– Что, черт возьми, произошло?! – вырвалось у меня.

– Послушай, Рей…

– Нет, Маркус, дай мне высказаться! – я развернулась к нему, опершись на подлокотник между сиденьями. – Ты уже не думаешь, что это именно Джо похитил Эмилию? Мы не виделись недели три, а он уже успел залезть тебе в голову! Маркус, очнись!

– Соседушка, успокойся, пожалуйста, – он смотрел на меня с улыбкой.

– Что смешного?! – я готова была вспыхнуть от возмущения словно спичка.

– Меня просто забавляет твоя реакция, – мягко ответил он, протянув руку к моим волосам. – Мое мнение насчет причастности Джо к исчезновению твоей подруги не изменилось. Можешь не беспокоиться. – И Маркус аккуратно заправил локон волос мне за ухо.

У меня груз с души упал. Джозефу не удалось перетянуть брата на свою сторону!

– Но почему тогда ты так общался с ним сегодня? Будто ему доверяешь.

– О нет, ни о каком доверии и речи быть не может. Нам нужно, чтобы Джо думал, что мы союзники. Это касается не только меня, – Маркус положил руку мне на колено.

– Нет, я не стану делать вид, что доверяю твоему брату. Я уверена, что он стоит за похищением Эмилии! – Я внезапно вспомнила утро. – Знаешь, она приходила ко мне сегодня. Во сне.

Маркус вопросительно посмотрел на меня, сдвинув брови.

– Она вела себя очень странно. Такая грубая. Словно мою подругу подменили. А еще кожа ее была холодна как лед. Она сказала, что ответы находятся на самом видном месте. И что…

– Что она на самом деле все еще здесь? – Маркус показал на дом Эмилии.

– Да.

– Это не может быть совпадением. Сегодня я встретил Колина на автобусной станции. Он не заметил меня, но я слышал, о чем он говорил по телефону. Объяснял кому-то, что не в состоянии больше находиться дома. Кажется, он собирался уехать. Утверждал, что повсюду видит ее. Что кто-то передвигает вещи, включает свет. Думаю, нам стоит наведаться в их дом.

– Звучит как бред сумасшедшего, – констатировала я.

– Или как нечто сверхъестественное. Знаешь, Рей, в мире ведь существуют не только вампиры.

– Что ты имеешь ввиду?

– Ну конкретно в Голдвуде, насколько мне известно, только вампиры. То есть моя семья. Но в Нидерландах с нами по соседству жила ведьма.

– Настоящая ведьма? Ты уверен? – Подробности тайной стороны нашего мира меня удивляли.

– Да, на двести процентов. Мать дружила с ней, она сделала для нас первые медальоны с лепестками. До этого нам приходилось все время таскать с собой маленькие мешочки с бутонами. Но та женщина никогда не пускала нас на порог. Хоть она и не показывала, что настроена враждебно, я всегда чувствовал это.

– Хочешь сказать, что проделки в доме Эмилии – дело рук ведьмы?

– Маловероятно, но возможно. И это странно. Если Эмилию похитил Джо, то откуда ведьма? И почему это происходит в их доме? Нам определенно нужно побывать там как можно скорее.

– Слишком мало ответов на такое количество вопросов. Я постараюсь подловить момент, когда Колина точно не будет дома. Моя мама ухаживает за их цветами, когда они в отъезде. У нас есть ключ. Но почему-то Колин не говорил,