Я закрыла глаза и представила, как открываю плотину. Не тонкий ручеек, которым я мыла полы, а все, что есть.

— Живи! — закричала я.

И меня разорвало изнутри.

Это было больно. Словно сквозь меня пропустили молнию. Я почувствовала, как что-то огромное, древнее и мощное вырывается из моей груди, проходя через руки.

Яркий, ослепительный фиолетовый свет залил площадь. Он был таким густым, что его можно было потрогать. Люди закричали, закрывая лица руками. Лошади стражников встали на дыбы.

Свет пульсировал, вырываясь из моих ладоней, впиваясь в тело Арчибальда. Я видела, как под его кожей идет битва. Черная сетка яда сопротивлялась, шипела, но фиолетовое пламя выжигало ее, уничтожая без остатка.

Я чувствовала, как Фиона уходит. С каждым ударом моего сердца ее присутствие становилось все тише, все дальше.

Я упала на камни, больно ударившись локтем, но даже не почувствовала этого.

Площадь застыла в шоке. Дымка от магии еще висела в воздухе, рябела на солнце. Все смотрели на Арчибальда.

Черные вены исчезли. Его кожа из серой стала бледной, но живой. Рана на плече затянулась, оставив лишь розоватый шрам.

Его грудь дрогнула.

Раз. Два.

И он сделал глубокий, судорожный вдох, словно вынырнул с глубины.

Арчибальд открыл глаза. Его грудь высоко поднялась и опала. Черные вены исчезли, словно их никогда и не было, оставив лишь бледную, как мел, кожу. Он был жив.

Я сидела рядом на камнях, чувствуя себя выжатым лимоном. Руки дрожали, в голове гудело, словно я только что пробежала марафон. Я попыталась увидеть очертания Фионы рядом, но воздух вокруг замер. Фиона исчезла. Еще одна жертва моей благодетели…

Первым очнулся Мортон.

— Ведьма… — прошептал он, пятясь назад и тыча в меня дрожащим пальцем. — Вы видели? Фиолетовый огонь! Это некромантия!

— Ведьма! — подхватил кто-то из толпы.

Страх, сменивший благоговение, распространился как лесной пожар. Люди начали отступать. Те самые люди, которых я кормила пиццей и лечила тоником, теперь смотрели на меня с ужасом. Опять. Лучше бы посмотрели на труп Харроу…

— Это я! — вдруг закричал Ирис, бросаясь вперед. Маг был бледен, но решителен. — Это я исцелил Лорда! Я использовал тайный резерв! Софи тут ни при чем, она просто… просто держала его!

Мортон взвизгнул, обретая смелость. Ему нужно было кого-то обвинить, чтобы прикрыть свою шкуру перед выжившим лордом. Его главный покровитель мертв, а он отчаянно цеплялся за крохи надежды, что ему все сойдет с рук.

— Не лги, старик! Ты сам сказал, что противоядия нет! Мы видели свет! Он шел из ее рук! Это черная магия! Она убила Харроу колдовством и околдовала лорда! Стража! — заорал приказчик, брызгая слюной. — Арестовать девку! Она опасна! На костер ее, пока она нас всех не прокляла!

Капитан стражи неуверенно обнажил меч. Солдаты двинулись ко мне, смыкая кольцо.

Я попыталась встать, но ноги не держали. Я была пуста. И совершенно беззащитна. Ирис пытался заслонить меня своим грузным телом, но его грубо оттолкнули.

«Вот и все, — мелькнула горькая мысль. — Спасла принца, чтобы сгореть как ведьма. Иронично. Мама была бы недовольна таким финалом».

Но меч не коснулся меня.

Над площадью разнесся голос. Хриплый, слабый, но в нем было столько стали, что стражники замерли на месте, словно наткнулись на стену.

— Не сметь.

Арчибальд с трудом поднялся на ноги. Его шатало, одежда пропиталась кровью, но он выпрямился во весь рост, закрывая меня собой от толпы и солдат.

— Кто посмеет назвать мою невесту ведьмой? — прорычал он, обводя площадь тяжелым взглядом.

Толпа ахнула. Мортон поперхнулся воздухом.

— Милорд… — пролепетал приказчик, теряя спесь. — Но мы видели… Свет… Это магия смерти! Она ведьма!

— Молчать! — рявкнул Арчибальд.

Он наклонился и рывком поднял меня с земли, прижимая к своему боку. Его рука была горячей и надежной, и я вцепилась в него, чтобы не упасть.

— Это не черная магия, глупцы, — громко объявил он, и его голос разнесся над площадью, перекрывая шум ветра. — Это древний дар моего Рода.

Он посмотрел мне в глаза. В его взгляде была мольба и жесткий приказ: «Подыграй мне. Сейчас же».

— Этот дар просыпается только у той, кого духи предков принимают как истинную хозяйку. Софи не ведьма. Она — Избранная рода Орникс. Она приняла этот дар, чтобы спасти своего мужа.

Он повернулся к толпе, расправив плечи, игнорируя боль.

— Софи — моя нареченная. Моя невеста. И будущая леди Штормфорда. Любое обвинение против нее — это обвинение против меня и дома Орникс. Есть здесь те, кто хочет бросить вызов мне?

Он положил ладонь на рукоять меча.

Тишина стала вязкой. Никто не смел возразить. Все знали, что лорды когда-то могли делиться силами с истинными спутницами, но это стало легендой, что сейчас лорд удачно обыграл.

Арчибальд посмотрел на мать.

Леди Роксана стояла, прямая, как палка. Ее лицо было непроницаемым. Она явно не знала, что делать. Сказать, что это неправда, — отправить меня на костер, а сына — выставить сумасшедшим предателем. Подтвердить его слова… Мне на секунду показалось, что она выберет первый вариант.

Роксана перевела взгляд с сына на меня. Потом на мертвого Харроу. Потом на Дэниэля, который смотрел на нее с надеждой и страхом, сжимая руку Люси.

Уголки ее губ дрогнули. Она расправила плечи, шагнула вперед и величественно склонила голову передо мной.

— Род приветствует тебя, дочь, — громко, четко произнесла она, и ее голос не дрогнул. — Духи предков сделали свой выбор. Да благословят боги ваш союз.

Толпа выдохнула. Если сама Железная Роксана склонила голову… Значит, это правда.

Люди начали опускаться на колени. Один за другим. Рыбаки, торговцы, стражники, даже трясущийся Мортон.

— Слава Лорду! — крикнул кто-то из рыбаков.

— Слава Леди Софи! — подхватили остальные. — Слава невесте!

Я стояла, опираясь на плечо Арчибальда, и смотрела на море склоненных голов. Харроу был мертв. Я была жива. Моя команда была в безопасности.

Но внутри была звенящая пустота.

— Фиона? — мысленно позвала я по привычке.

Тишина. Ни насмешки, ни совета.

Меня пробирал истерический смех. Я еле его сдерживала, понимая, что провидение в очередной раз неплохо так надо мной прикольнулось. Все мои стандарты и установки ломались на глазах.

Что я там думала раньше о браках по расчету?..

Когда тебя съели — все-таки всегда есть два выхода. И в этот