блестели в полумраке, а вокруг узких зрачков бушевало драконье пламя. Кажется, он даже не осознавал, кто находится перед ним. Возможно, чувствовал источник тепла или же…

Его вторая рука легла мне на шею, притягивая к себе ближе и не давая отстраниться. Я возмущенно фыркнула и попыталась вывернуться из стальных объятий. Но Кайен подался ко мне, накрывая мои губы своими.

В тот же миг мое тело опалило таким жаром, что я невольно застонала. Его поцелуй походил на жажду путника, вытягивающего из фляги последний живительный глоток.

Короткая и безуспешная борьба оборвалась в тот момент, когда его магия хлынула внутрь меня, заставляя кровь закипеть. Каждая клеточка моего существа потянулась к дракону, откликаясь на его зов и ломая последние баррикады моего рассудка.

Я хотела оттолкнуть принца, уперлась ладонями в исполосованную шрамами грудь, но пальцы лишь сильнее впились в его кожу и заскользили по ней, впитывая жар и бушующую в теле силу.

— Что ты делаешь со мной? — простонала в его губы, пытаясь собрать остатки разума и остановить это безумие. — Отпусти! Я не хочу…

— Твое пламя требует выхода, Валесса, — пророкотал Кайен низким голосом, от которого живот ухнул в пустоту. — Не нужно с собой бороться. Дай ему волю, иначе огонь сожжет тебя изнутри.

— Но я не… — внезапно меня выгнуло дугой от прошившей тело вспышки боли.

Крик застрял в горле колючим комом. Кости в моем теле захрустели и начали плавиться, перестраиваясь и ломаясь с оглушительным треском. Казалось, что меня сейчас вывернет наизнанку, растянув мышцы и сухожилия до предела.

Я часто задышала, испуганно глядя, как пальцы рук превращаются в смертоносные когти. Кожа на позвоночнике лопнула с глухим звуком и разошлась, перестраиваясь в мощный хребет огромного зверя. Жар в теле сделался невыносимым. Через поры кожи наружу полезла белая шерсть, кончики которой переливались огнем. Я будто умирала снова, чтобы возродиться кем-то иным.

— Не бойся своего зверя, Валесса! — прошептал Кайен, поглаживая меня по щеке. — Я держу тебя и прослежу за тем, чтобы первый оборот не свел тебя с ума.

Принц крепко стиснул меня за плечи, удерживая на грани между безумием, невыносимой болью и неизбежной трансформацией. Его магия окутывала меня горячим коконом, не давая моему огню вырваться и превратить все вокруг в пепел.

В сверкающих глазах дракона я видела свое меняющееся лицо, вытягивающиеся кости, которые стремительно обрастали плотью и белоснежной шерстью. Внутри меня бушевало пламя Грейшеров, сплетаясь с ледяной стихией Снойверов и создавая нечто невозможное, чего в этом мире никогда не существовало.

Из моего горда вырвался отчаянный крик, который перерос в утробный рев рождающегося зверя.

Я рванулась из рук Кайена, показавшимися мне кандалами. Но он лишь крепче прижал меня к себе. Сцепившись в клубок, мы скатились с берега и погрузились в холодную воду озера, над которым взметнулось облако пара.

Шок от внезапного холода на мгновение остудил воспаленный разум. Я беспомощно наблюдала, как под водой мои руки и ноги превращаются в мощные лапы, появляется гибкий хвост, а тело покрывается мехом, поверх которого пульсирует багровое пламя.

Из-за кровавых отсветов, моя новая шкура походила на живой огонь, стелящийся по белому снегу. И этот огонь находил странный отклик у человека, плывущего рядом со мной. Он ничуть меня не боялся, принимая мое пламя, как часть себя.

Вынырнув на поверхность, я жадно вдохнула, ощущая невероятную легкость в каждой мышце нового тела. В моем сознании еще не улеглась мысль, что я, наконец, пробудила зверя, который оказался вовсе не фениксом.

— Кого ты видишь? — хотела спросить у Кайена, но из пасти вырвалось лишь глухое рычание, эхом разнесшееся под сводами пещеры.

— Я вижу огненного барса, Валесса, — улыбнулся принц такой триумфальной улыбкой, будто он заполучил самый желанный трофей. — Ты воплотила в себе наследие двух великих родов, соединив лед и пламя, что практически невозможно.

Фыркнув, я мотнула головой, глядя на собственные лапы и когти, способные разрывать камень. В пасти чувствовались мощные клыки, а тонкие вибриссы позволяли ощущать малейшие запахи, в том числе дикое желание близости, исходящее от принца и способное сбить меня с ног.

Глава 19

Я ударила лапой по воде, поднимая брызги, и зарычала. Боль превращения отошла на второй план и позабылась, уступая место гудящей в жилах энергии, которая требовала немедленного выхода. Теперь я смогла бы дать отпор любому хищнику, осмелившемуся показать клыки. Во мне бушевала безудержная стихия, выдержать которую мог только один человек, обладающей еще большей силой, вынуждающей зверя отступить и признать в нем равного.

— Валесса! — хрипло произнес Кайен, снова обволакивая меня драконьей магией. — Пора возвращаться.

Вслед за его словами мое тело снова начало меняться, совершая обратный оборот. Но на этот раз он уже не был таким пугающе болезненным. Я чувствовала, как когти втягиваются внутрь, мех исчезает, а кости уменьшаются, возвращая телу хрупкий человеческий облик.

От внезапно накатившей слабости я ушла под воду и тут же оказалась в объятиях мужчины, нырнувшего за мной следом. Прикосновение к его обнаженной коже обожгло, обдавая вмиг замерзшее тело теплом.

Я с ужасом осознала, что на мне нет даже малюсенького лоскутка одежды. Щеки запылали от смущения, когда Кайен выбрался на берег и уложил меня на песок, накрывая своим сильным телом.

— Я обернулась! — посмотрела дракону в глаза со смесью радости и невольного стыда. — Наконец-то, все закончилось.

Это ведь нормально? — спрашивала одним взглядом. — В наготе нет ничего постыдного, особенно после первого оборота.

— Нет, Валесса! — хрипло отозвался дракон, пожирая меня жадным взглядом. — Все только начинается…

Кайен притянул меня к себе, впиваясь в губы требовательным поцелуем. Я задрожала, ощущая, как против воли твердеют горошины сосков, касаясь мускулистого сильного тела. Горячая ладонь принца легла мне на талию, а второй рукой он придержал мою голову, зарываясь пальцами в волосы.

Я уперлась кулачками в стальную грудь, чтобы оттолкнуть. Но внутри меня бесновалась и выла пробужденная кошка. Ей не было дела до прошлых обид и предательства. Она чуяла силу, равную своей, и требовала слиться с ней, взять свое.

— Нет, Кайен! — выдохнула упрямо. — Убирайся прочь! Иначе я выжгу тебя изнутри.

— Попробуй! — прорычал он драконьим рыком, сминая губы жадным поцелуем.

В нашей близости не было нежности, лишь отчаянная схватка двух хищников, желающих доказать силу, подмять под себя более слабого. Я ответила на поцелуй с отчаянной яростью, кусая принца до крови и упиваясь той силой, что проникала в меня вместе с алыми каплями. Мой огонь не обжигал его плотную кожу. Наоборот, дракон жадно впитывал