повод для слез, но это точно нокаут для моего наивного сердца.

Ведь оно до сих пор грезит тем единственным поцелуем.

И только мы с Пантерой занимает позицию для фотосъемки, как я понимаю, что не справляюсь.

Вот прям совсем…

В глазах щиплет от нового приступа слез, сердце замерло от страха, а от каждого взгляда или постановочного касания тело пронзает болезненным разрядом.

Вот зачем я влюбилась в этого парня до одержимости?

Было, конечно, наивно полагать, что между нами что-то могло получиться.

Точно так же, как и думать, что я важна Чернову.

Зажмуриваюсь, когда больше нет сил терпеть пристальный взгляд парня.

— Энн, не выключайся. Работай на камеру! — возвращает меня фотограф.

Тяжело вздыхаю и насколько возможно сосредотачиваюсь на объективе.

Только это очень сложно не реагировать на близость Дана. Я уже вовсю дрожу и не могу с этим справиться.

— Скрипку, улыбнись. Если не для меня, то хоть на камеру, — недовольно шепчет парень, меняя позу съёмки.

Сейчас мы не просто стоим рядом. Сейчас я прижата всем телом к широкой груди, а руки парня на моей спине не дают мне отстраниться.

— Ослабь хватку, Чернов, — гаркаю я. И это первые слова, которые я говорю Пантере за последние несколько дней.

— Я лишь фиксирую твоё дрожащее тело, чтобы ты не испортила кадр, — отодвигает меня от себя и подмигивая девушке стилисту. — Не надумай лишнего.

— Не вздумай реагировать на его слова и поступки… — прошу я саму себя. — Чернов — редкостный урод, а эта девушка — лишь очередной выбор на ночь! Ты не такая! Ты достойна большего!

Но я уже говорила, что хреново справляюсь…

Поэтому…

— Герда, может достаточно? — срываюсь с места и решительно прошу менеджера прекратить мои мучен

ия. — Думаю, будет достаточно фото для превью на концерт. У нас с Пантерой лишь один дуэт. Больше мы никогда не будем выступать вместе…

— Энн, нет! — отрезает Герда. — После концерта все заходят осветить дебют новенькой конкурсантка. Мы не можем предоставить одни и те же фото. Это порежет охваты.

— Тогда можно без Чернова? — прямо говорю о неспособности работать с партнёром. — Индивидуальная съемка…

— Энн, СМИ будут в основном освещать то, как ты влилась в коллектив. Поэтому уместнее иметь фото с другими участниками.

— Тогда я готово позировать с Мией и Виолеттой, — не отступаю я.

— Новый состав “She” уже отснят…

— Тогда можно я встану в пару с Тошей… — так спешу избавиться от Чернова, что даже не даю девушке закончить.

— Барс уже уехал по личным делам.

— Тогда я хочу с Лёшей… — выпаливаю я, видя приближающегося Дана.

— Белова, ты тянешь время… — цедит Пантера, очевидно, злясь, что из-за меня откладывается его ночное рандеву.

— Чернов, мы с тобой закончили, — произношу, не дожидаясь ответа менеджера. — Я становлюсь в пару с Лёшей, а ты свободен…

И пока Герда не одумалась, спешу обрадовать Манула.

Знаю, что это не профессионально, но сейчас я слишком хрупкая и уязвимая.

К черту безответные чувства. Особенно, если рядом есть человек, который говорит мне:

— Энн, ты очаровательна. Я совершенно не могу оторваться от тебя.

Глава 23

Дан

Я надеялся на долгожданное облегчение.

Но оно, твою мать, не приходит.

Рядом с Ло меня форменно выворачивает наизнанку. Я дошёл до того, что злюсь на Лолу из-за того, что она хочет заняться со мной сексом.

Хуева ломка…

Меня носит от мысли расстаться и не обманывать девушку до желания окольцеваться с ней, отрезав себе этим все пути к отступлению.

Иногда у меня даже возникает ложное ощущение, что меня попустило.

Но стоит лишь увидеть Скрипку, и иллюзия исчезает.

Я скучаю…

Я уже дошёл до того, что считаю минуты до нашей совместной репетиции.

Бесхарактерный слабак!

Вот кто я…

Но мне пока ещё нужно время рядом с ней…

Время, которое Белова решительно сокращает…

Она куда-то стремительно исчезает, стоит мне только появиться. Танцует с Лехой. Фоткается тоже с ним. Изменила сюжетную линию нашего совместного клипа, став в сценическую пару со смазливым актеришкой.

И впору сказать:

— Ну и пусть…

Ведь мне самому хреново рядом с ней. Ощущение, что мышцы лопаются оттого, что я насильно удерживаю руки при себе.

Я хочу прикоснуться к Беловой.

Снова хочу усадить её на колени, обнять, прижать к себе и качать…

Про поцелуй я вообще молчу…

Запретная тема…

В общем, я двумя руками “за” наше дистанцирование.

Только вот одно “но”...

Скрипка слишком уж счастлива без меня. Она беззаботно улыбается, хохочет и просто великолепно справляется со своими чувствами…

А ведь это она, а не я, сказала, что влюбилась…

Врунья…

И эта ложь бесит меня…

Я словно специально ищу доказательства того, что Белова играла все это время со мной…

Я как воришка из-за угла подглядывать за её общением с Лехой.

И знаете что?

Им хорошо вместе…

Парень решительно подбирался к Скрипке, а она не бежит от него…

Вот они завтракают вдвоем. Манул что-то объясняет ей, приводит доводы, аргументирует. А она слушает, спрашивает, обдумывать.

А вот они отрабатывают финальный танец концерта. Мах, поворот, ошибка, а вместо недовольного вопля звонкий смех и задорная игра в догонялки.

Весело же…

Только вот не мне…

Я стопроцентно сделал лучше, что прекратил игры между мной и Скрипкой…

Ей лучше без меня…

И не зря она во всем выбирает не меня…

Леха — влюблённый по уши парень.

Барс — надёжный друг.

Мия — опытная коллега.

Идеальная компания…

Скрипка сделала правильный выбор.

Хотя нет…

В одном она прогадала.

Георг Зверев…

Этот словивший звезду актеришка не только лажал на съемочной площадке клипа, он ещё грубо подкатывал к Беловой.

— Ми, я не дождусь конца съёмок... Я убью этого извращугу раньше… — жаловалась разъяренная Белова подруге, не замечая меня. — Мало было того, что он вчера предложил мне отсосать ему, так сегодня он беспалевно приперся, когда я переодевалась, и очень так красочно описал мне, как бы он меня трахну. Притом не это даже добило меня. А то, что он назвал это премией за его превосходную работу. Боюсь, что я действительно выдам ему премию в виде собственных выбитых зубов. Я и так сдерживаюсь из последних сил…

По тембру голоса было очевидно, что Скрипка была в шоке и ярости одновременно. Не отрицаю, я был примерно там же. Руки бесконтрольно дергались, горя от желания вырвать с корнем причиндалы мерзавцу.

Но я, в отличие от Скрипки, не сдерживался. На следующий же съемочный день я подловил этого придурка Георга, заломал руку и