Он сидел у меня на груди, смотрел спокойно, даже лениво, и продолжал водить своим шершавым языком по моей скуле, словно это было самое обычное дело. В его глазах горели золотые искры, будто сам свет струился изнутри. А потом он зевнул. У него было три ряда зубов — маленьких, острых, как иглы.

«Он что, собирается меня съесть?» — мелькнуло в голове, и от этой мысли по спине пробежал холодок.

Я перестала дышать, а потом закричала — от первобытного ужаса, который вырвался наружу раньше, чем я успела его подавить. В груди что-то оборвалось, сердце заколотилось с такой силой, что застучало в висках. Мой крик, кажется, напугал кота даже больше, чем меня саму — он мгновенно спрыгнул с моей груди и, даже не оглянувшись, растворился в фиолетовых тенях подлеска.

Это не сон. Слишком реально.

Я зажмурилась, пытаясь дышать ровнее, и отсчитала про себя: раз-два — вдох, три-четыре — выдох, а на пять открыла глаза.

Надо мной, в бирюзовом небе, висели два солнца. Одно — жёлтое, почти родное, но какое-то бледное и призрачное, будто его нарисовали поверх настоящего неба. Второе было малиновым шаром раскалённого угля, и от него по коже разбегались тёплые, тревожные блики.

Лес вокруг оказался чужим — деревья с аметистовой корой, пронизанной серебристыми жилами, листья переливались рубиновым и индиго, а воздух искрился и покалывал кожу, как статическое электричество перед грозой.

— Где я? — прошептала я, и мой голос прозвучал чужим и хриплым, будто я долго кричала или не пила воды несколько дней.

В ответ — только тишина. Ни птиц, ни жужжания насекомых, ни шороха мелких зверей. Ветер шелестел листьями, и в этом шелесте мне чудился сдавленный, насмешливый смех.

Я поднялась на дрожащих ногах. Под ботинками земля пружинила, будто живая. Я дотронулась до мха у корней дерева — и он мгновенно съёжился, свернувшись в тугой изумрудный комочек. Сердце ухнуло куда-то вниз. Это не может быть реальным. Я сплю. Или сошла с ума.

Лязг металла, резкий и близкий, заставил меня вздрогнуть. Сердце подскочило к горлу. Я инстинктивно прижалась спиной к шершавому стволу, когда из-за деревьев вышли люди.

Их было пятеро. Они двигались бесшумно, и доспехи на них были странными — тёмные, переливающиеся глубоким сине-фиолетовым, будто жидкий металл, который дышал и двигался вместе с ними. Я не знала, что это за материал, но выглядело это дорого и опасно. Они окружили меня полукольцом, и их взгляды — тяжёлые, изучающие — скользили по моей грязной одежде, по лицу, по дрожащим рукам.

Я застыла, не в силах пошевелиться.

— Ты кто? — спросил высокий. Голос низкий, без всякой интонации.

— Лилия, — выдавила я. В горле пересохло.

— Как ты здесь оказалась?

— Не знаю. Меня затянуло в синюю воронку. Я очнулась здесь.

Он посмотрел на меня. Потом перевёл взгляд на женщину с серебряными волосами.

— Она прошла сквозь Пелены, — сказала та. Голос тихий, ровный. Её белые глаза смотрели сквозь меня, будто видели что-то, чего я не замечала. — Я чувствую магический фон. Он чужой. Не наш.

— Что? — я переводила взгляд с одного на другого. — Какие пелены?

— Граница между мирами, — ответил он. — Та самая воронка, про которую ты сказала.

— Но я не... — я запнулась. — Я не проходила через никакую границу. Меня просто засосало.

— Значит, тебя кто-то затянул, — перебил он. — Специально.

Я молчала. В голове шумело.

— Где я? — спросила наконец. — Это не Земля?

— Нет, — сказала женщина с серебряными волосами. — Ты в Астрариуме.

Я обвела взглядом фиолетовые деревья, два солнца в небе, воздух, который покалывал кожу.

— И что теперь? — спросила я.

— Теперь пойдёшь с нами, — ответил высокий. — Если хочешь выжить.

Земля содрогнулась.

Отряд преобразился мгновенно — в руках воинов вспыхнуло оружие, они развернулись полукругом, прикрывая меня.

— Идут, — тихо сказал рыжий.

Я не поняла, кто именно идёт, но спрашивать не стала — по лицам было ясно: сейчас не до вопросов.

Пахнуло озоном и гнилью. Тени между деревьями зашевелились, сгущаясь в высокие, худые фигуры в тёмных плащах. Вокруг них клубился ядовито-зелёный туман, мерцающий мелкими рунами.

Высокий воин резко оттащил меня под сень огромного дерева с серебристой корой.

— Молчи, — его голос был почти беззвучным, но я чувствовала его горячее дыхание у виска. — И не двигайся.

Небо потемнело. Огромная тень накрыла лес, воздух стал тяжёлым, будто перед ударом. Я подняла голову и замерла.

Дракон.

Он парил над нами — чёрный, с чешуёй, переливающейся золотом в тех местах, куда падал свет малинового солнца. Огромные крылья рассекали воздух с глухим свистом. Его глаза горели расплавленным рубином, и они смотрели прямо на меня.

— Темные пришли за тобой, — прошептал рыжий воин, вжимая меня в землю. — Не вздумай пискнуть.

Горло дракона вспыхнуло алым, и рев обрушился на лес — не просто звук, а физическая волна, от которой задрожала земля и посыпались листья. Звук ударил по ушам, вышибая остатки мыслей, наполняя сознание одним лишь животным ужасом.

2 глава

Кора дерева впивалась в спину. Холодная, шершавая. Я прижималась к стволу и старалась не дышать.

— Они пришли за тобой! — голос командира всё ещё звенел в ушах.

В груди, где-то глубоко, пульсировало странное тепло. Я не понимала, что это, и боялась думать об этом.

Воздух перед Тёмными магами задрожал. Зелёный туман, светящийся мелкими рунами, полз по земле — и корни под ним чернели.

— Что они... — начала я.

Рыжий воин сжал моё плечо. Пальцы дрожали, но хватка была мёртвой.

— Тише, — прошептал он. — Любой звук...

Он не договорил. Я и так поняла.

Старший Тёмный поднял руки. На пальцах — длинные, синеватые ногти. Он водил ими по воздуху, и там оставались светящиеся следы. Яркие. Болезненные.

Между ними родилась синяя точка.

Она росла. Пульсировала. Растягивалась в вертикальную щель с рваными краями. Изнутри доносился звук — не то стон, не то вой, не то шёпот. Он сверлил голову, сводил скулы.

Из портала хлынул ветер. Пахло озоном, пылью и чем-то сладковатым — тем, что бывает, когда долго не убирают в морге.

А потом оттуда потекли они.

Существа. Я не знала, как их назвать. Они двигались рывками — как куклы, у которых обрезали нитки. Конечности гнулись под неестественными углами. Глаза-бусины смотрели сразу во все стороны. И они визжали. Пронзительно. Так, что хотелось зажать уши и упасть на землю.

— Occidite! — проскрежетал Старший Тёмный.

Твари ринулись.

Командир шагнул им навстречу. Я видела, как на его руках проступила чешуя — тёмная,