— Никакой магии, — Захребетник отпустил смешок. — Змеи не дуры, чтобы кусать меня. Это, знаешь ли, чревато нехорошими последствиями, и они это чуют.

Мы прошли через пещеру со змеями, и Захребетник вернул мне управление.

«Теперь прямо, и никуда не сворачивай. Мы почти у цели».

Золота вокруг становилось всё больше. Пока всё вокруг не стало блестеть жёлтыми всполохами. Стены словно отлили из чистого металла, пол под ногами был из него же. А возле стен тянулись вверх золотые цветы с тонкими сусальными листьями. Свет магического светлячка отражался от этого великолепия и слепил меня золотым блеском.

«Неплохо, однако, змеюка устроилась. Да не жмурься ты так, сейчас поправлю».

Захребетник что-то сделал, и магический светляк начал излучать мягкий рассеянный свет, почти не дававший бликов.

Проходя мимо странных куч, я заметил, что они сложены из золотых монет. Не только российских, но и заграничных.

«Хозяйственный какой, — хмыкнул Захребетник. — Всё в дом тащит».

— А где сам Полоз?

«Не знаю, точно не здесь — я его не чувствую. Видать, утомился, девицу похищая, и уполз отдыхать. Кстати, мы на месте».

В очередной пещере не было ни куч монет, ни золотых цветов. Зато ровными рядами стояли большие полукруглые штуки из хрусталя, похожие на здоровенные бочки, утопленные в полу. Я подошёл к ближайшей и вздрогнул, когда разглядел содержимое.

Внутри хрустальной глыбы лежала девушка. Застывшая и бездыханная, словно её заживо заморозили. Но в то же время и мёртвой она не выглядела, скорее спящей очень-очень крепким сном.

Захребетник обрадовался непонятно чему и моим голосом громко продекламировал:

— В той норе, во тьме печальной,

Гроб качается хрустальный

На цепях между столбов.

Не видать ничьих следов

Вкруг того пустого места,

В том гробу твоя невеста!

Я закашлялся.

— Это ты в каком смысле?

«Не читал, да? Отлично подходят к этому месту».

Ошарашенный таким зрелищем, я ходил между хрустальных «гробов», глядя на лежащих в них девушек. Их было много, несколько десятков. Все молодые, в самом расцвете красоты.

— Зачем он их здесь хранит? Да ещё в таком виде.

«Откуда я знаю? Коллекцию, может, собирает. Потом долгими зимними ночами ползает, любуется».

В одном из дальних хрустальных саркофагов я нашёл Елизавету. Лицо у девушки было спокойное-спокойное, будто никакой Полоз её не крал, и она просто прилегла отдохнуть после трудного дня.

— И как мне её вытаскивать?

«Я тебе стихи для чего читал? Эх ты, не знаешь классику. Поцеловать её надо!»

— Эээ…

«Соберись, Миша. Открывай хрустальный гроб и целуй. Никакого подтекста здесь нет — обычный ключ для прерывания магического стазиса. На тебя это не накладывает никаких обязательств, да и она не будет помнить, как её будили».

— Да я не об этом! Как оно открывается?

«Вон там сбоку возьмись и сдвигай. Ага, вот так! Молодец, возьми с полки пирожок».

Хрустальная крышка беззвучно съехала в сторону и спряталась в нижней части саркофага. Я осторожно коснулся руки Елизаветы. Тёплая!

«А ты чего ожидал? Я же сказал — обычный стазис. Целуй давай!»

Я наклонился и осторожно коснулся губ девушки. В тот же момент она вздрогнула и сделала вдох.

«Отлично! Теперь надо чуть-чуть подождать, пока она очнётся».

Захребетник осмотрел зал моими глазами и мысленно поморщился.

«Нехорошо остальных здесь оставлять».

— И что прикажешь? Мне их всех целовать, что ли?

«Вы посмотрите на него, какая цаца! Девушек ему целовать не нравится. Сам всё сделаю!»

Он отобрал у меня управление, буркнул, чтобы я не подглядывал, и «закрыл рукой» мне глаза.

— Чтобы не смущался, — усмехнулся он, — когда я их целовать буду.

На моё возмущение он лишь отмахнулся и попросил не мешать. Мне осталось только «сидеть взаперти» и слушать, как он открывает крышки хрустальных саркофагов.

— Вроде всё. — Голос у Захребетника был страшно довольный. — Теперь можно эвакуировать похищенных на поверхность.

«Слушай, а не боишься, что Полоз сейчас сюда заявится?»

— Придёт — разберёмся. Но вряд ли он появится, если до сих пор ничего не почуял. Это же самое сердце его владений, он даже представить себе не может, что кто-то сюда явился без приглашения. Всё, пора тебе работать: бери девиц и выводи их к людям.

Он резко вернул мне зрение и управление. Все хрустальные саркофаги стояли открытыми, девицы в них ещё не успели проснуться, но некоторые из них громко сопели, а парочка даже слегка похрапывала.

Я вернулся к саркофагу с Елизаветой. Княжна уже начала шевелиться и даже сделала попытку сесть. Пришлось мне немного помочь ей, чтобы ускорить процесс.

— Елизавета Фёдоровна, как вы себя чувствуете?

Девушка меня будто не услышала. Сидела на месте и смотрела перед собой отсутствующим взглядом.

«Нормально с ней всё, не переживай. Нужно время, чтобы она пришла в себя».

— Вставайте, Елизавета Фёдоровна.

Взяв её за руку, я помог княжне вылезти из хрустального саркофага. Она медленно выполняла мои команды, словно продолжая спать на ходу.

«Так даже лучше. Проще будет этих девиц вывести на поверхность. Давай, поторапливайся, а то и правда Полоз явится».

Заторможенных девиц я по очереди вытаскивал из саркофагов и собирал в одну кучу. Одни были одеты в нарядные сарафаны, другие в крестьянские платья, третьи — как богатые горожанки, только наряженные по давно ушедшей моде. Попалась даже одна красавица с набеленным лицом в парике и одежде времён государя Петра Алексеевича.

«Хе-хе, — Захребетник рассмеялся. — Это Полоз у кого такую мадам украл? У заезжего из Петербурга чиновника?»

— Что с ними делать теперь? У них, наверное, и родных уже не осталось.

«Пусть с этим Горное ведомство разбирается, а мы свою работу должны выполнить. Поторопись, надо их выводить побыстрее».

Честно говоря, задача показалась мне нереализуемой. Как вести через подземелье кучу девиц, находящихся в сумеречном состоянии сознания? А у меня даже верёвки нет, чтобы они все за неё взялись. Пришлось выстроить их цепочкой и заставить взяться за руки. На всякий случай, чтобы никто не потерялся, я срезал у одной девицы ленты с головного убора и перевязал им запястья.

Первой в этом импровизированном «поезде» я поставил Елизавету. Взял её ладонь, оглянулся, что все на своих местах, и, как паровоз, потянул состав вперёд.

«Прямо двигай, — подсказал Захребетник. — Я скажу, когда поворот будет».

— Там дыра уже закрылась, наверное.

«Ничего, я другим путём вас выведу, ещё лучше будет. Вперёд!»

Глава 2