и начал выносить вещи. Вначале я подумал, что он просто издевается, так часто ходя туда-обратно, но затем понял всю опасность вещей, что мне вручали.

Одного яда, если склянки разобьются, хватит, чтобы умертвить несколько сотен человек. Бутылки с трижды отстоянным маслом, судя по виду, хранились в запечатанных бочках, наполненных водой — для большей безопасности. И только с дымовыми шашками дело обстояло куда спокойнее. Их главное свойство — жирный тяжелый дым, который должен заполнять несколько сотен метров, закрывая бойцов от противника.

— Будьте крайне осторожны с выбранными вещами, — покачал головой стражник. — И постарайтесь не уронить сосуды в процессе, иначе сражаться будет некому.

— Спасибо за заботу, — кивнул я, с трудом поднимая все причитающееся. — Провожать не надо.

— Даже не собирался, — пожал плечами охранник, возвращаясь к своим делам. Удивительно спокойная личность, черт его дери! Но ведет он себя абсолютно правильно. В конце концов, он в самом безопасном месте академии, которая сама является неприступной твердыней. Если уж этот зал падет, то я даже не знаю, что выдержит нападение. Хотя нет. Знаю.

Лаборатории в подвалах. Они не выходили у меня из головы уже несколько месяцев, с тех пор как я спустился. И сегодня я обязан получить последний фрагмент паззла. Спустившись в лазарет, я все же дождался появления Хотару. Осунувшаяся эльфийка обняла меня, прижавшись упругими грудями, и сдавила так, что чуть склянки не лопнули.

— Во имя всех богов, как же я рада, что ты жив! — улыбнулась доктор. — Несешь припасы на стену?

— Да, можно и так сказать, — кивнул я, не став вдаваться в подробности. — Прошу прощения, госпожа. У меня очень важный и неотложный вопрос. Вы помните, четыре с половиной года назад, когда я только поступил в академию, в тот вечер был дождь?

— Дождь? — ошарашенно переспросила эльфийка. — Это было так давно… К тому же ты поступал зимой… вполне возможно, что и дождь тогда был… Прости, но какое значение это имеет прямо сейчас? Остров находится на грани гибели, мы готовимся к изоляции и жизни в этой башне…

— И можем оказаться во власти похитителя детей. Простите, если смущаю, но это очень важно. Я, кажется, вычислил его, мне осталось совсем немного. Дождь! Вы помните, был ли он в те дни?

— Я… нет, — покачала головой доктор. — Прости, Вал, но я не помню. Сейчас на меня слишком много всего навалилось.

— Ничего страшного. Вы вспомните, — улыбнулся я, помахав на прощание Хотару. — Я вернусь к завтрашнему вечеру, и мы обязательно продолжим разговор! — Я успел сбежать до того, как врач что-то сказала, но на самом деле ответ уже был у меня в кармане. Она знала, что я занимаюсь поиском Хироши, и вряд ли бы забыла, что в тот вечер пыталась меня убить. Если была в сознании. Оставалась лишь пара штрихов, и у меня окажутся все доказательства вины Шунюана. И тогда, при показаниях мастеров, он уже не сможет отвертеться.

Глава 39

— Копейщики, вперед! — услышал я зычный голос Гуанюя задолго до того, как оббежал клановый дом. На ходу скинув припасы в телегу, я скрутил части глефы и успел как раз вовремя, чтобы увидеть знаменитый залп копейщиков Фенг. Сотня дротиков единой волной ударила в подползающих к укреплениям трехметровых крабов, тянущих на себе гигантские ракушки — башни. На их вершине сидели наги, обстреливая обороняющихся. За один залп Фенг прикончили около десятка стрелков, но врагов все еще оставалось слишком много. И пусть действия воинов впечатляли, эффективность их оставалась далека от идеала, ведь против них шли не звери, а обученная и хорошо вооруженная армия.

— Цельтесь в глаза и головы! — крикнул я, перескакивая через небольшой вал, утыканный кольями, и направляясь к ближайшей твари, потерявшей седока. — И во всадников! Крабов можно убить и позже, они лишь животные.

— Куда ты⁈ — недоуменно крикнул Ичиро, державший оборону вместе с Куватом, а вот Гуанюй понял мою задумку без слов. Новоиспеченный владыка в несколько длинных прыжков обогнал меня и, когда я еще только приближался к крабу — а скорее, омару или лобстеру, — уже схватил тварь за ус, направляя на ближайшего противника.

Мне пришлось куда тяжелее — зверь повел себя крайне агрессивно: вероятно, не приняв меня за своего законного владельца. И с чего бы? Может, у меня хвоста змеиного нет, или одежда на теле? В любом случае допытываться я не стал, а, поднырнув под гигантскую клешню, прыгнул ему на голову, хватаясь за усы и разворачивая от укреплений на врага. Тварь сопротивлялась, стрекотала жвалами, но все же повернула куда надо.

И все равно Гуанюй оказался первым. С его стороны раздался треск, будто столкнулись две скалы, и, мельком оглянувшись, я понял, что почти так оно и было. Бронированные твари терлись панцирями, норовя превратить любого оказавшегося между ними в мелкую труху. Острые клешни щелкали в воздухе, а владыка лишь раззадоривал противников, тыча в их морды копьем.

Стараясь не отставать от мастера, я заставил своего зверя протаранить вражеского монстра и тут же, отрубив обоим усики, спрыгнул. Обезумившие от боли и потери управления существа с ревом кидались друг на друга и на всех окружающих, ломая ряды наг, и те быстро сообразили, кто главный виновник происходящего, накинувшись на меня с разных сторон.

Может, это были новобранцы, или вода ужа высохла на их телах и глазах, но морские воители оказались куда медлительнее, чем я ожидал. Нет, они все еще могли с легкостью прикончить меня или любого другого воина, просто взяв количеством, но благодаря вовремя нанесенному яду я без труда уходил от атак противника. Одного неглубокого пореза оказывалось достаточно, чтобы движения почти прекращались.

Хватая ртом воздух, враги хватались за горло и падали на землю, корчась в муках. Что не укрылось от глаз командира, на своем шипящем наречии немедля отдавшего приказ к атаке. На этот раз — гарпунами. Теперь уже мне пришлось несладко. Уворачиваясь от зазубренных наконечников, я активировал око урагана и армию призраков, посылая их перед собой.

Противники, безуспешно пытающиеся разрубить эфемерные тела, в панике посылали сотни дротиков, но ни один из них даже не коснулся меня, наблюдающего за бойней из-за кромки наспех возведенного вала. Воспользовавшись короткой передышкой, лучники Джен уже сменили опустевшие колчаны и теперь на борющихся с иллюзиями наг обрушились