ее отношения с женатым Скворцовым. Не вижу ничего невозможного в этой версии…

– Максим Николаевич, – ахнула Валя.

– Оксана вернулась вместе с Бусько на автобусе после торжественного ужина в школе. Она не ходила на литературный вечер, а после убийства отказалась впустить к себе в номер оперативника. И – вишенка на торте – она живет через стенку с Анной Горюновой, и их балконы соединяются между собой.

– Но как могла немолодая женщина…

– Эх, солнышко, ты не знаешь, на что способна женщина, когда она танком прет к своей цели, но вдруг появляются помехи… В общем, берите ее в разработку с Ильей. Только очень осторожно, не наломайте дров.

Глава 31. Вечер в баре

Илья и Валентина сидели в полупустом баре гостиницы за угловым столиком. За окном опускались сумерки, а внутри горел приглушенный свет настольных ламп. Бармен лениво протирал бокалы за стойкой.

– Знаешь, Валя, – сказал Илья, отпивая из бокала с коньяком, – хочу отметить сегодня окончание сложной трудовой недели.

– Еще не закончилась, – улыбнулась Валентина. – Дело-то не раскрыто… Не оглядывайся и чуть-чуть голову влево… Оксана Ивановна следит за нами…

– Тем более. По такому поводу я приглашаю тебя к себе, – Илья наклонился ближе. – В программе – шампанское, конфеты ассорти львовской фабрики «Светоч» и не очень спелые аджарские мандарины.

Валя рассмеялась:

– А потом кто-нибудь из постояльцев увидит, как я в полночь на цыпочках ухожу из твоего номера.

– А ты не уйдешь, – серьезно сказал Илья. – Останешься до утра.

В глазах Валентины мелькнула нежность, но прежде чем она успела ответить, в бар влетел Иван Косуло. Он метался взглядом по залу, ища милицию, и со словами негодования кинулся к их столику.

– Товарищ оперативник! – воскликнул он, тяжело дыша. – Безобразие! Кошмар! Меня обворовали!

– Что случилось, Иван Афанасьевич? – спокойно спросил Илья.

– Когда я был на ужине и оставил номер незапертым – мне ведь нечего скрывать! – кто-то подло похитил мой альбом! – Косуло размахивал руками. – Самое дорогое, что у меня есть, – вырезки из газет и журналов со статьями обо мне!

Глаза ветерана за толстыми стеклами очков блестели от слез.

– Вы хорошо искали? – осторожно спросила Валентина, помня, что видела этот альбом во время своего «визита» в его номер. – Может быть, оставили его во время выступлений перед пионерами или на телевидении?

– Нет-нет! – категорически отрицал Косуло. – Еще сегодня утром он был на своем месте, на столе! Я его каждый день просматриваю перед сном!

Тут внимание Косуло переключилось на Валю.

– Вот вы, товарищ корреспондент, скажите, это разве нормально?!

– Это ненормально, – согласилась Валентина.

– Вы же из «Советской культуры»? Вот и напишите статью о культуре в наших гостиницах, где среди бела дня запросто могут унести личные вещи.

– Мы обязательно разберемся, – пообещал Илья. – Составьте заявление о краже и отнесите его в районное отделение милиции.

Когда Косуло ушел, продолжая ворчать и причитать, Валентина задумчиво покачала головой:

– Не понимаю, кому этот альбом мог понадобиться. И мне жалко Косуло. У него ведь ничего не осталось, кроме прошлого, его подвигов. Убери их – и останется пустое место.

– Да, грустно, – согласился Илья.

– Завтра разберемся, – вздохнула Валя. – А пока…

– А пока пошли ко мне, – предложил Илья, вставая из-за стола. – Шампанское ждет.

Они вышли из бара и поднялись на лифте на четвертый этаж. В тесной кабине Илья осторожно обнял Валентину за плечи и поцеловал. Она не отстранилась, прижавшись к нему всем телом.

– Только никаких обещаний, – шепнула она. – Просто будь со мной сегодня.

– Буду, – пообещал он. – Всегда буду.

Лифт остановился на их этаже, двери разъехались. Впереди их ждала ночь, а завтра – новый день расследования и, возможно, разгадка всех тайн этого странного дела.

Глава 32. Вечерняя слежка

В номере Ильи горел приглушенный свет настольной лампы. Шампанское «Советское» шипело в стаканах, на столе лежали конфеты львовской фабрики «Светоч» и небольшая горка мандаринов.

Илья поднял стакан и посмотрел в глаза Валентине:

– За нас. За то, чтобы у нас все получилось. Потому что я вижу свое счастье только в союзе с тобой. Я буду верным мужем, буду любить тебя всегда.

Валентина слегка покраснела от его слов:

– И я хочу попробовать. Хочу поверить, что у нас может быть будущее.

Они чокнулись, но не успели даже отпить шампанское, как Валя вдруг замерла, глядя в окно.

– Илья, смотри! – она указала на улицу.

По тротуару быстро шла Оксана Мельник. Женщина постоянно озиралась по сторонам, явно нервничала.

– Странно, – пробормотал Илья. – В такое время, да еще и ведет себя подозрительно…

– Проследим за ней? – предложила Валентина.

– Конечно. Давай быстро одевайся!

Через пару минут они выбежали на улицу. Пришлось немного пройтись по улице в сумасшедшем темпе, но вскоре они увидели Оксану. Женщина быстро шла по улице Коперника, продолжая оглядываться. Людей в вечернее время здесь было достаточно много, поэтому она не заметила среди них преследователей.

Наконец Оксана свернула и зашла в здание узла междугородней связи. Илья и Валентина остались снаружи, наблюдая через большое окно.

Они видели, как Оксана подошла к окошку телефонистки, что-то сказала, заказывая переговоры. Затем села на стул в зале ожидания. Через несколько минут ее пригласили в телефонную кабинку.

Разговор был очень коротким – не больше минуты. Оксана вышла из кабинки раскрасневшаяся, но с заметным чувством удовлетворения на лице. Поправила прическу, привела себя в порядок и направилась к выходу.

Обратно она шла медленно, не торопясь, расправив плечи. На лице блуждала довольная улыбка. Остановившись у яркой витрины, достала сигареты и закурила.

– Быстро! – шепнул Илья, и они забежали в переговорный пункт.

Илья показал удостоверение дежурной телефонистке:

– С каким городом только что были переговоры, которые заказывала женщина в темном пальто?

– С Тернополем, – ответила телефонистка, не задавая лишних вопросов.

На улице Илья и Валентина переглянулись.

– Она звонила жене Скворцова, – понял Илья. – Районный судья в Тернополе.

– Если так, то она подписала себе приговор, – мрачно сказала Валентина. – Районный судья – это большая величина. А областной судья нашу Оксану просто в порошок сотрет.

– Что она могла ей сказать? – размышлял вслух Илья.

– Наверняка рассказала про их с Сергеем роман. Надеется, что жена сама от него уйдет и тогда Скворцов будет свободен.

– Наивная, – покачал головой Илья. – Такие женщины просто так своих мужей не отпускают. Особенно когда у них власть и положение.

Они медленно пошли обратно к гостинице. Романтический вечер был чуть смазан, но теперь у них появилась новая информация о мотивах и взаимоотношениях подозреваемых.

– Боюсь, что завтра нас всех ждут новые неприятности, – сказала Валентина, беря Илью под руку.

– Посмотрим, – ответил он. – А пока вернемся. Шампанское выдохлось, но мандарины еще можно спасти.

Валя улыбнулась, и они ускорили шаг. Улица Коперника вечернего Львова была полна жизни. С потемневшего неба сыпалась мелкая снежная крупа, которая тут же таяла на теплом асфальте. Прохожие ежились в пальто, и изо рта у всех валил белый пар.

По рельсам с грохотом катил трамвай, искры сыпались с проводов. В освещенных витринах магазинов красовались товары – книги, игрушки, продукты. Женщины