Он поворачивает голову, и я тону в его потемневших глазах.

— Вот мне интересно, Рита. Девятнадцать лет, такая фигура, характер... Почему у тебя до сих пор парня не было? Неужели никто не рискнул подойти?

Смотрю на него и понимаю: я не могу сказать ему, что ждала именно такого, как он. Слишком честного, слишком сильного, от которого дыхание перехватывает. Мужчину, рядом с которым просто обо всем забываешь.

40

— Парня? — я невесело усмехаюсь, глядя на свои переплетенные с его пальцы. — Рус, ты серьезно? Когда мне было по свиданиям бегать? С восьми утра пары, потом бегом в ресторан, до полуночи по локоть в мыльной воде, а ночью и в выходные — попытки не вылететь из института. Моя романтика ограничивалась учебником латыни и ссорами с администратором из-за разбитого соусника. Мне было просто… не до того.

Замолкаю, чувствуя, как ветер с реки холодит кожу. Но Руслан не дает мне отвернуться.

Он медленно выпускает мою ладонь и берет меня за подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза. В его взгляде глубокое, темное море, которое затягивает меня без остатка.

— Значит, ждала, — почти утвердительно роняет он. Его голос вибрирует у меня в груди.

Он подается вперед. Медленно. Давая мне время сбежать, но я только сильнее вжимаюсь в него, затаив дыхание. Руслан притягивает меня к себе за талию, усаживая на свои колени. Чувствую его мощные бедра, жар, исходящий от его тела сквозь ткань костюма.

Его губы накрывают мои. Целует меня нежно, но с такой сокрушительной силой, что у меня перед глазами вспыхивают искры. Его язык медленно исследует мой рот, диктуя ленивый и глубокий ритм. Одной рукой он поддерживает меня за затылок, пальцы зарываются в волосы, а вторая ладонь — тяжелая, горячая — медленно ведет по моему позвоночнику вверх-вниз, заставляя меня выгибаться навстречу.

Исчезаю в нем. Каждая клеточка тела кричит о том, что это — награда. За все те смены, за усталость, за одиночество в общежитии вдали от семьи. Его губы — мягкие и одновременно властные — клеймят меня, стирая все, что было «до». Я вцепляюсь в его плечи, чувствуя под пальцами живую, пульсирующую силу.

Рус отстраняется всего на миллиметр, обжигая мои губы своим дыханием.

— Хорошая девочка, — хрипит он, и в этой фразе столько мужского признания, что у меня перехватывает горло. — Больше никакой посуды, Рита. Никаких «не до свиданий». Тянуть все на себе — плохая тактика. Теперь тебе есть на кого опереться.

41

Ночь в его спальне не похожа на безумство в кабинете. Мы почти танцуем, пока медленно раздеваем друг друга, исследуя теперь уже родную кожу и перемежая отбрасывание лишней ткани поцелуями.

Руслан ведет себя непривычно. Будто действительно боится сломать. Его огромные ладони скользят по моему телу, запоминая каждый изгиб, каждую родинку.

В темноте он кажется мягче. Он прижимает меня к себе, и я чувствую, как его тяжелое тело накрывает мое, даря ощущение абсолютной защиты.

Это такая нежность. Грубая, мужская, но такая искренняя, что у меня щемит в груди. Я растворяюсь в его рваном дыхании, в том, как он собственнически переплетает наши пальцы.

Мы занимаемся любовью долго, в такт шуму дождя за открытым панорамным окном. Его толчки глубокие, уверенные, наполненные какой-то новой силой. Я выгибаюсь навстречу, ловя его губы своими, подстраиваясь под его движения на этой огромной кровати.

Руслан совсем не торопится. Нависает надо мной, упираясь локтями в матрас, и я чувствую всем телом его тяжесть. Приятный, плотный вес, который не дает пошевелиться. Его кожа влажная и горячая, она липнет к моей, стирая границы.

Ровный, мощный ритм, который так идеально подходит моему телу. Плотнее прижимаюсь к нему бедрами, позволяю развести их как можно шире. Внутри нарастает густой, тягучий жар.

Его руки творят что-то невероятное и запредельное с моей кожей. По ощущениям меня касаются не пальцы, а что-то почти невесомое, мягкое. Будто он просто перемещает по мне теплый воздух. Почти не задевая.

Тело расслабляется под ним до какого-то совершенно не привычного парящего состояния. Кажется, что он знает меня лучше, чем я сама. Каждое его действие заставляет дышать чаще, стонать сильнее, показывая, насколько с ним хорошо и что хочу еще.

Руслан коротко и хищно улыбается. Честно говоря, начинаю подозревать, что он уже умеет читать все мои мысли. Опускает голову, зарываясь лицом в изгиб моей шеи. Его горячее дыхание обжигает кожу, а щетина слегка царапает плечо. Он не говорит ни слова, только дышит — тяжело, рвано, прямо мне в ухо.

Ритм ускоряется. Я чувствую, как его движения становятся короче и жестче. Он вжимает меня в кровать так сильно, что я перестаю чувствовать что-либо, кроме его присутствия.

А больше ничего и не нужно. Почему-то именно сейчас, когда все лишнее сброшено, воображение рисует его жизнь до шикарных домов и квартир. И мне кажется, что мне бы и тогда с ним было хорошо.

Так же запредельно, как сейчас. Это так просто и так правильно. Без лишних слов. Только его вес и эта нарастающая волна, которая вот-вот накроет нас обоих.

Сначала Руслан доводит до края меня. Кажется, что лечу с обрыва. Невольно сильнее прижимаюсь к нему, пытаюсь ухватиться за что-то. В итоге, просто впиваюсь ногтями в его плечи, оставляя на них яркие следы.

Вскоре и Рус замирает. Вдавливается в меня всем телом. И я обхватываю его, стараясь продлить приятное послевкусие. И он остается внутри, тяжело навалившись на меня. Слышу, как его сердце колотит по моим ребрам — гулко и часто.

Когда я его все-таки отпускаю, медленно перекатывается на бок, увлекая меня за собой. Не размыкая объятий, он прижимает меня спиной к своей груди и накрывает нас тяжелым одеялом. Подтыкает края, создавая вокруг нас тесное, закрытое пространство. Его рука, все еще горячая, ложится мне на бедро и начинает лениво, почти неосознанно поглаживать кожу.

Я лежу в этой тишине, чувствуя его ровное дыхание у себя на затылке. Его пульс постепенно замедляется, становясь спокойным и уверенным.

— Рус… — шепчу я в темноту, боясь разрушить этот момент. — Мне завтра в институт надо. Хвосты закрывать.

Он молчит несколько секунд, вдыхая запах моих волос.

— Отвезу с утра, — роняет он низко и сонно.

Улыбаюсь в темноту.

— И еще… я завтра хочу домой съездить, — замираю, ожидая его ответа. — Ты не против?

Руслан чуть сильнее сжимает мое плечо.

— Конечно, Рита. Вечером уже водитель отвезет. Сам