– Значит, вы считаете, что женщина должна выбрать, чего она больше хочет, науку или семью? – перефразировала хозяйка свой вопрос.

– Именно. Увы, но без жены в доме, это уже не семья будет, а только название одно. И то, что муж иной раз по делам уезжает, ничего не значит. Так ведь от создания мира повелось. Мужу на мамонта охотиться и с врагами драться, а жене в пещере огонь беречь и детей поднимать, – добавил он, намеренно повергая женщину в некоторую оторопь от подобных высказываний.

– Однако и аргументы у вас, – покачала хозяйка головой.

– Так ведь правда всё. Не нами этот мир придуман, не нам его уклад и ломать, – нашёлся Егор.

– Что ж, теперь я понимаю, почему вы с вашей девицей расстались, – задумчиво хмыкнула Марья Сергевна. – Племянница моя тоже б сбежала.

– Бог им судья, – вздохнул Егор. – Вы, Марья Сергеевна, лучше скажите, зимой на волка нам приезжать ли, или письма вашего дожидаться? – сменил парень тему.

– Приезжайте. Вот как снег ляжет, так и приезжайте, – решительно закивала женщина.

* * *

Приехавшая от службы дяди молодая пара заставила Егора слегка насторожиться. Из курса истории он не помнил, чтобы в делах внешней разведки в этом времени использовали семьи. Но дело есть дело, так что, перехватив гостей перед заставой, он со своими казаками повёл их в обход городской черты. В дом пара заселилась так, что никто из соседей и не понял, что теперь тут кто-то проживает.

Впрочем, и соседей-то тут было не много. Соседние особняки стояли примерно метрах в трёхстах от подконтрольного ему дома, так что заглянуть через забор ни у кого из соседей бы не получилось. Благо широкое подворье и высокий забор позволяли службе сохранять инкогнито своих подопечных. Казаки, направленные парнем для несения охраны, получили все нужные распоряжения и тут же занялись делом.

Егор же, убедившись, что гости устроены и им всё нравится, отправился по своим делам. Суматоха с большой охотой улеглась, его соседи получили весьма действенную помощь в сокращении кабаньего поголовья, так что теперь можно было заняться и самим собой. Усевшись в карету, парень чуть подумал и, махнув на всё рукой, скомандовал кучеру:

– В кофейню, Никита. Подумать надобно.

– Слушаюсь, Егор Матвеич, – отозвался возница и ловко щёлкнул бичом.

Спустя примерно час карета остановилась у заведения, и парень, выбравшись из салона, скомандовал, окидывая своё сопровождение внимательным взглядом:

– В трактире подождите. Мне подумать надобно.

– Покоен будь, барин, дождёмся, – с улыбкой заверил его седоусый десятник.

Парень прошёл в кофейню и, устроившись за столиком, бросил в широкое окно взгляд, чтобы убедиться, что его люди не остались на промозглом осеннем ветру. Но, к его удивлению, казаки разделились. Елизар, ставший его тенью, вместе с Никитой отправились в трактир, а пара казаков сопровождения, спешившись и привязав коней к коновязи, дружно закурили, встав рядом с каретой и регулярно поглядывая на кофейню, словно ожидали нападения.

Сам Егор такой команды им не давал, так что был приятно удивлён, что нанятые им бойцы сами начали выстраивать службу так, чтобы исключить любую опасность для него. Подскочивший половой улыбнулся и, коротко уточнив, не хочет ли гость поменять заказ, исчез, чтобы спустя несколько минут ловко накрыть на стол уже привычным набором. Поблагодарив его кивком головы, парень пригубил напиток, запив кофе водой, прикрыл глаза, наслаждаясь вкусом.

Вошедшего в кофейню князя Ростовцева он узнал сразу, едва только тот показался в дверях. Удивлённо хмыкнув, Егор поставил чашечку на блюдце и приготовился к возможным неприятностям. Оглядевшись, князь направился прямо к его столику. Устало поздоровавшись, Степан Сергеевич пожал парню руку и, присев к столу, еле слышно произнёс:

– Должен перед вами извиниться, Егор Матвеич.

– Это за что же, Степан Сергеевич? – растерялся парень от такого захода.

– Сам к вам на охоту просился, а как приглашение получил, так в кусты. Уж простите, но не смог. Здоровье подвело, – бледно улыбнулся князь, невольным жестом потирая грудь в районе сердца.

– Да бог с ним, Степан Сергеевич, – отмахнулся Егор. – Не последний день живём. Вон, ближе к Рождеству на волков загон устраивать стану и снова вам приглашение пришлю. Но, похоже, у вас случилось что-то. Может, я чем помочь могу? Неужто Андрей снова учудил чего? Или с Романом что? – принялся осторожно выяснять он, намеренно не касаясь дочери князя.

– С ними, слава богу, всё в порядке, – качнул князь головой. – А вот Наташка, заноза, хлопот добавила, – нехотя признался он.

Степан Сергеевич замолчал, удручённо вздохнув. А после, жестом подозвав официанта, заказал ему кофе по-венски. Дождавшись заказа, он пригубил чашку и, испустив очередной вздох, тихо заговорил:

– Я уж думал, что детей своих правильно воспитываю. Даже против всех правил пошёл, волю им дав. А оказалось, впустую всё. Роман она закрутила от нас втихаря. Андрей, паршивец, знал всё и молчал. В общем, тяжёлая она, а паскудник тот, как узнал, что наделал, сбежал.

– М-да уж, – растерянно крякнул Егор, не ожидавший от этого сильного человека такой откровенности. – Не знаю, что и сказать.

– Егор Матвеич, может, есть у вас врач толковый? – в очередной раз вздохнув, еле слышно поинтересовался князь.

– Хотите избавить её от ребёнка? – чуть помолчав, так же тихо уточнил Егор.

– Да, – сжав губы в тонкую полоску, твёрдо кивнул князь.

– Понимаю. Но вся беда в том, что после такой операции может так сложиться, что она и вовсе детей иметь не сможет, – всё так же тихо принялся высказываться парень. – Первая тягость дело такое.

– Вам-то откуда это знать? – растерялся князь.

– Приходилось во время обучения несколько арабских трактатов по медицине переводить. А у них медицина всегда была сильна. В Европах о тех операциях, что они ещё до Рождества Христова делали, и не слыхали, – тут же выкрутился парень.

– Вот и жена мне то же самое говорит, – задумчиво проворчал князь. – И как быть тогда?

– В имение её отправьте. А как от бремени разрешится, пусть ещё год там поживёт, пока тут всё успокоится, – быстренько нашёлся Егор. – А вы пока паскудника того найдёте. Глядишь, и получится приличия соблюсти, ежели под венец их отправите.

– Нужен он мне, – фыркнул князь, словно разъяренный бык. – Голь перекатная. Одна радость, что из именитой семьи. Я как услышал, что с Наташкой моей, всю подноготную их вызнал. Там до долговой ямы полшага осталось. Всё семейство в долгах, как в шелках. Служить толком не служат, все имения по три раза перезаложены. Хоть и носят графский титул, а как копнёшь, шваль и бездельники. И тот паскудник такой же.

– Ну,