были выше его. Самые страшные заросли раскинулись на месте единственной калитки. Кусты снова не хотели меня впускать – яростно кололи шипами, цепляли ветками, кажется, даже пытались быстренько оплести руки и ноги. Но теперь я знала: жаловаться некому, и шиповник возле школы обыкновенный, самый нормальный. Это я ненормальная. Я с боем прорвалась сквозь живую изгородь и, не останавливаясь, чтобы стереть с лица и рук кровь, побежала к дверям. Охранник, в отличие от бдительного шиповника, снова меня проигнорировал. Теперь я была этому только рада.

Шли уроки, коридоры стояли пустые и жутковатые. Я уже готовилась встретить в них парочку потусторонних тварей, из тех, что толпами бродили по городу, но, кажется, кроме меня тут никто не шастал. Видимо, шиповник исправно нес свою службу. Или чудовища тоже не любят ходить в школу.

Дверь в кабинет информатики была распахнута. Возле нее мялся длинный парень с унылым выражением на абсолютно круглом лице. От парня неуловимо пахло чем-то съедобным, кажется булочками с корицей. «Этот небось за двоих сегодня пообедал», – с завистью подумала я.

– Входи уже, Петров, – устало пригласила информатичка. – Еще раз опоздаешь, не пущу. Кто там еще с тобой? Все входите.

Мы с унылым, но сытым Петровым скользнули в кабинет. Парень направился к компу у окна, а я приглядела себе пустое место в самом конце кабинета. Компьютер работал, но был свободен, а экран кто-то нахально развернул в сторону от всего класса. Удачно получилось. Я, конечно, невидимая, но, когда за плечо заглядывают, все равно неприятно. А уж как учительнице неприятно будет видеть, что комп сам по себе в Интернет пошел… Информатичка, конечно, первым делом не невидимую семиклассницу заподозрит, а вирус, но зачем человека лишний раз волновать?

Я быстро вбила известный каждому первокласснику пароль «1234» и ткнула на иконку браузера. Ну Керемет! Ну сейчас я ему… Сейчас я ему все выскажу! Или нет… Не надо ругаться, а то заблокирует еще, и чего тогда делать? Надо как-то аккуратно спросить… Как-то невзначай… Я пятый раз нажала на значок с лисой, обвившейся вокруг сиреневого шара. Ничего. Ерунда какая-то. Поняла бы еще, если бы из-за невидимости… ну, бесплотности… я вообще не смогла бы нажимать на кнопки. Но нет. Вот же – только что пароль ввела. Мышка меня слушалась, клавиши нажимались… Я еще раз повозила мышью по столу. Точнее, попыталась. Промахнулась мимо мышки и просто помотала рукой в воздухе. И еще раз.

Так. Кажется, ясно. Я не исчезла. Я – исчезаю. И это происходит постепенно. Наверное, еще утром я могла прийти в этот кабинет и зайти на свою страничку. Утром я и в класс без разрешения вошла. А сейчас… Меня ведь впустили! Вместе с этим упитанным Петровым. Как вампира из сказки. И по клавишам я больше не попадаю… Не «прохожу» пальцами насквозь, а именно «не попадаю», как бы случайно промахиваюсь каждый раз. Ужасно неприятное ощущение. Это как с людьми – вокруг них теперь тоже какие-то невидимые стены… И каждый раз, сталкиваясь с человеком, врезаешься не в него, а в этот барьер. Человек почти ничего не замечает, только ежится, словно от сквозняка, а я… Я тоже вздрагиваю – от неожиданности и обиды. Так…

И что дальше? Начну летать под потолком, непроизвольно выть и греметь цепями? Кстати, выть – это неплохая идея… Других-то все равно нет… И я второй раз за день разревелась прямо в классе. Посреди чужого урока.

Глава десятая,

в которой шушукаются, обсуждают трикстеров и уходят в лес

Аня

Почему я никогда не задумывалась, что перемена – это настолько шумно? Может быть, потому что сама была частью этого шума? Сейчас вокруг творилось что-то невообразимое. Все одновременно куда-то бежали, что-то кричали, жутко хохотали, хватали свои и чужие вещи. Все это раздражало. Меня знобило, голова кружилась, от голода слегка подташнивало. Еще немного – и я правда сожру какого-нибудь мелкого и особо противного первоклашку. Мысль была мерзкая, и я мотнула головой, отгоняя ее. Прямо как тот парень у магазина. Интересно, какую мерзкую мысль отгонял он? Все-таки обидно: я – какое-то непонятное бесплотное существо, а невидимая голова болит, как настоящая! Гадство. И холодно. Все еще очень холодно…

Я искала своих. Одноклассников в смысле, а не… этих. По расписанию последним уроком у нас была физика. Но, кажется, я все-таки опоздала, и сильно. Около кабинета было пусто. Надо успеть найти хоть кого-то, пока все по домам не разбежались. Я прошла по всему этажу – в коридорах болтался кто угодно, кроме тех, кто мне сейчас нужен. Пришлось подняться на следующий этаж. А потом на следующий. Там я надолго застряла возле актового зала – Ирка с Динарой, как всегда, выделывались на сцене, репетировали то есть. К ним я не сунусь, не достаточно они «свои», но беспалевно посмотреть хотелось. Вообще, они и правда классно танцуют. Хотя им я этого в жизни не скажу.

Голод снова напомнил о себе, а заодно и о цели моих поисков. Нужно еще раз пройтись по этажам… Ага. Вот и Варька… С Кириллом. Почему-то около класса русского и литературы. Одни в абсолютно пустом холле. Ну, по крайней мере, здесь тихо, и я успела.

Интересно только, что именно я собиралась «успеть»? Меня же никто из нормальных в упор не видит. Ну нашла я их, и что? Стоять любоваться, как они уединились в углу и шушукаются? Надо было искать эту… Которая теперь вместо меня. Она меня видит. Ее можно поймать и…

Варька с Кириллом стояли слишком близко друг к другу, чуть лбами не сталкивались.

Я подошла к ним вплотную. А что, нельзя? Мне теперь вообще все можно! Варька что-то показывала Кириллу в телефоне. Хорошо им без меня, мемасики смотрят… Я бесцеремонно заглянула в экран.

– Керемет – это такое существо, он у разных народов за всякое-разное отвечает. Где-то он добрый, а где-то… Ну, такой… Трикстер, короче, – трындела Варька.

На экране была стена текста, статья какая-то. Но Варька не давала ее нормально прочитать ни мне, ни Кириллу, просто проматывала бесконечный текст и быстро-быстро рассказывала свое.

– Стой! – наконец не выдержал Кирилл. – Что такое трикстер?

– Ну… он как Локи у скандинавов, – «понятно» объяснила Варька. – Хулиган. Только иногда хулиганит очень серьезно, понимаешь?

Кирилл с умным видом кивнул.

Та-а-ак. А почему они вообще этого Керемета обсуждают? Без меня. Варька что, проболталась?

– Он, наверное, ей что-то наплел, – трещала подруга. – Специально. Прикол у него