в колдовстве было куда проще, чем узнать, что корень всех проблем кроется в ней самой. Лиз тряхнула головой и прошипела:

– Ты меня совсем за дуру держишь? Вы сговорились, да? Решили подшутить надо мной?

Ная, рыкнув, подлетела к ней и сверкнула зелеными глазами. Лиз показалось, что та хотела на нее наброситься, но Ная всего лишь щелкнула пальцами.

Всего лишь щелкнула пальцами и породила на их кончиках небольшое пламя. Чуть больше, чем у свечи.

Лиз, вскрикнув, отшатнулась. Ная опустила руку, и вместе с этим исчез огонек.

– Это фокус, – промямлила Лиз. – Ксавьер говорил, что можно намазать пальцы… чем-то… и если щелкнуть, то такое вполне возможно…

– Мы не химики, а ведьмы, – отчеканила Ная.

Издав истеричный смешок, Лиз демонстративно защелкала пальцами.

– Ну, и где мой огонь? – с сарказмом произнесла она, щелкая пальцами до боли в суставах. – Вот видите? Ничего. Потому что это чушь. Я не ведьма! Я нормальная, обычная…

Договорить она не успела. С треском, напоминающим электрический разряд, из-под ее пальцев вдруг вырвались искры. Лиз замерла, уставившись на свои руки, а затем отшатнулась, когда манекен рядом с ней вспыхнул ярким пламенем.

По кабинету пронесся вскрик. Ная молниеносно среагировала и хлопнула в ладони. Огонь мгновенно потух, оставив после себя лишь опаленные выкройки, над которыми последние пару недель корпела Саванна, и едкий запах горелого.

– Ну, что скажешь теперь? – выдохнула Ная, вперив недовольный взгляд в Лиз.

– Эт… это была случайность, – пролепетала Лиз, отступая назад. Ее взгляд метался от манекена к своим пальцам. – Или… или ты что-то сделала! Да, это снова твои фокусы!

– Перестань отрицать очевидное, – перебил Льюис. Его голос звучал спокойно, но в нем ощущалась настойчивость. – Ты сама это сделала. Никто другой. Чем дольше будешь это отрицать, тем хуже.

Лиз медленно покачала головой. Паника сковывала ее грудь, мешая дышать. Но затем она заметила, как Ная пристально следит за ней, а губы той искривляются в странной усмешке.

– Ты все знала, правда? – хрипло спросила Лиз, обращаясь к Нае. – Еще утром!

– Догадывалась, – отозвалась та. – Но это не моя вина, что ты оказалась ведьмой.

– Я не хочу быть ведьмой! – прошипела Лиз. Ее голос задрожал. – Это какое-то недоразумение! Я нормальная! Я хочу быть нормальной!

– Вот в этом и проблема, Лиз, – сказал Льюис, подходя ближе. Его тон был почти мягким. – Ты хочешь быть «нормальной», а не собой. Прими новые реалии, и все встанет на свои места. Ты, конечно, можешь закрыть глаза на то, кто ты есть. Но от себя не убежишь.

Лиз молчала, уставившись на пострадавший манекен. Она позволила себе упасть на ближайший стул. В ее голове роилось слишком много вопросов, мыслей и негодования, но она смогла выдавить из себя только одно:

– Вы тоже ведьмы?

Ная пробормотала:

– У нее одна извилина… – Повысив голос, она посоветовала: – Посмотри в зеркало.

Лиз перевела взгляд на отражение и увидела их всех – себя, Наю, Молли и Карлу. Все четверо с одинаково черными блестящими волосами, словно у них был общий предок. Из этого единства выбивался только Льюис, сделавший пару шагов, чтобы тоже появиться в отражении.

– А ты кто? – глупо спросила она, глядя в его глаза в отражении.

– Чародей-рунолог, – отозвался Льюис.

– Ну конечно… – горько усмехнулась Лиз. Она нашла в себе силы, чтобы подняться со стула. Повернувшись к Нае, она уточнила: – Как ты поняла, что я…изменилась?

Ей было тяжело произнести вслух то, кем она стала. Или, если быть точнее, кем она всегда и была, но не знала об этом. Тот аноним, написавший ей на прошлой неделе, был прав. Она действительно ведьма.

– Во-первых, черные волосы, – скучающе начала Ная. Она явно не хотела объясняться с Лиз и посвящать во все подробности. – Когда сила пробуждается, энергия настолько сильная, что ей буквально некуда деться. Как если бы в полный стакан вливали еще воды. И этой воде – силе – нужно куда выплеснуться. Так, энергия находит выход, окрасив волосы в черный, будто опалив их. Звучит странно, но это самое безобидное. – Ная осеклась, встретившись с возмущенным взглядом Лиз. Она снисходительно усмехнулась и поправила себя: – Для тебя, конечно, это катастрофа. Во-вторых, череда «неудач», как ты это называешь, тоже выплеск пробудившейся мощи. Ты не умеешь контролировать свою силу, поэтому поджигаешь манекены и взрываешь лампочки. Ну и в-третьих… Я не была до конца уверена, поэтому пришлось бросить шатер и уехать с маскарада вместе с мисс Краун и тобой.

Ная замолчала, оборвав рассказ на полуслове. Лиз прищурилась – значит, она была отчасти права, когда решила, что «Лостширские ведьмы» не по доброте душевной поехали провожать ее домой.

– И? – Нетерпеливо поторопила ее Лиз. – Ты так и не назвала, что в-третьих? Мой обморок на маскараде?

Ная кивнула.

– Да. Когда мощь пробуждается, ее становится так много, что она вытесняет жизненные силы. – Заметив на лице Лиз испуг, она уточнила: – Не все, конечно. Еще ни одна ведьма не умерла от своего становления.

– Но зачем вы поехали со мной?

– У меня возникло предчувствие, – скривилась Ная, будучи не рада, что интуиция ее не подвела. – Оно и повело нас следом за тобой.

– Зачем? – нахмурилась Лиз.

Ная раздраженно повела плечом:

– У тебя точно одна извилина! Тебе все приходится разжевывать! Я сама прошла через это, я видела становление Молли и Карлы! Я не могла проигнорировать предчувствие. Мы поехали с тобой, потому что ты стала опасной, Лиз, – процедила Ная, скрестив руки на груди. – Ты не понимаешь, что с тобой происходит, а это делает тебя угрозой для всех вокруг. Ты сама видела, что чуть не сожгла манекен. Представь, что будет, если ты сорвешься в людном месте.

– Но… я не собиралась… – начала оправдываться Лиз, но Ная перебила ее:

– Никто не собирается. Но магия – это не просто игрушка. Она становится частью тебя, и, если ты ее не контролируешь, она делает что хочет. И обычно – ничего хорошего.

Льюис вступил в разговор, его голос был гораздо мягче, чем у Наи:

– Ная права, но не стоит все так драматизировать. Мы поехали, чтобы помочь тебе. Мы знали, что без нас ты