– Это нервы… – пробормотала она. – Это все просто нервы…

Однако нервы не объясняли, почему в ванной треснуло зеркало. Или почему выключатель в гардеробной обжег ее, словно она дотронулась до огня, включая свет.

Когда Лиз наконец оделась, собравшись с мыслями, она спустилась в столовую. Папы за столом не было. Она услышала, как хлопнула дверца холодильника, а за этим звуком последовали приближающиеся шаги. Стоило Лиз подумать о том, как сильно она на него злилась за то, что тот впустил в их дом – в ее комнату! – «ведьм», как на пороге столовой раздались ругательства.

Лиз перевела взгляд на папу. В одной руке он держал бутылку соевого молока без сои, а в другой – ручку своей любимой чашки. Под его ногами среди осколков растекалась лужа кофе, опасно подбираясь к светлому ковру.

– Что за чертовщина? – вырвалось у Теодора, как совсем недавно у Лиз. – Чашка разлетелась на осколки прямо в руке!

Лиз ощутила, как ее охватили ледяные щупальца страха. Она попыталась оправдать все происходящее случайностью. Это ведь все могло быть просто совпадением. Ничего мистического. Абсолютно ничего. Если только…

Если только в клубе «Лостширские ведьмы» не заседали настоящие ведьмы.

В голове Лиз вспыхнула пугающая мысль: «Ная Блэквелл наслала на меня проклятие!».

Покончив с завтраком, Лиз вылетела из-за стола, забыв попрощаться с папой. Еще никогда в жизни она так не спешила в школу.

Парень у ларька с кофе – тот же, что пару дней назад заинтересованно смотрел ей в след – равнодушно скользнул по ней взглядом, словно она была пустым местом. Старшеклассники на «Hyundai i10» проехали мимо, даже не посигналив, как делали это всегда, завидев на перекрестке Лиз.

С черными волосами она стала не просто самой обычной девчонкой. Она стала безликой. Даже привычный легкий макияж не смог скрыть впалые щеки и мешки под глазами, которые ярко подчеркивали темные волосы.

Лиз намеревалась ворваться в школу и прижать Наю к стенке, пока та не расколется и не снимет проклятие. Но удача явно покинула ее, потому как стоило Лиз войти в холл и грозно отчеканить несколько шагов по мраморному полу, как погас свет. Холл погрузился в полумрак, и только слабый свет из окон под потолком едва освещал мраморные колонны. Лиз замерла, почувствовав, как дрожь пробегает по всему телу. Странное чувство тяжести повисло в воздухе, будто кто-то невидимый смотрел прямо на нее.

– Проблемы с проводкой, – пробормотала она себе под нос, хотя сама в это не верила. Она сделала шаг вперед, и туфля неприятно хлюпнула. Лиз опустила взгляд и увидела под ногами лужу, которая появилась из ниоткуда.

Лиз отшатнулась, но стоило ей сделать это, как вода вздрогнула, и на ее поверхности появились рябь и круги, будто кто-то легонько постучал по ней носком туфли.

Шум оживления вдалеке, в коридоре, донесся до Лиз, вырвав ее из оцепенения. Ей нужно найти Наю – сейчас же, немедленно. Она быстро обошла лужу, стараясь не смотреть на нее, и двинулась вперед. Шаги эхом отдавались в холле как будто громче, чем обычно. Казалось, будто к ним присоединяется чей-то невидимый шаг, синхронный с ее собственным.

Войдя в коридор, Лиз увидела знакомую фигуру Наи у шкафчика. Она стояла боком и переговаривалась с Молли и Карлой, сдержанно смеясь над чем-то. Ее плечи дернулась, будто Ная почувствовала чье-то присутствие, и тут же повернула голову, встречая гневный взгляд Лиз. Ее улыбка мгновенно погасла.

– Блэквелл! – прошипела Лиз. Она стремительно направилась к Нае, ловя удивленные взгляды учеников.

– Стэдлер! – в тон ей скривилась Ная, со смятением разглядывая ее новый образ.

– Что ты сделала со мной? – ледяным тоном спросила Лиз, остановившись прямо перед Наей. Ее рука непроизвольно дернулась к черным прядям. – Ты прокляла меня на маскараде, и теперь…

Ная подняла руки, пытаясь остановить шквал обвинений.

– Не знаю, о чем ты говоришь, – произнесла она с тенью осторожности в голосе. – Я ничего не делала. Ты сама… Ты просто упала в обморок, и все.

Лиз нахмурилась. Она не ожидала, что Ная начнет оправдываться. Это было не в ее духе. Ная Блэквелл всегда исходила ядом на любые нападки.

– Не ври мне! – срывающимся голосом потребовала Лиз, чувствуя, как ярость закипает внутри нее. Ее глаза вдруг заискрились странным светом, отражаясь в зрачках Наи, что заставило последнюю отступить на шаг и врезаться спиной в шкафчик. – Ты и твои ведьмы что-то сделали, и теперь меня преследуют неудачи! А еще волосы! Что это было? Проклятие? Порча? Сглаз? Признавайся!

Перешептывания начали нарастать вокруг, собирая небольшую толпу. Ная попыталась что-то сказать, но в этот момент свет в коридоре моргнул, а затем вспыхнул с такой силой, что некоторые даже закрыли лицо руками. Старшеклассники начали оглядываться.

– Я… – начала Ная, но тут послышался громкий треск. Взоры учеников синхронно метнулись к взорвавшейся лампочке.

Школьники вскрикнули и кинулись в стороны, чтобы их не задело осколками. Лиз почувствовала, как паника накрывает ее с головой.

– Что ты со мной сделала?! – выдохнула она, глядя на Наю с бешенством в глазах. Но Ная, побледнев, лишь покачала головой.

– Это не я! – выплюнула она, возвращая привычную маску презрения. – Ты же сама уличила нас в шарлатанстве.

– Ты зачитала заклинание и…

Ная ее перебила:

– Это были случайные латинские слова, которые я смогла вспомнить! Но если тебе так хочется, давай, кричи о том, что я наслала на тебя проклятие. Выстави себя посмешищем.

Лиз прищурилась. Ная говорила правду. Но при этом Лиз ощущала, что та чего-то недоговаривала. Вот только что?

Она собиралась схватить Наю за руку и дожать, как ее окликнул приторно-едкий голосок:

– Лиз? Я тебя не узнала.

Лиз обернулась, натягивая невозмутимую улыбку. Она расправила плечи и вздернула подбородок, глядя на приближающуюся Клэр. Та даже не старалась сдержать насмешку в своем тоне. Дженна и Саванна семенили за ней, словно фрейлины. Лиз задалась вопросом: «Когда они успели так сдружиться?».

– Тебе так понравился маскарадный костюм, что ты решила примкнуть к «Лостширским ведьмам»? – спросила Клэр с таким видом, будто выдала удачную шутку. Дженна и Саванна слабо улыбнулись, не определившись, чью сторону им следовало занять.

– Черный мне к лицу, – ответила Лиз, стараясь, чтобы голос звучал твердо. – На сегодняшнем заседании разберем тему о кардинальной