низких. Ваш график слишком оптимистичен. Мы не успеем подготовить организм к последствиям горной болезни.

В глазах Беттана вспыхнул огонь.

– Ах, вы покоряли горы? Что ж, приношу вам глубочайшие извинения. Не хотите ли занять мое место?

– Нет, – пробормотал Джет. – Я просто…

– То есть вы суете свой нос в то, в чем ни черта не смыслите? Отлично! Буду знать, что придется работать с идиотами. Если вы соблаговолите держать рот на замке и слушать, то поймете: у нас нет выбора. Гора находится в южной части Тихого океана, чуть ниже экватора, а значит – сезон муссонов продлится здесь примерно до конца марта. Понимаете, о чем я?

Джет поник.

– Сейчас единственное подходящее время для восхождения на столь высокую гору, – вздохнул Томас. – Если не будет муссона, мы столкнемся с порывами ветра скоростью до ста миль в час и просто не сможем удержаться на склоне. Подняться будет невозможно.

– Когда имеешь дело с горой таких масштабов, окно сужается, – подтвердил Беттан, ткнув пальцем в свой график. – У нас есть время максимум до конца февраля. Дальше наша гора станет недоступной надолго. Первая экспедиция пошла слишком рано и потерпела неудачу. Сейчас же окно открыто, но вот-вот закроется.

– Роджер много раз совершал походы с группами, – вставила Палмер. – Если он говорит, что график приемлемый, значит, так и есть. Я ему верю. Думаю, мы пройдем.

Явно не убежденный Джет откинулся на спинку стула.

Я поднял руку, и Беттан бросил в мою сторону тяжелый взгляд.

– Слушаю.

– Простите, возможно, я не все знаю… По-моему, и в нижнем лагере достаточно материала для исследований. Есть ли необходимость карабкаться наверх, если восхождение опасно? Зачем нам двигаться еще выше?

Беттан рассмеялся. Смех у него был странным, неприятным.

– Зачем, говорите? Еще месяц назад я считал, что уже покорил самые высокие пики планеты. И вот выясняется: в самом центре океана откуда ни возьмись появилось нечто более грандиозное. Сейчас эта гора здесь, но, если мы будем ждать следующего сезона муссонов, вполне возможно, она к тому времени исчезнет. Откуда нам знать? Поэтому у нас единственный вариант. Если в вас есть хоть капля любознательности, мы взойдем на вершину.

Беттан закончил речь и вышел из вагончика, не дожидаясь комментариев. Палмер молча проводила его взглядом. У меня в голове крутилась тысяча вопросов, на которые я сегодня не получил ответа. Для чего мы здесь на самом деле? Что происходит со вспомогательным персоналом лагеря? Что случилось с первой экспедицией? И самое важное: где, в конце концов, Наоко?

Палмер вновь встала перед нами и заговорила, сбавив тон:

– Как сказал Роджер, первая экспедиция не добилась успеха. Подъем совершило десять человек, и лишь двое вернулись обратно – мистер Макаллистер и доктор Танака. Мы обнаружили их в верхнем лагере, откуда они пытались спуститься. Остальные, по всей видимости, погибли, замерзнув на вершине. Во всяком случае, так сообщили нам выжившие. Тел мы не нашли. – Она сделала паузу, окинула нас взглядом и продолжила: – Безусловно, мистер Танмор прав – в районе нижнего и среднего лагерей есть что исследовать, и все же первая экспедиция приняла решение идти дальше. Последние сеансы связи с ними вышли довольно сумбурными, однако мы поняли: им удалось открыть нечто интересное, более того – революционное, чего здесь, очевидно, нет. Увы, Макаллистер и Танака не смогли нам толком рассказать, что случилось, и поэтому мы намерены пройти по их следам – разумеется, с более серьезной подготовкой.

Она вгляделась в наши лица и наверняка заметила в них тревогу.

– Не буду вам лгать и прикидываться: наше предприятие опасно. Забираться на гору в два раза ниже нашей тоже рискованно, а здесь, как я уже говорила, есть некоторые… аномалии. Вы вправе отказаться. Если не хотите продолжать поход – вас эвакуируют отсюда на вертолете. Тем не менее на сей раз у нас иные условия. С нами доктор Танака, уже совершившая восхождение, испытавшая на себе его трудности. С нами один из самых опытных альпинистов в мире. Роджер сложный человек, однако он знает, что делает. Он не раз спасал жизнь людям и успешно проводил экспедиции по коварным маршрутам. Мы подготовлены гораздо лучше по сравнению с первопроходцами.

Палмер замолчала, ожидая вопросов. У меня их не убавилось, тем не менее я сдержался: не было уверенности, что получу правдивые объяснения. Так или иначе, гора бросала вызов не только нашим физическим возможностям, но и умственным. Почему подобный пик появился именно здесь? Какие процессы способствовали его образованию? Постижение причин могло коренным образом изменить наши представления о Вселенной, и перед лицом подобных загадок мои тревоги казались ничтожными.

– Хорошенько выспитесь ночью, – посоветовала Палмер. – На рассвете встречаемся здесь же.

Выходя из вагончика, я заметил, как она отвернулась и быстро сунула в рот никотиновую жевательную резинку.

Вернувшись в палатку, я лег. Сон не шел. Было уже поздно, около одиннадцати. Ноги совсем заледенели, и, как бы я ни устраивался, холод проникал до самых костей. Я совсем уж собрался сходить в палатку с экипировкой, разжиться еще чем-нибудь теплым, однако, прислушавшись к завыванию ветра, передумал.

Снаружи шел снег, и тяжелые хлопья стучали по крыше палатки. Я поднял взгляд вверх: маленькие сугробы, подсвеченные луной, сливались в причудливые темные фигуры. То и дело, не выдержав собственной тяжести, они соскальзывали вниз, падая со звучным хлопком, каждый раз заставляющим меня дергаться.

На улице блеснул луч фонарика, и я насторожился, затем послышались шаги. Сердце забилось чаще. Кто там бродит глубокой ночью? И зачем?

Невидимая рука расстегнула замок на брезентовой стенке, и я вскочил на ноги. В проеме возникла копна рыжих волос.

– Добрый вечер, это я, Джет! Вы здесь, Гарольд?

– Хм… да, конечно.

– Знал, что вы не спите. В первую ночь на горе никому не удается заснуть. Я принес вам теплые носки.

Джет дернул замок дальше вниз и просунул внутрь руку с пластиковой бутылкой, внутри которой плескалась янтарная жидкость.

– Выпить хотите?

– Господи, еще как! – вздохнул я, протерев глаза.

Мы уселись, завернувшись в одеяла, которые Джет тоже захватил с собой. Я первый раз за все время в лагере согрелся: не знаю, что было тому причиной – то ли присутствие в палатке еще одного человека, то ли теплые вещи, то ли глоток рома.

– Где вы его раздобыли? – спросил я. – Они ведь досматривали наши сумки…

– Пронес контрабандой, – ухмыльнулся Джет. – Вспомнил старый студенческий трюк: надо просто налить выпивку в бутылку из-под шампуня или геля для душа. Никому и в голову не придет проверять, что там внутри. Когда