группы сейчас располагается в среднем лагере – на несколько тысяч футов выше. Здесь место для вновь прибывших, а именно для вас, доктора Фанга и мистера Таулза, молодого химика. Он прилетел вчера. Есть еще вспомогательный персонал – техники и снабженцы, обеспечивающие жизнедеятельность лагеря, но с ними вам постоянно общаться не придется. Ученых у нас всего несколько человек.

– Тогда почему… – нахмурился я и замолчал.

Для сравнительно недавнего географического открытия меры безопасности принимались весьма впечатляющие.

– Сколько экспедиций уже посетило этот объект?

– Гарольд, вы скоро получите ответы на все ваши вопросы, – ответил Страж. – А пока перекусите, выберите себе палатку и распаковывайте вещи. Мы останемся в нижнем лагере на ночь. Пройдем акклиматизацию и двинем наверх.

Я хотел было возразить, потребовать ответов сию секунду, еще раз спросить насчет Наоко, однако, посмотрев в спину развернувшегося к двери Стража, понял: не стоит тратить время.

Томас мягко предложил:

– Давайте покажу, где можно раздобыть теплую одежду. Кроме того, вы наверняка умираете с голоду.

Я решил придержать возникшие вопросы хотя бы до совещания. Томас был проводником очень доброжелательным, однако с первых минут в лагере я опасался кому-либо доверять – уж слишком многое от меня скрывали. До сих пор не удалось встретиться с Наоко. Несмотря на все, что между нами произошло, я испытывал непреодолимую потребность ее увидеть, убедиться, что с ней все в порядке, – даже не мог сосредоточиться на невероятной тайне феномена, по которому бродил. Ясно было одно: хотя вся операция проводилась на официальных основаниях, под внешней видимостью таилось нечто не совсем мне понятное. Мы находились на фантастически колоссальной горе, возникшей словно по мановению волшебной палочки. Почему же Страж ведет себя так, будто тут нет ничего удивительного? И не только он…

Мы быстро съели немудреную кашу с капелькой меда, и Томас показал, как устроить палатку, в которой мне предстояло спать.

До совещания оставался еще час, однако я даже не прилег – решил попробовать хоть что-нибудь выведать. Ничего не мог с собой поделать: таинственность всегда лишала меня покоя.

Натянув теплую куртку и ботинки – всего на пару размеров больше, чем нужно, – я вышел на улицу. Практически сразу сбилось дыхание – даже короткая прогулка в условиях высокогорья казалась марафоном.

Между палатками и вагончиками, надвинув на лицо капюшоны и опустив головы, сновали люди с коробками разного размера. Я ускорил шаг, догнал одного из незнакомцев и, задыхаясь, пошел рядом с ним. Сделал попытку поздороваться, однако ветер отнес слова в сторону. Мужчина поспешил дальше, ничего не ответив, и я отстал. Оглядевшись, заступил дорогу другому, не дав ему возможности меня обойти. Человек резко остановился.

– Привет! – сделал я вторую попытку.

– Что нужно?

Вопрос прозвучал, словно обвинение. Я вгляделся в лицо под капюшоном. Запавшие глаза, глубокие, словно порезы, морщины, под носом замерзла струйка крови. Я вздрогнул, невольно вспомнив об ужасном самоубийстве Джона.

– Могу я задать вам несколько вопросов?

– Нет, не можете, – ответил человек и, протиснувшись мимо меня, исчез в вагончике, захлопнув за собой дверь.

Я хотел уже уйти, когда заметил, что дверь слегка приоткрылась, словно приглашая меня внутрь. Сделав пару быстрых шагов, я попытался ее распахнуть, но не тут-то было. В щелке появилось изборожденное морщинами лицо. Человек держал дверь, не давая мне войти.

– Отступитесь, – буркнул он.

– От чего отступиться?

Он прищурился, но промолчал.

– Что здесь происходит?

Вместо ответа лицо исчезло в глубине вагончика, и я вновь попробовал войти, однако дверь даже не шелохнулась. Через секунду лицо появилось опять, только теперь почти все морщины на нем куда-то делись. Гладкая, розовая от морозца кожа… Человек будто вдруг помолодел лет на десять. Я ошеломленно захлопал глазами. Что это – трюк, игра света?

Он наклонился ко мне.

– Это все не для вас, ясно?

Дверь закрылась перед моим носом.

В вагончик, где было назначено совещание, я пришел задолго до начала. Выделенная мне палатка была тесновата, и, честно говоря, находясь в ней в одиночестве, я начинал испытывать клаустрофобию.

Стулья в вагончике расставили кругом. В углах, словно горгульи, застыли два охранника. В помещении я застал единственного участника экспедиции – молодого на вид человека с бледной кожей и копной неестественно рыжих волос. Он бросил на меня взгляд и робко улыбнулся, словно хотел поздороваться, однако ему, похоже, помешала повисшая в зальчике суровая тишина. Один из охранников переступил с ноги на ногу, и рыжий вновь уставился в пол.

Я уселся в дальнем конце. Вскоре к нам присоединился Томас и занял место рядом со мной. В какой-то момент он открыл рот, но тут же будто одернул себя и не сказал ни слова. Видимо, оба находились под влиянием страха и тревожного ожидания, которые испытал и я, едва увидев гору. Ее необъятность и вправду заставляла погрузиться в благоговейное молчание. Томас машинально потер палец на левой руке, и я обратил внимание на явный след от обручального кольца. Мы продолжали ждать начала мероприятия в полной тишине.

Наконец я поднялся и сделал себе чашку кофе – в углу предусмотрительно поставили чайник. Каждый звук, будь то плеск воды или стук чайной ложечки, отдавался эхом в тесном помещении. Сев, я попытался поймать взгляд Томаса, но тот, слегка запрокинув голову, прикрыл глаза.

Прошла целая вечность, прежде чем дверь вновь открылась. В вагончик решительно вошла раскрасневшаяся от холода коренастая русоволосая женщина, и мы дружно уставились на нее. Острые черты, суровое лицо, волосы собраны на затылке в тугой пучок, безупречная выправка – одета она была в строгую военную форму.

Вслед за ней почти тут же появился Страж. Женщина остановилась в передней части помещения, Страж встал за нашими спинами.

– Добро пожаловать на объект, – начала дама с явным американским акцентом. – Я полковник Палмер, и мне доверено возглавить нашу экспедицию. С майором Батистой вы уже знакомы.

Вероятно, она заметила наше смущение и раздраженно хмыкнула.

– Судя по всему, майор представился вам Стражем?

Я обернулся. Страж вел себя непривычно тихо. Представление об армейской иерархии я имел довольно ограниченное и все же сообразил, что майор наверняка подчиняется полковнику. Впрочем, на язвительное замечание Палмер он ответил недобрым взглядом – таким я его еще не видел. Женщина пожевала губами, однако больше Стража не трогала. Выдержав паузу, она вновь обратилась к нам:

– Полагаю, вы уже успели познакомиться, но закроем этот вопрос для протокола. Все вы являетесь членами научной экспедиции. Каждого выбрали за достижения в своей области – химия, геология, физика. Вторая часть команды – биолог и антрополог –