Когда прошёл первый порыв радости, охватившей всех при встрече, Рама спросил:

— Скажи, брат, когда ты вернулся из Кашмира? Здоров ли отец? Тебе не следовало его оставлять. Оставшись один, он, должно быть, очень беспокоится.

При этих словах из глаз Бхараты одна за другой покатились слёзы. Голосом, полным печали, он проговорил:

— Брат, отца уже нет с нами. В тот же день, когда, проводив вас, Сумантра вернулся обратно в Айодхью, отец умер. В последние минуты он только и повторял ваше имя.

Едва Рама услышал это печальное известие, он тут же лишился чувств от охватившей его скорби. Когда же пришёл в себя, то горько зарыдал. «О, мне не пришлось даже напоследок увидеть отца!» — говорил он. Теперь Рама понял, как любил его Дашаратха: он умер от тоски в разлуке со своим сыном.

— Сколь злосчастна моя судьба — я даже не был рядом с отцом в его последние минуты! — восклицал Рама. — Теперь в моём сердце на всю жизнь останется горечь сожаления.

Затем он обратился ко всем и сказал:

— Самое большее, что мы можем сделать во имя памяти нашего отца, — это порадовать его дух своими деяниями. Как наш отец любил свой народ, так же и ты, Бхарата, должен жить для счастья народа. Помни, что от хорошего состояния войска зависит существование государства. Поэтому тебе следует содержать войско в постоянном довольстве и выплачивать воинам жалованье в положенные сроки. Суди народ без пристрастия, справедливо: во всяком деле советуйся с мудрейшими и поступай по их совету. Не давай богатым притеснять бедных. Не будь жесток к землепашцам. А для орошения полей приказывай копать в изобилии колодцы, пруды и каналы. Будь внимателен к обучению детей, а главное — зорко следи за тем, как выполняются все твои приказания.

Выслушав Раму, Бхарата промолвил:

— Высокочтимый брат мой! Зачем мне знать всё это? Ведь я ваш слуга, и я пришёл сюда только затем, чтобы молить вас вернуться в Айодхью. Вы ведь теперь заменяете мне отца. То, что вы приказали нам, мы выполним. Но мы умоляем вас, чтобы и вы вняли нашей мольбе. С тех пор, как вы ушли, Айодхья утратила своё великолепие. Вокруг царит мёртвая тишина. Народ, вспоминая вас, всё время проливает слёзы. Я заверил всех, что Рама скоро вернётся. Если вы не вернётесь, то по всей стране разольётся плач скорби и вся вина и позор падут на мою голову.

На это Рама ответил:

— Мой долг — выполнить те обещания отца, за которые он заплатил своей жизнью. Для него верность данному слову была дороже жизни. Если бы я не выполнил его приказания, то с каким лицом показался бы я народу! Тебе также надлежит править страной во исполнение отцовской воли. Пройдут четырнадцать лет, и я вернусь в Айодхью.

Долго Бхарата просил и умолял. Наставник Васиштха и знатные люди тоже настойчиво убеждали Раму вернуться, но он никак не согласился возвратиться в Айодхью. Тогда Бхарата, заплакав, сказал:

— Брат, если ваше решение таково, то мы вынуждены подчиниться ему. Но вы дайте мне ваши деревянные сандалии. Возвратившись, я поставлю их на трон в знак того, что истинным правителем Айодхьи являетесь вы. А мы будем служить вам верой и правдой. До тех же пор, пока вы не вернётесь, убитый горем Бхарата будет, подобно вам, вести жизнь отшельника. Если же вы и по прошествии четырнадцати лет не вернётесь, то я прикажу заживо сжечь себя на костре.

Сказав это, Бхарата положил сандалии Рамы себе на голову и направился обратно в Айодхью.

Рама поклонился в ноги Каушалье и Сумитре и, успокоив и утешив их, простился с ними. Кайкеи стояла в стороне, не в силах поднять от стыда голову. Когда же Рама поклонился и ей в ноги, то она разразилась горькими рыданиями. Чистосердечность и великодушие Рамы показали Кайкеи, что она напрасно подозревала его в злых намерениях.

Когда на обратном пути в Айодхью они все проезжали через деревню Нанди, Бхарата, обратившись ко всем, сказал:

— Вы вернётесь в Айодхью, а я проведу все четырнадцать лет в этой деревне. Если вам нужен будет совет, то приходите ко мне сюда, я охотно его дам.

Великодушие и благородство Бхараты поразили всех присутствующих: кто, получив царство, отказался бы от него? Все хотели, чтобы Бхарата вернулся в Айодхью и взял правление в свои руки, но он отказался покинуть деревню Нанди.

Правильно сказал один поэт, что Кайкеи искупила все свои грехи уже только тем, что дала жизнь такому благородному сыну, как Бхарата.

Наконец все три царицы, Шатругхна и их свита, простившись с Бхаратой, отправились в Айодхью.

Шатругхна с помощью советников стал править государством, а Бхарата наблюдал за их правлением из деревни Нанди. Так день за днём протекал установленный срок.

ЛЕСНАЯ

Панчавати

В те времена многие мудрецы уходили из шумных городов и проводили свою жизнь в лесах. Их пищей были плоды и съедобные коренья, они носили одежду, сотканную из волокон лесных растений. Жили мудрецы-отшельники либо в хижинах, либо прямо под деревьями, спали на шкурах антилоп. Деньги, власть и богатство они не ставили ни во что и больше всего ценили простоту и скромность. Они не завидовали судьбе даже самых могущественных владык и ни перед кем не гнули спины. Не соблазняясь житейской суетой, отшельники размышляли о том, что истинно и мудро. Они написали много книг, которые и теперь приводят в изумление больших учёных, — так глубоки и содержательны мысли, заключённые в этих книгах.

Трое странников гостили у каждого отшельника по одному-два месяца и от них набирались мудрости. Так они прожили в лесу Дандак несколько лет.

К концу этого времени они посетили жилище одного благочестивого старца, по имени Агастья. Он был не только мудрым и знающим человеком, но и очень опытным в военном деле. Он